Чтение онлайн

Он остановился и спрыгнул с седла. Он знал хижину Перноката, так как несколько раз уже посещал поселение в предыдущие месяцы. Молодая девушка смотрела на него от входа в хижину.

– Я пришел увидеть Перноката, - сказал Макрон. Когда она посмотрела на него пустым взглядом, он повторил: - Пернокат?

Она указала на сторону хижины, и он пробрался вдоль обмазанных глиной стен к оголенному участку земли, где рядом с пнем валялась большая куча бревен, в которую вонзили острие топора. Пернокат, раздетый до пояса и блестящий от пота, поднял глаза, услышав шаги Макрона, и он на мгновение нахмурился, прежде чем выражение лица исчезло.

–  Приветствую.
–  Макрон улыбнулся, протягивая руку.

Пернокат шагнул вперед, и они ненадолго взялись за предплечья, прежде чем он заговорил ритмично по-латински.
– Добро пожаловать в мой дом, центурион. Ты здесь, чтобы устроить еще одну охоту?

Макрон знал, что он должен действовать осторожно в отношении истинной цели визита. Со сменой сезона и распространением свежей дичи в лесах в это время года, такая причина выглядела бы достаточно достоверно, чтобы отправиться на поиски охотника.

– Да, по большей части.

– Мы можем обсудить.
–  Пернокат кивнул в сторону пня.
– Испытываешь жажду?

– Мне не помешало бы выпить. Благодарю.

Охотник крикнул на своем языке, и ему ответил женский голос. Полоска шерстяной ткани висела на краю лезвия топора, и он поднял ее, чтобы вытереть лоб, прежде чем сесть на пень. Макрон сел рядом с ним, и они посмотрели на поселение и окрестности.

– Все-таки прекрасное место у тебя здесь, - сказал Макрон.

– Да, - согласился Пернокат.
– Хорошая земля. Если римляне позволят нам его сохранить.

– Ваша земля в безопасности. Я остановил наших людей, требующих больше земли, на которую они не имеют права.

– Пока в безопасности. Но что произойдет, когда центурион Макрон уйдет? На твоем месте появится другой ответственный человек? А что если нет?

Это было справедливое замечание. Он был избавлен от необходимости давать ответ, когда подошла девушка, неся два красноватых глиняных кувшинчика с молоком. Она отдала их и убежала. Охотник поднял свой и осушил содержимое за один раз, капля молока появилась в уголке его рта, прежде чем он опустил кувшинчик и удовлетворенно вытер губы.

– Хорошее молоко!

Макрон сделал глоток и посмаковал вкусный напиток.

– Прекрасное молоко действительно.

– Ты хочешь на охоту. Когда я тебе буду нужен?

– Только в следующем месяце, - ответил Макрон.
– Я должен проследить за завершением кое-какой работы в колонии. В следующем месяце у меня будет время поохотиться.

– В следующем месяце, - растянул Пернокат с легкой грустью в голосе.
– В следующем месяце, может, и не получится.
– Потом он утвердительно кивнул.
– В следующем месяце, как хочешь.

– Ты говоришь так, будто будешь занят чем-то. Ты уже что-то запланировал?

Охотник отвел взгляд, и повисло короткое молчание, прежде чем Макрон снова заговорил.

–  Мне нужно спросить тебя кое о чем. Мне нужна твоя помощь.

Пернокат продолжал смотреть на ручей, где играли дети, не обращая внимания на надвигающиеся беды этого мира.
– Какая помощь?

– Времена изменились. Ицены покинули колонию, и теперь уходят и твои люди. Я пытаюсь узнать почему.

– Люди приходят, люди уходят.

– Не так, - ответил Макрон.
– Не так быстро. Что-то происходит. Знаешь ли ты в чем может быть дело?

– Все знают, что случилось с царицей иценов и ее дочерьми. Каждый знает, что Рим хотел украсть все, что принадлежит ей, и все, что принадлежит ее народу. Также как он поступает с триновантами. Скоро наступит время, когда люди скажут, что больше они терпеть такой произвол не будут.

– А потом?
– спросил вкрадчиво Макрон.

– Потом...
– Пернокат повернулся к нему.
– Кто знает?

– Я думаю, ты знаешь. Поэтому ицены ушли? Поэтому люди твоего племени уходят? Грядет восстание, Пернокат?

Охотник посмотрел в ответ с обеспокоенным выражением лица. Он молчал какое-то время.
– Центурион, ты однажды спас мою жизнь. Теперь, возможно, я могу спасти твою. Оставь Камулодунум. Возьми свою семью и уходи.

– Уходить? Но куда? Колония – мой дом.

– Тогда она станет твоей могилой, если ты останешься. Оставь Камулодунум. Покинь Британию. Не будет безопасно в этих землях для любого римлянина.

Макрон почувствовал ледяной холодок в жилах.
– Скажи мне, что произойдет.

Пернокат встал и выдернул топор из пня.
– Я сказал достаточно. Я буду говорить не более того. Прошу иди. Никогда не возвращайся сюда, если тебе дорога жизнь. Я не причиню тебе вреда, но другие могут. Иди!

Макрон поднялся и поставил кувшинчик, все еще наполовину заполненный молоком.
– Желаю мира и долгой жизни, Пернокату Охотнику.

Триновант кивнул в ответ и взял бревно. Он поднял топор, затем после резкого замаха опустил. Лезвие пронзило дерево и раскололо бревно на две части, которые разлетелись в стороны с пня. Макрон не мог не задаться вопросом, будет ли он раскалывать римские черепа с равной дикостью в скором времени.

Вернувшись к своей лошади и поскакав прочь, он понял, что, вероятно, видел охотника в последний раз, и что, если они когда-нибудь снова встретятся, то уже как враги.

У Макрона не было ни малейшего намерения любоваться хорошей погодой и красотой пейзажа, мыслями он уже вернулся в колонию. Он был уверен, что Боудикке либо не удалось успокоить свой народ, либо, что более вероятно, сама призвала их вновь поднять оружие против Рима. Борьба, которая была обречена на столь же тщетный результат, как и последняя попытка иценов несколькими годами ранее. В одиночку одно племя не могло надеяться преодолеть сопротивление римской армии на острове. Но что, если ее дело поддержали другие племена, такие как тринованты? Что, если племена объединились в союз? Это то, что проскользнуло в словах Перноката о том, что для римлян нигде не будет безопасного места?