Чтение онлайн

Поддержанию тесных связей с Генеральным штабом предшествовало принятое Верховным главноко-мандуюицим решение по докладу НКВД СССР о целесообразности проведения указанной работы вскоре после захвата первых шпионских и диверсионных групп, заброшенных на территорию Советского Союза.

Связь с Генштабом (с заместителем начальника Генерального штаба, являвшимся одновременно начальником оперативного управления Генштаба, Александром Михайловичем Василевским) поддерживал высокопоставленный сотрудник «СМЕРШ» Н. М. Ендаков. В дальнейшем связь поддерживалась с заместителем начальника Генерального штаба А. И. Антоновым, начальником оперативного управления Генштаба С. М. Штеменко и заместителем начальника Генштаба, начальником одного из его управлений Ф. Ф. Кузнецовым. С первыми двумя встречи происходили в здании Генерального штаба и особняке Ставки Верховного командования на улице Кирова, а с Кузнецовым — в Министерстве обороны СССР на Фрунзенской набережной. До мая 1943 года связь с указанными ответственными работниками Генштаба поддерживал Н. М. Ендаков, а с мая 1943 и до окончания войны эта работа была возложена на сотрудника «СМЕРШ» Д. П. Тарасова.

Тексты радиограмм с военной дезинформацией для передачи противнику разрабатывали в соответствии с указаниями Генштаба работники контрразведки, ведшие радиоигры с учетом стиля письма каждого агента и легенд об их возможностях добычи шпионской информации. В более важных случаях к этой работе привлекались консультанты — работники Генерального штаба.

Передача военной дезинформации производилась только после утверждения Генеральным штабом текстов радиограмм и сроков их отправления. О проводимых органами военной контрразведки радиоиграх и передаваемой противнику дезинформации систематически докладывалось Верховному главнокомандующему, первоначально — в форме оперативных сводок, а затем — в виде спецсообщений.

О размахе этих игр и о том, какое значение им придавало советское командование, говорят хотя бы такие факты. Только в январе 1945 года было задействовано шесть радиоточек: «Ревизор», «Запоздалые», «Связисты», «Ключ», «Братья», «Туристы»; в феврале — четыре: «Диверсанты», «Вега», «Корни», «Странники»; в марте — пять: «Дезертиры», «Проба», «Лабиринт», «Цепь», «Вальд»; в апреле — четыре: «Звено», «Пограничники», «Организаторы», «Финал»…

Последняя радиоигра, проводившаяся на берлинском направлении, была самой короткой по времени — двадцать дней, но символичной по названию — «Финал». Принятые по ней заключительные аккорды морзянки разведывательных центров германского командования возвестили об окончании войны.

Бои в эфире закончились, наступила тишина…

Командование вермахта было крайне заинтересовано в организации широко поставленной агентурной разведки как на линии фронта, так и в ближайших тылах Красной Армии. В соответствии с этим германские разведывательные службы ежедневно забрасывали большое количество агентов в расположения действующих частей Вооруженных сил Советского Союза и на прифронтовые коммуникации.

Перед агентурой, действовавшей в прифронтовой полосе, органы разведки противника ставили сравнительно узкие задачи, требуя быстрейшего их выполнения. Как правило, агент после выполнения задания возвращался в разведывательный орган через линию фронта для личного доклада о результатах произведенной им разведки. Только немногих агентов снабжали радиостанциями, радиус действия которых в большинстве случаев был весьма ограничен.

В непосредственной близости от линии фронта советская военная контрразведка организовала заградительную службу, которая вела работу по пресечению деятельности агентов германской разведки на фронтовых коммуникациях. На шоссейных дорогах и железнодорожном транспорте, связывавших фронт с ближайшим тылом, и в других наиболее вероятных местах появления агентов противника действовали так называемые «опознавательные группы», в состав которых включали захваченных советской контрразведкой германских агентов. В штабах соединений и частей действующей Красной Армии проводились контрразведывательные мероприятия, чтобы оградить их от проникновения диверсантов.

Одним из средств в борьбе с германской разведкой в прифронтовой полосе являлись и радиоигры, проводившиеся советской контрразведкой «СМЕРШ» с использованием захваченных агентов противника. С помощью радиоигр органы военной контрразведки поддерживали у противника уверенность в том, что заброшенные им в прифронтовую полосу разведывательные группы активно действуют. Это вносило в ряды неприятельской разведки определенную самоуспокоенность и удерживало ее от дальнейших действий.

Из курса лекций:

«Во втором периоде войны органы военной контрразведки значительно активизировали свою деятельность.

Если в 1941 году на прифронтовую зону приходилось около 45 % от общего количества разоблаченных органами военной контрразведки агентов фашистских спецслужб, то в 1943 году эта цифра возросла до 55 %).

Только в период подготовки и в ходе Курской битвы контрразведчиками Западного, Брянского, Центрального и Воронежского фронтов было обезврежено более 1500 немецких агентов и диверсантов.

Контрразведчики Центрального фронта в июне и июле 1943 года обезвредили пятнадцать разведывательно-диверсионных групп противника. Некоторые из них были предназначены для нападения на штаб фронта и совершения террористического акта в отношении командующего фронтом генерала армии К. К. Рокоссовского.

Во время битвы за Днепр чекисты Воронежского (1-го Украинского) фронта выявили и ликвидировали более 240 фашистских агентов и двадцать одну разведывательно-диверсионную группу.

Положительных результатов в этот период добились военные контрразведчики Ленинградского фронта, которым удалось нанести серьезные удары по русской эмигрантской организации «Восточное бюро НТС» (Народно-трудовой союз), действовавшей с 1943 года как орган абвера — зондерштаб «Р».

На заключительном этапе войны органы военной контрразведки, не прекращая борьбы со шпионами, диверсантами, террористами, активизировали свою деятельность против фашистских пособников, националистического подполья, а также по захвату документов и вещественных доказательств преступной деятельности гитлеровцев на оккупированной территории».

Показательной является радиоигра, начатая в мае 1943 года на Центральном фронте под условным названием «Опыт».

Передачи велись от имени трех агентов германской разведки, заброшенных с заданием выяснить в районах Щигр, Касторного, Курска и Львова и прилегавших к ним пунктах места сосредоточения советских войск, техники, фамилии командиров, состояние транспортных путей и мостов, добыть сведения о передвижении воинских частей. Агенты имели при себе портативную коротковолновую радиостанцию, сто двадцать тысяч рублей, топографические карты районов действия и фиктивные документы офицеров Красной Армии. Регион действия агентов представлял для советской стороны исключительно важное значение, так как по указанию Генерального штаба ранее по десяти радиоточкам, работавшим под контролем «СМЕРШ» в близлежащих пунктах, осуществлялась операция, имевшая целью скрыть готовившееся наступление советских войск на Курской дуге.