Чтение онлайн

– И что?

– И ничего. Я спать пошла и больше ничего не слышала. Куда же он деться мог?

В это время болонка, оставив изрядный клок шерсти на черных джинсах Шурика подошла к двери Новикова и нервно заводила носом, а потом вдруг уселась копилкой и, задрав голову к небесам, вдохновенно завыла. Шурик И хозяйка собаки одновременно уставились на пса, а затем испуганно переглянулись.

– Ой, что же это? – испуганно произнесла женщина, схватившись за декольте. – Может… может ему там… Он там вдруг… А если…

– У вас лоджии соседствуют? – спросил Шурик.

– Нет. У меня застекленная, и на другую сторону. А вот у Марьи Петровны нет. Через нее можно попробовать. Все-таки второй этаж, не пятый. Вдруг он там еще живой?

Проявив небывалую прыть, женщина уже звонила в дверь еще одной соседки. Вскоре ее открыла сухонькая бабулька, с подозрением уставившаяся на Шурика.

– Марья Петровна, тут товарищ из милиции насчет соседа… – затараторила соседка изрядно повысив голос.

– А я при чем? – сухо спросила бабулька.

– Да он уже два дня как пропал, а у меня собака на дверь воет, – пояснила женщина.

– А ты собак не заводи, вот выть и не будут, – флегматично рассудила старуха, а потом испуганно прижала сморщенные ладошки к груди. – Да неужто?..

– Можно я через ваш балкон залезу к нему? – вмешался Шурик.

– Можно, только… – старуха исподлобья оглядела Шурика с головы до ног. – Документики предъявите!

Шурик послушно вынул из кармана удостоверение и даже похвалил бабусю за бдительность. Бабка, нацепив старенькие очки с одной отломанной дужкой, внимательно осмотрела документ, только не попробовав его на зуб. Ларичев парошел через сильно захламленную квартиру и через пару минут уже стоял на балконе Новикова, надеясь, что тот не запер балконную дверь. Старуха и соседка с собакой внимательно следили за его передвижениями.

– Ну, что? – не выдержала женщина.

– Ничего, – пробормотал Шурик. Балкон, разумеется, был заперт. Припав лицом к стеклу, Шурик загородил лицо обеими ладонями от света, надеясь высмотреть что-нибудь за тюлевыми занавесками.

– Он там живой? – осведомилась бабулька.

– Не знаю, – ответил Шурик и энергично постучал по стеклу. Никто не отозвался. Шурик постучал еще сильнее, но ответа по-прежнему не было.

– У него родственники есть? – спросил он. Женщины одновременно пожали плечами и переглянулись. – Ладно, – вздохнул Шурик и двинул локтем по стеклу. То незамедлительно разлетелось в мелкие осколки. Шурик выбил и второе стекло. Женщины вздрагивали, но молчали, наблюдая, как Шурик отодвигает в сторону шторы и влезает внутрь.

В квартире пованивало. Так пахнет труп, пролежавший в теплом помещении пару дней. Шурик, которому не впервой было сталкиваться с трупами, моментально опознал эту вонь. Ее источник лежал на полу в этой же комнате, привязанный к стулу. Стул свалился вместе с хозяином. Вместе они представляли неприглядное зрелище. Рот покойного Новикова был заклеен скотчем, на руках несколько порезов, а на груди явственный след от раскаленного утюга, стоявшего рядом. Письменный стол покойного пребывал в плачевном состоянии. Все бумаги были вытряхнуты из ящиков на пол. Видно было, что кто-то в них сосредоточенно рылся. Шурик перешагнул через труп, осторожно отпер замок. Женщины уже стояли на лестничной площадке.

– Что там? – спросила хозяйка болонки, которая, сидя на руках хозяйки, нервно поскуливала и брыкалась.

– Труп, – коротко пояснил Шурик. – Никуда не уходите, сидите в своих квартирах, сейчас опергруппа приедет. Я от вас позвоню?

Бабуся грузно осела на пол, Шурик едва успел подхватить ее. Женщина с собакой вытаращила глаза и отпустила болонку. Та рванула к дверям, но Шурик успел захлопнуть их у нее перед носом.

Процедуру осмотра квартиры Шурик пропустил, отвечая на кухне на вопросы прибывших оперативников. Однако он не забыл всучить соседке изголодавшуюся канарейку, после чего реагировал на происходящее вяло. Иногда он указывал, чего успел коснуться, высказывал свои соображения, чувствуя невероятную усталость. После всего этого, оперативники сгребли в кучу бумаги, унесли компьютер и содержимое мусорного ведра, в котором была куча бумаг. Шурик отправился в отделение, писать рапорт. Домой он вернулся за полночь, но никто не возмутился его позднему приходу. Развалившись на диване прямо в одежде, Шурик мгновенно уснул, успев подумать, как это все-таки хорошо – жить одному!

Экспертиза, проведенная по результатам убийства Андрея Новикова, принесла определенные результаты. Убийц было двое, они пришли вместе с большой короткошерстной собакой черного цвета, предположительно доберманом, догом или ротвейлером. На теле Новикова остались следы клыков и когтей пса. Предположительно, собака сбила его с ног, а уж потом за дело принялись убийцы.

То, что незваные гости Новикова что-то искали, было очевидно. К сожалению, искали они в перчатках, а дверная рукоятка была тщательно протерта. Никаких других следов преступники не оставили.

Не слишком порадовали компьютер и груда бумаг. В процессоре кто-то весьма умело стер всю информацию, не забыв ликвидировать даже временные файлы, а на истерзанных листах содержались только зашифрованные данные.

Единственным уловом был конверт, прикрепленный на внутреннюю сторону крышки стола. В нем была фотография Ирины Черновой и компьютерная распечатка, на которой были данные о белом «фольксвагене», купленном на имя Ирины Гариной, отчет о распорядке дня Милены Тихомировой и странная фраза, напечатанная в самом конце листа: «Если она не признается, или начнет юлить, всегда можно прибегнуть к крайним мерам. Она ведь гоняет на бешеной скорости».

Напротив имени Ирины Черновой стоял символ черепа и скрещенных костей.

Шурика залихорадило. Он немедленно полетел к Милене Тихомировой. Она так долго не открывала дверь, что Шурик невольно забеспокоился, ожидая повторения истории.

Милена открыла только после того, как выспросила у Шурика все его анкетные данные и позвонила в отделение. После чего дверь загремела засовами и перед Шуриком предстала Милена, опирающаяся на изящную трость со стеклянным набалдашником.

– Когда вы оставите меня в покое? – вместо приветствия осведомилась она. – Вы ко мне ходите, как на работу, сначала один, потом другой!

– К красивой девушке можно ходить бесконечно, – попытался отшутиться Шурик, но Милена даже не улыбнулась. Она кивнула головой, приглашая милиционера войти внутрь. Шурик сделал несколько шагов, и тут из кухни навстречу ему вышла большая черная собака. Шурик замер. Ротвейлер тоже, настороженно глядя на гостя, а потом глухо зарычал.

– Не укусит? – с опаской произнес Шурик. Милена покачала головой.

– Только резких движений не делайте. Я, правда, ее сама иногда боюсь. Главное, не показывать своего страха. Но вообще она довольно ласковая.