Чтение онлайн

– Кто-нибудь еще будет? – спросил Михаил, когда после приветствия Манюня усадил его за приставной столик.

– Нет. Пока в этом нет необходимости. Думаю, и не будет…. Рассказывай, что тебе удалось узнать вчера.

– Много и ничего конкретного.

Михаил обстоятельно доложил о встрече с Еленой и Артемом. Почти дословно пересказал содержание последней записки депутата, не зря он перечитал текст несколько раз. Показал заключение экспертов по поводу снимков. Не забыл передать содержание беседы с Сумченко.

– Получается, что Нефедов, ниточка, которая ведет к Сумченко, держится только на свидетельстве Болотиной. Впрочем, все и так ясно. Они запугали Ткача, а потом даже заплатили за какие-то услуги. Информация, о которой я говорил вчера, следующая. В середине октября Ткач приобрел дом в Косе. Даже не дом, а небольшую гостиницу. Сумма относительно небольшая, сорок тысяч долларов. Но это только в купчей. На всех счетах у Ткача было около десяти тысяч долларов. Короче, на самом деле расплата была наличными. В таких случаях сумму занижают, чтобы уменьшить налог.

– Николай Петрович, а адрес дома известен?

– Конечно! Улица Листьева, 25.

– Номер дома, где мы ночевали у деда Панасенко, 23 по той же улице.

– Предположим, Бортко узнал о доме и затеял рыбалку буквально в километре, чтобы в нужный момент завести разговор о доме.

– Или даже напроситься в гости….

– Ткач не выдержал и в отчаянии затопил катер, только чтобы помешать окончательному разоблачению его предательства.

– С таким же успехом можно предположить, что это сделал Бортко, когда столкнулся с упорным нежеланием Ткача честно во всем признаться. Обе версии одинаково вероятны. Хуже всего, мы не сможем доказать вину организаторов этой провокации в суде. И мы никогда не узнаем, за что заплатили Ткачу….

– Зато мы сможем восстановить общественное мнение против Сумченко. Он проиграет выборы. Главная цель его преступной интриги не будет достигнута.

– Они сделают все, чтобы опорочить Бортко. Его семье предстоят новые потрясения.

– А еще лучше заставить его снять свою кандидатуру. На следующей неделе мне предстоит поездка в Киев по служебным делам. Думаю, имеет смысл встретиться с кем-нибудь из руководства Партии регионов и предложить им заменить кандидатуру Сумченко на предстоящих выборах по 174 избирательному округу. Суд ударит по престижу партии не только в нашем городе…

– Но суд будет проигран…. Это самоубийство!

– Да. Круговая порука правящей верхушки и зависимость суда от них мне прекрасно известна. Скорее всего, придется подать в отставку. Какой смысл держаться за должность, где ты не способен сохранить даже свое профессиональное достоинство. Я говорил тебе об этом неоднократно. А недавно из меня вытащили такое обещание на прессконференции. Собственно, после этого я принял решение возобновить следствие и привлечь тебя.

– Какое обещание?

– Подать в отставку, если эффективность работы городской прокуратуры существенно не улучшится.

– Возможно, есть другие варианты избежать заведомо рискованного судебного разбирательства. Например, устроить «утечку» информации в СМИ. Статья в социалистической газете, они точно ее опубликуют, с обстоятельным описанием механизма заговора дискредитирует Сумченко в глазах избирателей….

– А они ответят, что Бортко и Ткач не поделили деньги или любовницу. И это тоже будет правдоподобно. Положим, Сумченко не пройдет в депутаты. Но ради этого будет опорочено имя честного человека, теперь я в этом уверен. Даже в том случае, если Бортко убил предавшего его друга и себя, не могу позволить глумиться над памятью о нем…

– Что мне делать?

– Писать отчет. Точнее два отчета. Один подтверждающий версию о несчастном случае. Дугой с подробнейшим описанием механизма заговора с целью дискредитации народного депутата. Не обязательно указывать на причинно-следственную связь между заговором и несчастным случаем. Сумченко и его подручные действительно не могли знать, что все закончится трагедией.

– Согласен! Когда отдаешь грабителю кошелек, есть вероятность, что твоя жизнь ему не нужна….

– Вижу, ты разочарован результатами своей работы. Напрасно! Большего в данной ситуации добиться невозможно.

– Придется утешиться этой мыслью, – произнес вслух Михаил и подумал: «Одна радость – послезавтра буду дома!».