Чтение онлайн

Девушка так уверенно это говорила, что инспектор тут же оставил свою затею, перейдя к расспросам о поведении доктора Кристоу в прошлую субботу. И туг впервые убежденность ответов Берил стала меньшей.

— Он держался не вполне обычно.

— В чем же была разница?

— Он выглядел невнимательным. Он очень долго не вызывал последнюю пациентку, а ведь обычно, собираясь уходить, он норовил закончить поскорее. Думаю — и даже не сомневаюсь, — что у него что-то было на душе.

Впрочем, ничего определенного она сказать не могла.

Инспектор Грейндж остался не очень доволен достигнутым. Он нигде не приблизился к доказанным мотивам — а прежде чем идти к прокурору, надо иметь факты. Про себя он был вполне уверен, что это Герда Кристоу застрелила своего мужа. Причиной, подозревал он, была ревность, но дальше этого дело не шло. Сержант Кумбаз «отрабатывал» горничных, но все твердили одно и то же: миссис Кристоу боготворила землю, по которой ходил ее муж.

«То, что случилось, — подумал он, — могло случиться только в «Пещере». И, вспомнив о «Пещере», он ощутил неясное беспокойство. Странное там собралось общество.

Затрещал телефон на столе, и мисс Коллинз взяла трубку.

— Это вас, инспектор, — сказала она и передала ему трубку.

— Грейндж слушает. Что такое?

Берил услышала, как переменился его тон, и в удивлении на него уставилась. Но его лицо было бесстрастным. Он слушал и мычал.

— Да… да… Я получил. Это наверняка? Как говорится, без списка опечаток? Да… да… да… Я приеду… Я уже почти закончил.

Он положил трубку на рычаг и на миг замер. Берил с любопытством наблюдала за ним. Он взял себя в руки и спросил совсем непохожим на прежний голосом:

— Думаю, у вас нет своих соображений насчет этого дела?

— Вы имеете в виду…

— Что у вас нет подозрений на кого-либо в убийстве доктора Кристоу.

Она ответила решительно:

— Не имею ни малейшего понятия.

— Когда был найден убитый, рядом стояла миссис Кристоу с револьвером в руке…

Он намеренно не договорил, словно это был недочитанный приговор. Она откликнулась мгновенно. Без горячности, спокойно и здраво:

— Если вы решили, что миссис Кристоу убила мужа, то, уверяю вас, вы ошиблись. Она вовсе не сумасшедшая… Миссис Кристоу очень мягкая и кроткая и была всецело предана мужу. Мне кажется просто нелепым, что кто-то мог хоть на миг подумать, будто его застрелила она, сколько бы там улик против нее не было.

— Если не она, то кто же?

— Представить себе не могу.

Инспектор направился к двери. Берил спросила:

— Не хотите ли увидеться с миссис Кристоу, прежде чем уйти?

— Нет. Или да. Да! Так будет лучше.

И опять Берил удивлялась: это был не тот человек, что допрашивал ее перед телефонным звонком. Какая же новость его так переменила?

Герда, волнуясь, переступила порог. Вид у нее был несчастный и потерянный. Она спросила тихо и нетвердо:

— Вы что-нибудь узнали про убийцу Джона?

— Пока нет, миссис Кристоу.

— Это невероятно… совершенно невероятно.

— Но это, увы, так, миссис Кристоу.

Она кивнула, потупясь и скатывая носовой платок в комочек. Он спросил вполголоса:

— У вашего мужа были враги?

— У Джона? О, нет. Он был чудесный. Все его обожали.

— А вы не припомните никого, кто мог бы затаить зло на него, — он сделал паузу. — Или на вас?

— На меня? — Она явно изумилась. — Ах, нет, инспектор.

Инспектор Грейндж вздохнул.

— Что вы знаете о Веронике Крей?

— О Веронике Крей? А, это та, что явилась в тот вечер занять спичек?

— Да, она. Вы с ней знакомы?

Герда покачала головой.

— Ни разу ее раньше не видела. Джон когда-то давно знал ее. Он говорил что-то в этом роде.

— Может быть, у нее был на него зуб, а вы об этом и не подозревали.

Герда сказала с достоинством:

— Не верю, чтобы кто-то мог таить злобу против Джона. Добрее и бескорыстнее его не было. И благороднее.

— Хм, — отозвался инспектор. — Да. Совершенно верно. Ну, всего доброго, миссис Кристоу. О том, что опрос свидетелей в среду, в 11 часов, в Маркет-Диплич, вы знаете? Это будет очень просто — ничего травмирующего. И скорее всего объявят недельную отсрочку для доследования.

— Да. Я понимаю. Благодарю.

Она стояла, глядя мимо него. «Интересно, — подумал он, — хоть теперь-то она осознала, что является главной подозреваемой?»

Он окликнул такси — извинительная трата в свете только что полученного по телефону известия. Но вот куда оно его вело, он еще не знал. На первый взгляд все казалось бессмысленным и даже невозможным. Но ведь стало же это каким-то образом возможно! Только каким? Единственным выводом для инспектора пока стало то, что случай не так прост и ясен, как он доселе считал.

Сэр Генри непонимающе взглянул на инспектора Грейнджа и сказал тихо:

— Я не совсем уверен, что понял вас, инспектор.

— Всё очень просто, сэр Генри. Я прошу вас проверить вашу коллекцию оружия. Она, я полагаю, снабжена списком и указателем?

— Естественно. Но я уже опознал револьвер и засвидетельствовал, что он из моей коллекции.

— Все не так просто, сэр Генри. — Грейндж на миг запнулся. Он чутьем всегда был против разглашения данных следствия, но в таких вот особых случаях приходилось. Сэр Генри человек почтенный. Он, несомненно, выполнит то, о чем его спросят, но ему все же следовало разъяснить причину. И инспектор решил ему эту причину выложить.