Чтение онлайн

Неожиданно у него в руке появился красный бильярдный шар, и он подбросил его в воздух. Когда шар заскользил вниз, шериф невольно опустил глаза, провожая взглядом его падение. Так же сделала и Кассандра.

— Итак, друзья, вы видите, что глаза следуют за движением шара, — проговорил Макс, словно обращаясь к невидимой аудитории. — Довольно неожиданное движение.

— Не возражаете, если я…

Плум резко замолчал, когда в пальцах левой руки Макса появилась горящая спичка (отлично помню, как я учил его этой проделке).

— Опять, — продолжал он говорить, — взгляд прикован к предмету, в данном случае к пламени.

Шериф скривился и собрался было что-то сказать, когда Макс быстро повернулся вправо и бросил быстрый взгляд вверх.

И тут же глаза Плума последовали за ним и уставились в то же самое место.

— Опять, друзья, — улыбнулся Макс. — Снова та же история.

Он резко выбросил руку вперед, указывая на что-то, будто находившееся в другом конце кабинета.

— Там! — выкрикнул он.

Шериф почти обернулся в ту же сторону, но прервал движение. Его лицо стало воплощенной маской гнева.

— Прекратите сейчас же, Делакорте! — приказал он.

— Вы все это видели, — продолжал Макс, направляясь в сторону Кассандры. — В любой момент я могу заставить этого человека смотреть туда, куда я хочу, чтоб он смотрел.

Кассандра в тревоге отпрянула от него, когда он оказался поблизости.

Но Макс резким движением протянул вперед руку и распахнул блузку на ней. Обнажилась высокая упругая женская грудь.

«Макс!» — мысленно возмутился я.

Кассандра сердито запахнула блузку и негодующе уставилась на Макса.

Испуганный Плум, ничего не понимая, смотрел на то, что происходит перед его глазами.

— А что теперь скажете. Гровер? — торжествующе спросил мой сын. — Да я мог бы провести мимо вас малинового слона, и вы бы ничего не заметили, потому что пялились на бюст моей супруги.

Тут он бросил на меня извиняющийся взгляд.

— Прости, padre. Пришлось проиллюстрировать свое утверждение.

Кассандра торопливо застегивала блузку. На ее лице было довольно странное выражение — не то чтобы негодующее, скорее мрачное и задумчивое.

— У тебя ведь было довольно мало времени? — обратилась она к Максу.

Тот недоуменно поднял брови.

— Извини. Не понял.

— У тебя было слишком мало времени, чтобы спрятать тело где-нибудь снаружи, — повторила она. — Значит, оно должно быть здесь. В доме.

Плум недоуменно смотрел на нее.

И тут раздался голос Гарри.

— Нельзя сказать, что ты уж очень быстро догадалась об этом, крошка, — произнес этот голос.

Шериф изумленно озирался.

— Кто это сказал? — спросил он.

Кассандра быстро подбежала к глобусу, сдернула с его поверхности алый шелковый платок и тут же отшатнулась в ужасе (где-то в глубинах моего мертвого тела я сделал то же самое). На лице ее возникла гримаса отвращения. Плум с равным отвращением смотрел на глобус.

Внутри его, под стеклянной сферой, была видна голова Гарри Кендала. Оторванная от шеи, с бессильно повисшими кровеносными сосудами, с обескровленным лицом, серыми губами и широко распахнутыми глазами.

— Что за мерзость вы здесь устроили? — спросил шериф.

И резко дернулся, когда услышал ответ на свой вопрос. Произнесла этот ответ голова.

— Приветствую вас, шериф, — отчетливо заговорила она. — Гарри Кендал. Ну, не весь правда. Мое тело находится в другом месте. Если точнее, его отправили на такси в Бостон. И приделали другую голову. Пластик. Ее набили обрывками контрактов. Контрактов Делакорте, конечно, которые теперь все разорваны, в буквальном смысле. Голова-то выглядит отлично. Первый класс. И шляпа на ней отлично сидит. Уверен, что никто ничего не заметит.

Голова повернулась к Кассандре. И мертвые глаза Гарри уставились прямо ей в лицо.

— Привет, крошка, — игриво обратилась к ней голова. — Помнишь «Эссекс-хаус»? Пятьсот двадцать пятый номер? А? Славно же мы тогда повеселились, э?

Из неестественно разинутого рта раздалось отвратительное хихиканье, серые губы растянулись в усмешке.

«Ох, Макс», — укоризненно подумал я.

Затем глаза закрылись, и голова застыла в неподвижности.

— Ты к тому же мерзкий садист, сукин ты сын, — прошипела разгневанная Кассандра.

Нужно сказать, что я был почти согласен с ней.

Макс послал Плуму улыбку и жестом указал на глобус.

— Голография, — объяснил он. — Совершенно замечательное изобретение. Способно вдохнуть новую жизнь в старые номера.

И перевел взгляд на меня.

— Как жаль, что ты не успел им воспользоваться, padre!

Пока Кассандра и шериф в молчании смотрели на него, он достал пульт управления из кармана смокинга («Какое странное название костюма, — мелькнула у меня совершенно посторонняя мысль, — особенно оно должно казаться странным тем людям, которые никогда в жизни не курили») и нажал кнопку.

Крышка глобуса скользнула на место, страшное видение исчезло, и Макс положил пульт обратно.

Плум отвернулся от него и решительно направился к вестибюлю.

— Прошу не покидать пределы этого дома, — бросил он. — Меньше чем через час я вернусь с ордером на арест.

— С ордером? — Макс был явно удивлен.

— И перерою весь ваш дом сверху донизу, — пообещал шериф.

— Нет никакой необходимости его перерывать, — тут же заявил Макс. — Я готов сделать признание. Да, я убил Гарри Кендала.