Чтение онлайн

Пока мы канителились, Лара успела и помыться, и принарядиться в своей каюте, и к тому моменту, когда «Ласточка» медленно катилась по земле к месту стоянки, в рубку вышла настоящая валькирия.

Я невольно оробел, Арчи тоже, потому что во все стороны от неё просто разило немилосердной и решительной магией, готовой к быстрым и решительным действиям. Лара была затянута с ног до головы в чёрную кожу, но это был не просто модный костюм, в которых прели и потели некоторые наши модницы, это было серьёзно. Я пригляделся и понял, что в такой одежде можно и в костре посидеть, без вреда для себя, и в болоте, и на льду, причём сколько угодно времени, и даже пережить небольшой обстрел из зенитных пулеметов. Хотя насчёт зенитных это я, конечно, немного загнул, но уж из обычных-то точно.

Образ дополнял щегольской и дорогущий, получше моей «Секиры», револьвер эльфийской работы на правом бедре. И даже я почувствовал всю мощь и силу амулетных пуль в нём, не чета нашим. Каждое попадание, наверное, могло устроить локальный конец света в достаточно большой области, и горе тем, у кого хватит невезения попасть под такой обстрел.

— Арчи, со мной пойдёшь, — прямо приказала она внуку. — И иди уже себя в порядок приведи, пока время есть. Там встречают по одёжке, сам же знаешь.

Маг горестно вздохнул, досадливо поморщился, но согласился с бабушкой и отправился переодеваться и вообще готовиться. А когда мы уже заехали на предназначенную нам стоянку и остановились, в коридор из своей каюты вышел настоящий, без дураков, денди, тросточки вот только не хватало, о чём я ему с удовольствием и сообщил.

— Ты тоже озаботься своим гардеробом, — тут же наставила на меня палец Лара. — Хватит уже Далина копировать. Ты теперь почти маг, и надо соответствовать. Мало ли, куда я или Арчи тебя с собой потащим. В некоторых кругах появиться в неправильной одежде значит нанести оскорбление, понятно?

— Купим тебе тросточку, — хихикнул Арчи, легко выпрыгивая на траву стоянки. — Цилиндр и пенсне на цепочке. Я лично куплю. Все магини твои будут.

— Веди себя прилично, — переключилась на него Лара, выпрыгивая следом, и маг снова страдальчески закатил глаза вверх, но возражать не посмел. Далин гулко заржал в коридоре, он всё слышал, и очень ему нравилось, как бабушка строила внука.

— Есть, конечно, от Лары некоторые неудобства, — он не поленился даже зайти в рубку, чтобы поделиться со мной своей радостью. — Но плюсов больше. Арчи, опять же, всю дорогу на себя не похож. Скромник и миляга. Прямо второй Антоша.

— Ты сильно не радуйся, — осадил я его. — Сначала Арчи, а потом и за нас примется. Будет у нас Антошка и его команда, скромные да работящие, и вина не пьют. Не экипаж, а услада для эльфийских бабушек, всем ребятам пример. Будем вместе делать по утрам зарядку и кушать вкусную и полезную овсяную кашку.

— Ну, это вряд ли, — глухо буркнул он, выходя, но я по его спине увидел, что гном крепенько так призадумался. На что я лишь пожал плечами и принялся убирать рубку в стояночное положение.

Когда мы управились и привели «Ласточку» в стояночное положение, нас уже ждали. Не официальные лица, конечно, кому мы интересны после Лары, а хорошие знакомые и коллеги по лётному цеху. Я ещё возился, в сомнениях оббегая глазами рубку, всё ли убрал и всё ли хорошо, а Далин уже радостно хлопал кого-то по плечу и во весь голос желал кому-то здоровья. В ответ ему раздавалось дружелюбное громогласное ржание, и у меня появилось ощущение, что я снова очутился в дружине.

— О, Тёма нарисовался! — стоило мне высунуться наружу и спрыгнуть на молодую траву, поприветствовал меня Вовка, штурман «Морского Котика», дирижабля из Семишахтинского аэропорта, который все называли просто котиком, да и всех из этого экипажа тоже, чем они, кстати, втайне гордились. — Колись, чего учудили?

— Здорово всем, — я начал пожимать протянутые руки людей и гномов, — кого не видел.

А собрались здесь, у «Ласточки», механики да штурмана соседних по стоянке дирижаблей. Магов же видно не было, видимо, угнали на совещание. Почти всех присутствующих я знал, с некоторыми почти дружил, и почти со всеми выпивал, так что сразу почувствовал себя как дома.

— Да это же церковь воду мутит, — удивился я, — а не мы. Чего мы можем такое эпохальное-то учудить?

— Да не это, — весело отмахнулся Вовка. — Неделю назад, в нашем аэропорту!

Я сначала даже не понял, про что это он, но тот повернулся к остальным и принялся рассказывать.

— Сплю я это, значит, без задних ног, — Вовка умел очень хорошо рассказывать, особенно анекдоты, немного бессвязно, но зато интересно, весело и в лицах. — В своей коечке на корабле. О бабе, может быть, мечтаю. Рядом ребята сопят. Да и любимый город спит спокойно, а чего? Хорошо так всё, уютно, весна же. И тут вдруг чувствую — обосрусь прям щас. Зубы ломит, в ушах такой злобный визг, как будто нас всех сейчас убивать начнут, механик орёт спросонья, руками машет, маг с испугу под койку упал и уже оттуда заклинания творит, причём сам не соображает какие. Я в двери выскочил, а в соседних экипажах такой же бардак, и город весь проснулся!

Серёга и Глоин, парни из другого экипажа, покрутили головами, вспоминая недавнее, тоже попали, наверное, а вот для остальных история была в диковинку.

— Переполох жуткий! — размахивал руками Вовка. — Вохра носится по полю, как угорелые, чего-то орут, друг друга пугаются, в городе бабы визжат так, что даже на поле слышно! Я под дирижабль залез, из-под колеса выглядываю, смотрю — вроде только на «Ласточке» всё спокойно, никто ничего. Все же повылазили, а от вас ни слуху, ни духу. Вохра полчаса смелости набиралась, чтобы к вам в двери постучаться, всех магов выдернули в делегацию. А это, оказывается, ихней саламандре сон плохой приснился!

— Штраф полтыщи серебром, — подтвердил Далин. — Как с куста. И ничего не поделаешь — растёт девочка, вот и увидела кошмар.

— С Торгового Острова говорят, она у вас в силу вошла, — уважительно протянул Вовка. — Даже если поделить на десять все россказни, сильна девчонка! А пятьсот рублей не деньги, мы на соляру больше тратим. Островные, кстати, вон на том конце поля тихарятся, о вас спрашивали, приветы передавали.

— Подойдут, если надо будет, — содрогнулся я в ожидании приветов, невольно протирая отсутствующие синяки под глазами. — А у вас тут чего?