Смерть
Шрифт:
Танисса отправилась в лес. Предстояло выследить очень мелких и прытких зверушек. Их мех ценится во много раз дороже медведя, и вчера дроу убедилась, что они тут водятся. Сейчас может она и не могла свободно охотиться на любую дичь, но вспоминать навыки следопыта можно и на мелочи. К тому же, этот зверек мог дать фору многим по умению прятаться и передвигаться.
Ноги ищут новую дорогу.
Полдень. Я перекусил и позволил себе отдохнуть. Из полезного!
Я могу заработать себе плошку крестьянской еды. Варианта целых два. Весьма преуспел в искусстве колки дров. Знаю порядок работы кузнеца. Смогу стать достойным подмастерьем.
Еще одна интересная особенность. Я много знаю. Буквально, получается, вспомнить все, что я когда-то читал или видел. Чему учился или воспринимал просто так, потому что мне было любопытно. Дроу ничего не забывают. Сколько я ещё смогу получить?
Тут из дома вышел Рам и сел рядом передохнуть от труда. Я же решил разбавить это беседой:
— Смотрю тут спокойно. Думал, пока Карот искал древко и набирал мужиков, всю деревню растревожит.
Рам вздохнул и спокойным, слегка грустным, голосом:
— Так не впервой. То зверь. То тварь какая. То бандит, а то и толпа. Всякое бывает. Местные привыкли. Причитать и кричать некогда. Надо тряпки и травы для раненых приготовить. Воду чистую. Для живых еды и чего покрепче, пива на столы накрыть. Все заняты.
— А вельможи? Те, что налог собирают. Они что же?
Рам посмотрел куда-то в сторону, а потом снова перед собой:
— Так им сообщить надо. Да чтоб они успели. А кто хочет постоянную защиту, тот пусть у себя дом строит и солдат содержит. Тем, у кого поля большие есть, может и смогут. А у нас с трудом хватает на себя, да на налог. Хотя и копить получается. Вот в том году мне печь новую сложили, теперь отсюда никуда не деться. А коли Староста совет соберет, да село добро даст, так и дома обновляем для некоторых местных семей. Стену в порядок приводим или даже мага приглашаем. Землю править, чтоб огороды больше могли понести. Так и живём. И оброк общий у нас на все село, кто может, побольше даст, а кому сильно не повезло так меньше.
Я задумался и спросил:
— Так разве где-то не так?
Рам покачал головой:
— Чем дальше от этих гор, проклятых, так больше и деревень, и народу. Города крупные там. Люди бегают туда-сюда. Я вырос в деревне, где оброк каждый дом сам должен был сдать. И редко какой сосед поможет другому. Там и солдаты частые гости. Порой придет такой на ночлег. Вежливый, культурный и монету хозяйке оставит. А чаще урод. Смотрит на всех свысока. Бьет, кто под руку попадается. Ещё и найдет что, так себе берет. Ты скажешь: "Так главному скажи". Так коли главный такой же, тебя на копья поднимут. Или ты такого не видел?
Я задумался. Врать не хотелось, но и правду не сказать:
— Знаю я, что власть со слабыми делает. Как легко голову кружит. Еще недавно я был сыт, одет и мог себе позволить… Да половины я тебе Рам и объяснить не смогу. А теперь плошку каши у кузнеца прошу…
Рам улыбнулся и хлопнул по плечу:
— Скажите, Ваше Благородие! Сгодится такой кузнец в вашем замке или нет?
Я улыбнулся в ответ:
— Боюсь не сгодится. Перебьет он там всех, пока нормальный люд сыщет…
Тут во двор вошел прилично одетый старик. Подошел к нам и слегка наклонил голову:
— Здравствуй Рам.
Кузнец встал и немного поклонился сам:
— Здравствуйте, Староста Варгор. Это работник Скиталец. Не смотрите, что аккуратный, как знать. Работает так, что буду некоторым в пример приводить.
Я встал и повторил поклон кузнеца:
— Здравствуйте Староста Варгор.
Староста окинул меня взглядом:
— Стоит ли вам поклон мне давать? Или может мне коленом перед вами стоит бить?
Я улыбнулся:
— Не стоит. Кем бы я ни был когда-то давно, тот я сгинул. Остался лишь бродяга, Скиталец. А коли случится домой вернуться, так должником буду вашим.
Староста кивнул нам. Рам и Варгор сели на скамью, я пересел на пенек, напротив. Староста заговорил:
— И как твои работники? А то ведь взял к себе пришлых, ни с кем не поговорил.
Рам ответил:
— А, что, говорить-то? Вид у них был такой… А уж когда человек за себя и дроу слово стал держать, решил, пусть работают, а там скоро будет видно. Кто есть, кто…
Старик продолжил:
— И кто же, кто?
Рам указал пальцем на меня:
— "Принц". Может меньше, хотя как бы и не больше. Воспитан. Обучен. Чистоплотный, но не брезгливый. В деревне не жил, но бывал. У нас не останется, мала ему деревня. Да и подсказывает что-то, что уже руки у него в крови людской, но как задать вопрос не придумал.
Староста внимательно посмотрел мне в глаза:
— Так прямо спроси. Убить человека было просто?
Я ответил, прямо смотря в глаза:
— Просто. Удар в спину и точка. Не хочу портить хороший день.
Староста кивнул:
— Прав ты. Пусть Боги тебя судят. Рам, дроу?
Кузнец спокойно продолжил:
— Воин. Уж не знаю, где эти двое были, но девушка явно ад на земле посетила. Очень сильно её это сломало. Принадлежность к воинам выдала еще в первую встречу. В кузне на лук очень внимательный взгляд бросила. Но воевать не спешит. Думаю, возраст не меньше пары сотен лет, судить сложно. "Принца" слушает, но вот кто они друг другу, я не понял… Трудиться на человека не побрезговала. Угроз не было. Страшный и очень опасный зверь, что сейчас не рад, что жив. В общем, пусть эти двое сами копаются в душах друг друга.
Староста снова посмотрел мне в глаза:
— Нам грозит что-то?
Я ответил:
— Я глупцов у вас не видел, что к дроу полезут. Жители, смотрю, вовсе нами не интересуются. Это радует.
Рам ухмыльнулся с намеком:
— Вы и сами к друг другу лезете. Или как это у Благородных зовется?
Я глубоко вздохнул:
— Это мордобой в стиле быстрых и ловких…
Староста улыбнулся:
— Ну, это дело молодое. Рам прочти.
Резко сменилась тема, а за ней, и настроение на лицах. Рам взял бумагу из рук старика и какое-то время читал. Опустил руки вниз и посмотрел в небеса:
— Ты считаешь это серьезно?
Староста, сгорбившись:
— Да. Я верю Канлогу. Он не стал бы просто так шуметь.
Рам протянул бумагу назад:
— Так он написал, что послал гонца в город. Ему там ответят. Стража придет. Все как положено! Зачем с ему с нами бедой делится?
Варгор покачал головой:
— Ты ведь помнишь, что было. Сомневаюсь я, что Канлога простили. Ты верно говоришь, помощь пошлют. И солдаты будут, иначе быть не может. Но как обиды сильнее окажутся и солдат не день, а неделю собирать будут? А две?