Шрифт:
Смерть рядом
Киприянов Алексей Анатольевич
Часть первая: Сильвия.
Пролог
Сегодняшнее утро ничем не отличалось от других: суета, чашка горячего кофе, свежая газета с желтой строкой и на работу. В это утро доктор Хевел, как всегда опаздывал.
Еще рас взглянув на себя в зеркало перед выходом, доктор, быстро схватив чемодан со всеми нужными принадлежностями и положив револьвер в чехол, направился на работу. Хевел работает в организации S.G.O.S.P. что в расшифровке и переводе означает: Секретная Государственная Организация по Изучению Явлений. Кстати, в организации занимались не только изучением странных явлений, но и изобретением высоких технологий будущего.
На работу доктора забирали лично на машине, чтобы некто не мог, проследит его передвижения на общественном транспорте, но у доктора имелась еще и своя машина рабочая же оснащена пуленепробиваемыми тонированными стеклами. Корпус сделан из сверхпрочного металла. Кроме этого машина обладает мощными компрессорами, которые включаются автоматически при пробивании колеса острым предметом. Одно колесо способно выдержать до десяти проколов. В целом, машина ничем не отличалась от других, за исключение параметров и веса. Это очередное новое изобретение Хевела под названием «N-002».
Доктор быстро запрыгнул в машину и водитель аккуратно тронулся.
– Док, взгляни на себя.
Хевел не понял, но все-таки взглянул в зеркальце, которое всегда носил с собой во внутреннем кармане белого халата.
Потрепанные черные волосы, зачесанные назад, зеленые глаза, вытянутое лицо, аккуратный маленький нос, недавно купленные новые очки с железной оправой. Доктор улыбнулся сам себе.
– Вот, так-то лучше – расплылся в широкой улыбке водитель, поглядывая в зеркало заднего вида, - улыбка вам идет, док.
Через несколько минут езды машина остановилась. Поблагодарив водителя, доктор чуть ли не вприпрыжку отправился на работу. Маленькая организация S.G.O.S.P. расширялась несколько лет, пока в ней не начали производить высокотехнологичную продукцию, что в последующем привело к покупкам станков и развитию заводской промышленности, а название осталось таким же. Сама организация располагалась в пятидесяти километрах от центра города глубоко в лесу. Хевел живет на самом краешке города, можно сказать ближе всех остальных работников и еще при этом умудряется опаздывать.
Перед глазами всплыли большие массивные деревья, которые держались как можно дальше от каменной дорожки, ведущей в лес. Не привлекая лишнее внимание, доктор спешно отправился к заводу. По пути он всегда размышлял о природе. Всегда об этом напоминала сама природа, на которую больно было смотреть: кругом трухлявые пеньки, задыхающиеся от газов и пыли деревья, битое стекло, острые банки, вросшие в хрупкие стволы, коробки и прочий мусор. Люди перестали следить за природой. В мире не осталось ни одного чистого океана, моря или озера. Да, они отчищаются, вот только толку от этого нет.
В глаза бросился цветок, растущий не далеко от проложенной каменной дорожки. Он ярко переливался на солнце сочным красным цветом, покачиваясь от легкого дуновения ветерка. Хевел аккуратно наклонился, будто боясь, что цветок вот-вот распадется на маленькие крупицы, прикоснулся к нему. Мягкая поверхность лепестка заставила доктора растаять в его объятиях. Он будто чувствовал, как яркий цветок дышит ему в ладонь теплым потоком, согревающим душу. Только спустя несколько секунд до него дошло, что он чувствует самое настоящее дыхание.
– Это же?! Гениально!
Доктор, потеряв голову, побежал к заводу, но неожиданно резко остановился. У него сильно кольнуло в сердце, от чего Хевел согнулся. Держа руку на груди, он медленно поднял ногу. Его черная туфля наступила на такой же, только уже желтый цветок. Доктор отчетливо чувствовал, как мучительно он умирает.
«Нет, я не хочу в психушку».
Он глубоко вздохнул. Пыль пробила легкие, застревая где-то глубоко.
«Да что со мной творится?».
Хевел хорошо понимал, что за эти несколько минут он сильно изменился.
Доктору снова стало плохо. Он испытывал совсем незнакомое человеку чувство. Он задыхался от городской пыли, его сердце страшно кололо, голова отказывалась принимать происходящее, а ноги, будто корни вросли в выложенную каменную плитку.
Огромными усилиями Хевел столкнул себя с места. Шаг…еще шаг…ученый упал, на колени. Сознание то возвращалось, то предательски покидало его, а душа уже улетела в другой мир. Тело онемело, обмякло, и ученый погрузился в темноту…
Глава 1
Очнувшись, доктору потребовались большие усилия, чтобы вспомнить что произошло. У него страшно болела голова, к горлу прилип комок. Встать он так и не смог - его тело пронзала боль. Толчками он перевернулся на спину. Перед глазами все та же картина. Лес шумел от дуновения ветерка, а судя по звуку, недалеко журчала речка.
Стоп, какая еще речка? За эти несколько лет Хевел не видел около завода ни одной речки. Эта странность дала доктору сил подняться. Теперь он стоял на ногах, но не успел он подумать об одном, как глаза заметили еще одну странность: каменная плитка – она исчезла, как след простыл. Кругом высокая здоровая трава, чистый свежий природный воздух, пение птиц и суетливые насекомые.
Здесь доктор чувствовал себя, как в раю.
«А может это и есть рай, просто каждый видит его по своему, как ему хочется?».
Доктор не мог поверить, что он умер прямо по дороге на работу, а может это все сон?
Хевел ущипнул себя за ногу, от чего взвыл.
«Нет, друг мой, это не сон, но умереть я никак не мог. Врачи всегда говорили, что я здоров, как бык».
Нужно отвлечься. Ученый направился к водоему. Каким было его лицо, когда он увидел воду прозрачной, как стекло. Несколько минут он стоял в ступоре - теперь его мысли окончательно запутались. Нет никакого логического объяснения. Разве только одного – его перенесло в другое измерение, но это не возможно! Нельзя просто потерять сознание и попасть в другой мир, а значит, он находится в своей голове? В своих идеальных фантастических мыслях? Но если так, значит, ему это снится? Тогда почему он может управлять собой и адекватно мыслить у себя в голове?