Чтение онлайн

Лэш подошел к стеклу и с любопытством заглянул за него. Он увидел фигуры в комбинезонах и перчатках, склонившиеся над аппаратурой.

— Похоже на синтезатор ДНК, — заметил он, показывая на большую консоль в углу.

Директор вспомогательной службы остановился рядом с ним.

— Именно.

— Что он тут делает?

— Он служит нам для генетических исследований.

— Не понимаю, что общего имеет генетика с вашими услугами.

— Очень многое. Это одна из важнейших областей деятельности «Эдема».

Лэш ожидал продолжения. В конце концов Мочли вздохнул.

— Как вам известно, наш процесс отбора не ограничивается психологической оценкой. Во время предварительного медицинского осмотра дисквалифицируются все кандидаты, имеющие серьезные проблемы со здоровьем или с высокой вероятностью возникновения таковых впоследствии.

— Мне это кажется жестоким.

— Вовсе нет. Вы хотели бы познакомиться с идеальной партнершей лишь затем, чтобы она умерла год спустя? Так или иначе, после медицинского обследования пробы крови кандидатов анализируются — здесь и в других лабораториях за Стеной — на предмет различных заболеваний, имеющих генетическую природу. Таким образом отвергаются те, кто имеет наследственную предрасположенность к болезни Альцгеймера, муковисцидозу, хорее Хантингтона и другим подобным болезням.

— Господи. Вы объясняете им причину?

— Нет, прямо — нет. Так мы раскрыли бы один из секретов нашей фирмы. Кроме того, отклонение кандидатуры и без того достаточно тяжелое переживание. Зачем углублять его опасениями перед тем, что может случиться через много лет, к тому же все равно неизлечимо?

«В самом деле, зачем?» — подумал Лэш.

— Но это только начало. Самое важное — применение генетики в самом процессе подбора.

Лэш оторвал взгляд от Мочли и посмотрел на сотрудников лаборатории за плексигласовой стеной, а затем снова повернулся к собеседнику.

— Вы наверняка знакомы с эволюционной психологией лучше меня, — сказал директор вспомогательной службы. — А в особенности с концепцией распространения генов.

Лэш кивнул.

— Стремление передать свои гены будущим поколениям наилучшим возможным образом. Фундаментальное побуждение.

— Именно. А «наилучший возможный образ» обычно означает высокую степень генетической изменчивости. То, что специалист мог бы назвать повышенной гетерозиготностью. Именно она обеспечивает сильное, здоровое потомство. Если один из партнеров имеет группу крови А с относительно высокой невосприимчивостью к холере, а второй — группу крови В с повышенной устойчивостью к тифу, их ребенок, имеющий группу крови АВ, наверняка будет невосприимчив к обеим болезням.

— Вот только что это имеет общего с тем, что происходит здесь?

— Мы внимательно наблюдаем за новейшими исследованиями в области молекулярной биологии. В настоящее время мы отслеживаем несколько десятков генов, имеющих значение при подборе идеального партнера.

— Вы меня удивляете, — покачал головой Лэш.

— Я не эксперт, доктор Лэш. Впрочем, могу привести один пример: HLA-антиген.

— Не знаю такого термина.

— Сокращение от «антиген лейкоцитов человека». У животных он называется МНС-антиген. Это большой ген, находящийся в длинной ветви шестой хромосомы и влияющий на восприятие запаховых раздражителей. Исследования показали, что люди испытывают самое сильное влечение к тем, чей гаплотип HLA наименее подобен их собственному.

— Наверное, мне следует внимательнее читать «Нейчур». Интересно, как это выяснили?

— В рамках одного теста контрольную группу попросили понюхать подмышки футболок, которые носили представители противоположного пола, и выстроить их по степени привлекательности. Все испытуемые предпочитали запахи людей, генотипы которых сильнее всего отличались от их собственных.

— Вы шутите.

— Вовсе нет. Животные тоже проявляют подобные предпочтения, спариваясь с особями, обладающими МНС-генами, противоположными их собственным. Например, мыши различают их, нюхая мочу потенциальных партнеров.

Наступила короткая пауза.

— Я лично выбрала бы футболку, — сказала Тара.

Она заговорила впервые за несколько минут, и Лэш повернулся к ней. Она не улыбалась, и он не был уверен в том, что Тара шутит.

Мочли пожал плечами.

— Так или иначе, генетические предпочтения Уилнеров и Торпов были сопоставлены с другой информацией, которую собрали о них, — данными мониторинга, результатами обследований и так далее.

Лэш смотрел на сотрудников в комбинезонах с другой стороны стекла.

— Удивительно. Мне хотелось бы увидеть результаты этих исследований. Впрочем, самый главный вопрос состоит в том, как именно были подобраны эти пары?

— Это наша следующая остановка.

Директор вспомогательной службы снова вывел его в коридор.

Долгое путешествие по лабиринту пересекающихся коридоров, очередная поездка на лифте наверх, и Лэш оказался перед очередной дверью с табличкой «Испытательная камера».

— Что это за место?

— Это Аквариум, — ответил Мочли. — Идите первым.

Лэш вошел в большое помещение, которому низкий потолок и рассеянный свет придавали странно интимную атмосферу. Стены по обеим сторонам были от пола до потолка заставлены мониторами и аппаратурой. Но внимание Лэша привлекла противоположная стена, почти полностью закрытая чем-то вроде стекла. Он остановился.

— Подойдите ближе, посмотрите, — предложил Мочли.

Приблизившись, Лэш понял, что смотрит на большой прозрачный куб, вделанный в стену. Перед ним стояла группа работников. Одни записывали что-то в свои наладонники, другие просто наблюдали. Внутри куба беспрестанно перемещались во все стороны призрачные формы, меняя цвет и на мгновение вспыхивая при столкновении с другими фантомами. Слабое освещение и полупрозрачные силуэты создавали впечатление огромной глубины.

— Теперь вы понимаете, почему мы называем его Аквариумом? — спросил Мочли.

Лэш машинально кивнул. Это действительно был своего рода аквариум, электромеханический аквариум. Впрочем, подобное название казалось слишком прозаическим для чего-то столь по-неземному прекрасного.

— Что это? — тихо спросил Лэш.

— Это графическое представление процесса подбора, осуществляющееся в реальном времени. Оно дает нам наглядные данные, которые было бы значительно сложнее анализировать, если бы нам приходилось просматривать, например, пачки распечаток. Каждый из этих движущихся в Аквариуме объектов — аватар.