Шрифт:
Глава 1
Город Заснежинск Мурманская область. Кира Андреева – красивая стройная студентка экологического факультета пришла в городской суд на слушание одного важного дела. Был август, день стоял пасмурный и ветреный. У входа в здание суда Кира встретилась с друзьями: Светой, Глебом и Егором. Вместе они состояли в экологической организации «Зелёные Стражи».
– Суд уже состоялся – время заседания перенесли, – опустив глаза, сказала Света – невысокая черноволосая девушка 19 лет в сером платье.
– Что?! – удивилась Кира.
– Судья лишил гору Белоснежная статуса охраняемой природной территории регионального значения, – сказал Глеб: рослый сухощавый парень в чёрных брюках и тёмно-синей рубашке. – Разработкой горы займётся «Северная Руда», как мы и предполагали.
Кира помрачнела.
– Мы знаем, для тебя это личное. – Егор: коренастый блондин в джинсах и коричневой футболке коснулся плеча Киры. – Не унывай. Нам нужно поднять эту проблему на федеральный уровень. Вместе мы сделаем это.
Кира грустно покивала. Боль, злость, отчаяние когтили её сердце. Её отец работал шахтёром в «Северной Руде» и погиб при обвале шахты. Семье выплатили компенсацию. А уголовное дело было прекращено из-за отсутствия состава преступления: специалисты установили, что авария в шахте якобы была вызвана только природными факторами.
Кира подозревала руководство «Северной Руды» в многочисленных преступлениях. Но сделать девушка ничего не могла. Всё было шито-крыто. Компания принадлежала структурам влиятельного олигарха Юстина Филатова. Пожилой мэр города Борис Продажников был в сговоре с директором «Северной Рудой» и лоббировал интересы компании, в которую пристроил своего старшего сына. Было невероятно сложно доказать, что «Северная Руда» нарушает требования охраны труда, скрывает случаи утечки отходов, утаивает факты коррупции.
Из здания суда в сопровождении охранников вышел глава «Северной Руды» Валентин Смогов – высокий подтянутый мужчина 45 лет, одетый в элегантный костюм. У Смогова был довольный вид. Перед тем как сесть в люксовый внедорожник мужчина дал интервью журналистам.
– Скажите, до суда вам было известно, что гора и земля вокруг неё считаются священными. На Белоснежной в древности проводились обряды. Даже после принятия христианства местные жители сохранили культ горы. – Молодой журналист канала «Федерация» Денис Плахов протянул микрофон Смогову.
– Да, конечно. Это было сложное решение для компании и лично для меня. Хочу отметить, на первом этапе мы начнём разработку лишь части горы. Как вы знаете, «Северная Руда» является градообразующим предприятием Заснежинска, и нам необходимо было найти новое месторождение, чтобы сохранить рабочие места и продолжать пополнять городской бюджет налоговыми отчислениями. Если бы наша компания ушла из Заснежинска, то город бы обанкротился, и жителям пришлось бы его покинуть. Мы, чувствуя свою ответственность перед людьми, пошли на такой непростой шаг. С завтрашнего дня на горе начнётся вырубка леса и другие подготовительные работы.
Кира в сердцах едва не набросилась на Смогова. Девушка прекрасно понимала, что глава «Северной Руды» лукавит. Его компания сроет уже вторую священную гору, превратит её в карьер, в ещё один шрам Русского Севера.
Кира вернулась к себе в однокомнатную квартиру. На покупку жилья ушла основная часть компенсации от «Северной Руды». Настроение у Киры была подавленное. В социальной сети в группе «Онлайн Заснежинск» девушка прочитала анонимный пост:
Идёте завтра на Белоснежную? Остановим вырубку? Кто готов возглавить протест?
Кира, не задумываясь, ответила:
Мы возглавим – Заснежинское отделение «Зелёных Стражей».
Её сообщение почти сразу прокомментировали:
Смелости вам не занимать.
Кира создала в мессенджере секретный чат под названием «Стражи Белоснежной горы». Призыв встать на защиту священного места нашёл большой отклик у жителей. Судьба города в значительной степени зависела от функционирования «Северной Руды», но для многих людей традиции их народа и вопросы экологии были важнее денег и благ.
На следующий день рано утром Кира с друзьями и другими неравнодушными жителями поднялась на Белоснежную. Защитники горы перегородили единственную дорогу, рядом разбили палаточный лагерь.
Компания пригнала технику для вырубки леса. Активисты потребовали у лесорубов разрешение на вырубку. Документа у работников не оказалось, и они, видя решительность протестующих, не стали прорываться через кордон, уехали.
Кира пила чай из термоса, ела приготовленные бутерброды и разговаривала с друзьями.
– Что-то было слишком легко, – сказала Света.
– Это только начало, – ответила Кира. Она понимала, что «Северная Руда» просто так не сдастся, что за гору разгорится борьба.
Защитники горы развернули национальную символику и записали видеообращение к губернатору области и к президенту с требованием вернуть Белоснежной статус охраняемой природной территории регионального значения. Текст читала Кира. Девушка сильно волновалась, но ни разу не запнулась.
Вечером большинство участников акции разъехалось. Кира вернулась домой.
Во второй день протеста к горе снова приехали лесорубы. Но уже в сопровождении сотрудников частного охранного предприятия. Чоповцы были в тёмно-синих костюмах.
Защитники горы (их было около пятисот человек) выстроились в живые цепи. Кира с друзьями стояла в первом ряду. Произошла стычка с чоповцами. Активистам удалось удержать проезд к Белоснежной. Вызванная полиция не вмешалась в конфликт.
Кира чувствовала подвох. Чоповцы действовали осторожно, нерешительно. Они словно прощупывали слабые места в кордоне активистов. Кира решила остаться в лагере, переночевать в палатке.