Чтение онлайн

«Двадцать минут, чтобы одеться. Добраться до офиса за тридцать минут, найти папку с делом и через полчаса прибыть в суд… Успею».

Из зеркала на Кэтрин смотрело все еще красивое лицо сорокапятилетней женщины. Высокие скулы и серо-голубые глаза она унаследовала от бабушки, а стройная фигура, которая привлекала взгляды мужчин вдвое моложе ее, была результатом регулярных занятий спортом и хороших генов. Тренировки стали частью ее повседневной рутины, и Кэтрин твердо отказывалась их бросать.

Она не прекращала делать физические упражнения на протяжении всей супружеской жизни, несмотря на то что муж почти не помогал ей заботиться о детях. Хирург, специалист по операциям на сердце, он ссылался на то, что слишком занят в больнице или посещает различные деловые собрания. Кэтрин не жаловалась. Она любила быть с детьми и при этом каждый день по часу танцевала в «большой» комнате, чтобы не терять форму. В то время она еще не знала, что «собрания» хирург проводил с медсестрами на квартире, которую втайне снимал для развлечений с двумя другими врачами. Отвратительные подробности выяснились во время бракоразводного процесса.

Джеймс и Элли, старшие дети Кэтрин, сейчас учились в университете штата Джорджия. Разница в возрасте у них два года, они живут отдельно, но часто встречаются. Зак — ее младшенький, как называет его Кэтрин, — год назад начал учиться в средней школе и уже почти ростом с мать.

«Средняя школа», — вздохнула Кэтрин, накладывая тени на веки.

Она еще раз взглянула на часы и убедилась, что пока не нарушает график. Выбрала в шкафу темно-серый костюм и надела его. Он стильный, деловой и совсем не вызывающий. А когда застегивала молнию на юбке, вдруг разволновалась.

Колготки!

Именно их она хотела купить сегодня. Быстро проверив ящик с чулками, Кэтрин убедилась, что ее страхи оправданны. Ни одной подходящей пары, которую можно надеть в суд.

Потом ее осенило — Элли!

Кэтрин взбежала вверх по лестнице на второй этаж и вошла в комнату дочери.

«Боже, надеюсь, она не все вещи перевезла в свою квартиру».

Еще со школьных лет Элли Адамс как бы заведовала дамским бельем. Кэтрин не могла с полной уверенностью сказать, когда произошла перемена и какие именно чувства она питала по данному поводу, ибо многие вещи, которые носила Элли, казались ей гораздо более сексуальными, чем ее собственные предметы дамского туалета. Когда продавцы с Виктори-стрит стали присылать благодарственные открытки в их дом, она решила при случае переговорить с дочерью.

Кэтрин начала открывать верхний ящик комода и остановилась. В углу стояла фотография в рамочке, где они обе запечатлены несколько месяцев назад. Оказывается, Элли сделала копию. Фото так себе, вполне обыкновенное. Мать и дочь лежат на кровати и смотрят телевизор. Их головы почти соприкасаются. Кэтрин еще несколько секунд изучала снимок, затем, испытывая чувство вины, открыла ящик с нижним бельем Элли. Нашла там то, что искала, — нераспакованную пару колготок «Живанши». К счастью, у мамы и дочки шестой размер, а их вкусы практически совпадают, по крайней мере в отношении колготок. Кэтрин подняла юбку, взяла колготки и начала ритуал одевания.

Часы показывали десять минут девятого.

Закончив, Кэтрин бросилась вниз по лестнице и отыскала пару черных туфель-лодочек, которые подходили к костюму. Потом схватила портфель и вышла из дома. По дороге в офис позвонила Шерри Уоллес.

— Привет, Шерри, это Кэтрин.

— О, Кэтрин! Слава Богу. Я просто с ума схожу.

— Галина передала мне ваше сообщение. Я сейчас иду за папкой с вашим делом. Что происходит?

— Марк хочет забрать детей. Шериф оформил бумаги сегодня утром. Я сказала ему, что вы в отпуске, однако он все равно настоял на своем. Как они могут так поступать?

Она выпалила все одним духом.

— Успокойтесь и скажите точно, что он утверждает.

— Утверждает?

— Прочтите, что там в бумагах.

— Одну минуту.

Кэтрин услышала шорох переворачиваемых листов.

— Вот… он говорит, что я негодная мать и в интересах детей необходимо лишить меня материнства. Он также утверждает, что я не обеспечиваю в семье нормальный моральный климат.

Голос Шерри Уоллес дрогнул, когда она читала последнее предложение. Она заплакала.

Кэтрин обратилась к ней:

— Послушайте, я понимаю, что вам трудно, но у нас мало времени. Есть там что-нибудь еще?

— Это все, — ответила Шерри, глубоко вздохнув. — Извините.

— Не извиняйтесь. Вы имеете понятие, о чем он говорит?

— Нет.

— Совсем нет?

— Клянусь Богом, Кэтрин!

Кэтрин начала рассматривать разные возможности. Она хорошо знала Ричарда Ройяла и понимала, что тот не станет подавать документы ради проформы. Чего-то определенно не хватает.

— Я перезвоню через пять минут. Мне нужно поговорить с адвокатом противоположной стороны и узнать, сообщит ли он мне суть деда.

Кэтрин дала отбой и набрала номер Ройяла. На втором звонке ответила секретарша.

— Приемная Чамблиса, Ройяла и Балларда.

— Говорит Кэтрин Адамс. Можно позвать мистера Ройяла?

— Одну минуту, мадам. Я узнаю.

Наступила пауза. Через десять секунд Ричард Ройял вышел на связь:

— Как дела, Кэтрин?

— Не очень хорошо, Ричард.

— Знаю, знаю, — проговорил он. — Извините, что пришлось так поступить, однако у нас не было выбора. Я настаивал на том, чтобы подождать до вашего возвращения из отпуска, но мой клиент очень расстроен и требует возобновить дело немедленно.

«Пожалел волк овцу…» — подумала Кэтрин.

— Понимаю. В чем заключается проблема?

— Если кратко, нам стало известно, что Шерри водит в дом мужчин, и Марк чувствует… ну… он не хочет, чтобы девочки жили в таком окружении. Эта женщина показывает дурной пример дочерям.