Чтение онлайн

– Послушай, приятель, у меня у самого дочь. Все будет в ажуре.

– Спасибо, Сал.

– Так ты придешь ко мне на прием?

– Я не пропущу его ни за что на свете.

– Ты будешь со своей новой девахой? С той, что живет в Нью-Йорке?

– Мы сегодня идем с ней покупать платье для выхода, – ответил я.

– Одень ее как-нибудь посексуальнее, – попросил Сал.

– Да она и в мешке из-под муки будет выглядеть сексуально.

– Мешок для муки – это совсем неплохо. Только пусть он будет совсем маленьким.

– Буду иметь это в виду.

– А что насчет этой лисоватой блонды, которая на тебя работает?

– А что насчет нее?

– Она-то придет?

– На прием? Ни за что.

– Но ты ее пригласил?

– Конечно.

– Может быть, мне – как это называится? – пригласить ее лично?

Я представил себе Калли, одетую для светского выхода. Конечно, она была сногсшибательна, но…

– Она не очень любит общество, – заметил я.

– Ага. До тех пор, пока дело не касается убийства его членов.

– Вот именно, – подтвердил я.

– Если этот парень умудрился влипнуть в Дарнелле, штат Западная Вирджиния, в историю, то это могло произойти только в заведении, которое называется «Грэнтлайн Бар &Гриль».

– И что?

– А то, что я знаю там бармена, Медвежонка. Он мне должен кучу бабла.

– Понимаешь, я не готов, чтобы Чарли ломали ноги. По крайней мере, не сейчас.

– Я просто хочу сказать, что Медвежонок знает, что к чему. И если твоя детка была в этом баре, то он мне об этом скажет. А если она туда придет, то он за ней присмотрит.

– Кимберли всего шестнадцать. Она еще не ходит по барам, – заметил я.

– Дарнелл есть Дарнелл, – ответил Сал.

– Что ты хочешь этим сказать?

– Ты там когда-нибудь бывал?

– Нет.

– Там совершенно нечего делать, кроме как пить, трахаться и колоться.

– Что ты сказал?

– Прости, не хотел тебя обидеть, – сказал Сал.

Я подумал о том, что он только что сказал, и о том, как родителям даже в голову не приходит, что их дети могут пойти по кривой дорожке.

– Слушай, звякни Медвежонку прямо сегодня, а? – попросил я.

– Уже набираю, – ответил гангстер. – Послушай, а ты знаешь этих карликов?

– Виктора и Хьюго?

– Точно.

– А что с ними такое?

– Да они тоже явятся ко мне на прием.

– Я уже об этом слыхал.

– Да нет, взаправду. Во плоти.

– Постараюсь об этом не думать, – произнес я. – А ты скажи своим ребятам, чтобы не вздумали над ними подшучивать. Они ребята непростые.

– Да, я всех уже предупредил. Только подумай, эти карлики завалили Джо Де Мео…

– Они предпочитают, чтобы их называли «маленькие люди», – просветил я Сала.

– А я предпочитаю большие конверты.

Сал имел в виду конверты с добровольными пожертвованиями, которые его лейтенанты и специальные гости должны были принести на прием.

– Я ведь всегда с тобой по-хорошему, – продолжил он. – Вот и сейчас, с этой твоей дочкой, – еще один пример. Благотворительность – как это называится? – начинается с тебя самого.

– То есть в данном случае – с тебя.

– Вот я о чем и травлю. Так что постарайся меня удивить, – сказал он, – удивить по-хорошему.

– Удивить тебя? – переспросил я. – Сал, да я поражу тебя!

– Большего мне и не надо, – донеслось из трубки.

Офис мисс Н. Крауч, дипломированного психиатра, располагался в Ньюарке, штат Нью-Джерси, на пересечении Саммер и Седьмой улицы, недалеко от федеральной трассы 280. Мисс Крауч делила свой офис с детским психологом по имени Агнес Баттл. Именно Агнес и выполняла работу работницы ресепшена, когда я вошел в помещение. Она указала мне на кабинет мисс Крауч, и я вошел.

Мисс Крауч встала и протянула мне руку. Мы представились друг другу, и она сделала неопределенный жест в сторону той части своего кабинета, где располагались различные кресла и диваны, сказав при этом:

– Прошу вас, располагайтесь.

Я быстро осмотрелся вокруг. Доминирующим цветом в офисе был насыщенный сливовый, и только одна, дальняя стена была выкрашена в светло-коричневый с легкими черными поперечными штрихами, так, что она напоминала пробку. На этой стене висело несколько профессиональных сертификатов, включая диплом Медицинской школы Питтсбургского университета. Все выглядело очень чисто и модерново, за исключением старинной деревянной вешалки, которая стояла в углу рядом с дверью.

Я уселся в роскошное кожаное кресло с высокой спинкой, больше похожее на трон.

– Доктор Хеджпет говорил что-то о возможной психосоматической боли? – начала мисс Н. Крауч.

Если бы Дарвин, мой официальный куратор, узнал, что я посещаю мозгоправа, он немедленно подослал бы ко мне наемного убийцу. Эта мысль не давала мне немедленно перейти к делу.

Она была одета в плиссированную юбку синего цвета и такой же жакет, который носила расстегнутым. Шелковая блузка была кремового цвета с круглым вырезом на шее. Она носила плетеную цепочку из белого золота, концы которой целомудренно прятались на середине ее груди.

– Мистер Крид, если хотите, то можете молчать. Просто хочу вас предупредить, что я беру почасовую оплату.

Произнеся это, она тоже замолчала и уставилась на меня. Из своего опыта я знал, что ни одна женщина не может сохранять молчание на более-менее продолжительный период времени. Именно поэтому я был удивлен, когда мы просидели, уставившись друг на друга, в полной тишине не менее двадцати минут.

– Мне кажется, что вы мне нравитесь, мисс Крауч, – произнес я наконец.

– Рада слышать это, мистер Крид.