Чтение онлайн

В голове Дэвида уже зародились мотивы, ожидающие своего воплощения на синтезаторе, и для этого ему требовалось заработать недостающую часть суммы. Лишь бы ничто не помешало ему довести начатое дело до конца. Например, Клер. Если она каким-то образом узнает о затее одноклассника, а потом расскажет его отцу… Парню показалось, что он теряет точку опоры от одного предположения о таком развитии событий.

Неожиданно в его мозгу выкристаллизовалось ясное понимание того, что он боится отца. Оказывается, все эти годы Редмонд внушал ему не уважение, не желание прислушиваться к авторитетному мнению родителя, а слепой трепет перед отцовским осуждением. Так почитали языческих богов: им поклонялись, приносили жертвы, с ними считались, но их никогда не любили. Разве можно искренне любить того, кого боишься? Во всяком случае, истинная любовь не подразумевает под собой никакого страха.

Мать то и дело говорила, что отец заботится о Дэвиде, но сына почему-то тяготила такая забота. Ему всегда приходилось беспрекословно подчиняться решениям отца, отказываясь от личных интересов и предпочтений. Его жизнь была построена по схеме «чужого счастья», в то время как он хотел обрести собственное.

* * *

Мать очень удивилась, когда следующим утром Дэвид вместо чая налил себе кофе. Она обратила внимание и на другую странность: у сына мелкая дрожь в руках, и он напрягает пальцы, чтобы аккуратно поставить чашку на стол и не разлить её содержимого.

— Сынок, что с тобой?

— А что со мной?

— У тебя трясутся руки.

— Ах, ты об этом, — подросток постарался примерить на лицо самую невинную улыбку. — Наверное, вчера мистер Эйлер слишком долго третировал нас на уроке физкультуры.

— Разве он не понимает, что нельзя вас так нагружать? — вопрос получился риторическим, поэтому Дэвид ничего не ответил.

— И куда только смотрят в школе? — вздохнула мать. — Им бы только подогнать всех под единые нормативы. Они даже не понимают, что не каждый способен справиться с такими завышенными требованиями. И вообще, не всем же становиться великими спортсменами. Мне бы следовало поговорить с вашим мистером Эйлером.

— Ни с кем говорить не надо, мам, — возразил Дэвид. — Скоро это пройдёт.

— А я-то думаю, почему у тебя сегодня в чашке кофе вместо чая.

— Хочу немного взбодриться, — кивнул матери сын.

После вчерашней работы он едва нашёл в себе силы, чтобы начать новый день задолго до восхода солнца, но желание получить Roland Juno и приступить к воплощению новых музыкальных идей помогло ему превозмочь соблазн махнуть на всё рукой и остаться в постели. Нынешней ночью подросток точно так же незаметно покинул дом, отработал положенные часы и вернулся назад. К сожалению, натруженные руки выдали его, и пришлось прибегнуть к невинной лжи, чтобы мать не начала задавать других наводящих вопросов.

А что он будет рассказывать завтра? Постоянно прикрываться уроками физкультуры не получится, потому что мать позвонит мистеру Эйлеру и выяснит, что нагрузки для учеников вовсе не такие высокие, и причина слабости Дэвида кроется в чём-то другом. А когда она поделится своими наблюдениями с отцом, тот наверняка выведет парня на чистую воду. Необходима правдоподобная версия, которая не вызовет лишних вопросов. Но какая? Рано или поздно ему придётся давать объяснения, и лучше придумать их как можно раньше.

— Может быть, купить тебе какие-нибудь витамины? — спросила мать. — Ты тратишь слишком много сил на занятия.

«Лучше бы ты предложила купить мне синтезатор, и все мои проблемы разрешились бы сами собой», — подумал подросток, но вслух сказал, что, пожалуй, он не против поддержать организм с помощью каких-нибудь полезных элементов. Отказ мог бы навлечь на него ненужные подозрения.

После завтрака Дэвид собрал школьную сумку и отправился на уроки.

* * *

— Ты ещё не амнистирован? — поинтересовался у друга Вик, когда они встретились в школьном коридоре.

— После того, как я был застигнут с поличным, отец ни за что не отменит назначенного мне наказания, — отрицательно покачал головой Дэвид.

— Жаль, а то мы уже соскучились по репетициям, но ты и сам понимаешь, что играть в неполном составе не имеет никакого смысла. Кстати, после нашего последнего выступления неплохо было бы взять в группу Гэри. По-моему, он со своим тромбоном придал «Клешням» более насыщенное звучание.

— Отличная идея, — одобрил предложение Вика подросток.

— А как у тебя с работой? — переключился на другую тему собеседник.

— Сегодня мать заметила, что у меня дрожат руки.

— Она что-то заподозрила?

— Пока нет, но скоро начнёт, если я не придумаю этому убедительного объяснения. Утром пришлось сказать, что всё дело в чрезмерных нагрузках, которым нас подверг мистер Эйлер на прошлом уроке физкультуры.

— Есть какие-нибудь идеи на последующие дни?

— Ещё нет, — вздохнул Дэвид. — Может быть, сошлюсь на лёгкую простуду.

— Да, старик, загнал же ты себя в угол.

— Если бы отец не был так помешан на том, чтобы сделать из меня адвоката, и позволил бы мне беспрепятственно заниматься музыкой, я бы, наверное, стал бы одним из счастливейших людей на свете.

«Для полного счастья мне не хватало бы только знакомства с девушкой, встреченной около магазина, где работает Хьюи», — мысленно добавил парень.

— Возможно, однажды он одумается и поймёт, что его сын нашёл для себя более подходящее предназначение, — предположил Вик.

— Звучит фантастически, — усмехнулся Дэвид.

— Между прочим, иногда и в жизни случаются удивительные вещи, — назидательно произнёс друг.

— Не в моём случае.

Звонок оповестил их об окончании перемены, и они поспешили вернуться каждый в свой класс.

* * *

Вечером отец увлечённо рассказывал матери о деле нового подзащитного, так что Дэвиду посчастливилось избежать каких-либо вопросов. Он разделался с ужином и поспешил уйти в свою комнату. В последние два дня у него не оставалось никаких сил не только на чтение дополнительной литературы для поступления в колледж, но и на выполнение обычного домашнего задания. Подросток пытался что-то сделать, но переутомлённый недосыпанием мозг требовал отдыха. Буквы расплывались перед глазами, а простейшие формулировки приобретали вид китайской грамоты.