Чтение онлайн

— Верно, — кивнул Хеккет, — получается, что у убийцы был ключ от входной двери.

— Подождите, — прервал их Дронго, усаживаясь на диван, — а каким образом убийца мог попасть на этаж? Как он прошел к двери?

— Что вы хотите сказать? — нахмурился комиссар.

— Я понял, что он хочет сказать, — вставил Хеккет, — сюда невозможно попасть, не пройдя мимо дежурной. На этих этажах, где находятся апартаменты для особо важных гостей, у выхода из лифта сидит дежурная, которая могла видеть убийцу.

— Сейчас мы ее позовем, — кивнул комиссар. — А другого выхода здесь нет?

— На этот этаж нельзя попасть так просто, — пояснил Хеккет, — только с помощью специальной карточки, которую выдают постояльцам именно этого этажа.

— У кого могла быть такая карточка? — спросил комиссар.

— Только у гостей отеля, — твердо сказал Хеккет.

— Получается, что она могла быть только у мужа, — комиссар пожал плечами, — тогда все наше расследование закончится через десять минут.

— Не думаю, — задумчиво возразил Дронго, — судя по всему убийца заранее подготовился к совершению подобного преступления и вряд ли стал бы подставляться таким нелепым образом.

— Сначала мы поговорим с дежурной, — сказал комиссар, — а потом побеседуем с мужем убитой. Может, мы выясним, кто последним входил к ней номер.

— А карточка-ключ? — напомнил Хеккет. — Она могла быть только у мужа. Или у жены. И больше ни у кого. Хотя нет. Она могла дать свою карточку любовнику, но наш друг Дронго не верит в порочность женщин.

— Я верю только в конкретные факты, — сухо заметил Дронго, — и не люблю домыслов в отношении женщин. Об этом я вам уже говорил, Хеккет. Постарайтесь вести себя уважительно хотя бы по отношению к покойной.

— Она вам явно нравилась.

— Тем более не нужно говорить гадостей. Давайте сначала во всем разберемся.

— Может быть, мы начнем с ее мужа, — вздохнул комиссар, — в таких случаях лучше сразу допрашивать близких родственников. Позовите мужа, — попросил он одного из своих сотрудников.

Тот поспешил пройти в кабинет. Через некоторое время оттуда вышел Лабунский. Он был в расстегнутой рубашке и в брюках. Пройдя к дивану, он сел рядом с Дронго.

— Вы можете говорить? — спросил комиссар.

— Да, — кивнул Марк, — кажется, могу.

— Извините, что вынужден быть таким настойчивым, — продолжал комиссар, — если вы не сможете говорить по-английски, говорите по-русски, ваш знакомый поможет нам понять вас, — показал он на Дронго.

— Ничего. Я постараюсь ответить на вопросы, — вздохнул Лабунский.

Террачини крикнул своему помощнику, чтобы принесли диктофон. Помощнику было лет сорок. Очевидно, он давно работал с комиссаром, так как даже по тембру голоса мог определить, в каком он настроении. Он сразу принес диктофон и передал его комиссару. Тот включил диктофон и положил на диван рядом с Лабунским.

— Вы не возражаете? — уточнил комиссар.

— Нет, — ответил Марк, — мне все равно.

— У вас были с женой хорошие отношения? — сразу спросил Террачини.

— Нормальные. Конечно, мы иногда ссорились, но в общем отношения были нормальными. Сегодня исполнилось пять лет со дня нашей встречи, — напомнил Марк, — впрочем, ваши коллеги об этом знают.

— Как вы думаете, кто мог совершить это убийство?

— Не знаю, господин комиссар. Из тех, кто был с нами, — никто. Это все ее родные и близкие друзья. Не знаю. Может, кто-то посторонний.

— Вы проверяли, деньги и ценности на месте?

— Нет, пока не проверял. Но меня это мало интересует. Разве можно в такой момент думать о деньгах?

— У вас были крупные суммы? У сеньоры были бриллианты, украшения, дорогие часы?

— Были. У нее были бриллиантовое колье и кулон. И еще золотые часы. Вернее, у нее были две пары часов: «Картье» и «Шопард» с плавающими бриллиантами.

— Вы можете сказать, где лежат эти вещи?

— Да, конечно. Они лежат в спальне.

— Не в сейфе? — удивился комиссар.

— Нет, — ответил Лабунский, — если залезут грабители, то они первым делом полезут в сейф. Обычно мы оставляем ценности в шкатулках и кладем их в свои чемоданы, которые запираются на кодовые замки. Вряд ли умный вор потащит через весь коридор такой заметный чемодан, как наш.

— Вы можете проверить чемодан вашей супруги? — спросил комиссар. — Я распоряжусь, чтобы его принесли из гардеробной.

— Пусть принесут все наши чемоданы, — попросил Марк, — я не помню, в каком именно чемодане лежат украшения.

Комиссар распорядился принести чемоданы. Их сложили в гостиной, и Марк, присев перед одним из них, набрал знакомый ему код и открыл чемодан. Затем покачал головой. Очевидно, это был не тот чемодан. Он присел перед вторым, начал набирать код, но неожиданно поднял голову:

— Чемодан почему-то открыт.

— Не трогайте ничего, — попросил комиссар, — возможно, остались отпечатки пальцев.

— На убитой тоже нет украшений, — вставил Дронго, — а мы видели, что на ней было колье и крупные серьги с бриллиантами.

— Да, — кивнул Хеккет, — точно были.

— На ней нет никаких украшений, — вспомнил комиссар, — никаких.

— Я не обратил на это внимания, — вздохнул Марк, — я не могу на нее смотреть в таком виде. Это так ужасно.

— Значит, драгоценности пропали, — невесело констатировал комиссар.

В гостиную вошел сотрудник полиции. Он что-то тихо сказал комиссару, и тот, извинившись, поднялся, выключил диктофон и прошел в спальные комнаты апартаментов. Кроме большой спальни, здесь была и своеобразная комната отдыха — вторая спальня. Комиссар вошел туда и громко позвал Дронго и Хеккета. Оба обнаружили сложенные на столике коробки. Комиссар открыл одну из них. Она была пуста. Он осторожно открыл следующую. В ней тоже ничего не было. Комиссар попросил своего помощника позвать Марка Лабунского. Когда тот вошел, Террачини спросил у него, показывая на пустые коробки: