Чтение онлайн

Когда Ева подошла к отделу по расследованию убийств, она всё ещё диктовала список имен для прокурора. Услышав впереди странный гомон, словно в отделе начинался маленький бунт, она ускорила шаги.

А затем Ева почувствовала запах пиццы.

– Да, я имею в виду дом на Карибском побережье в Коста-Рике. Я уже почти раскрыла это чертово дело. У меня есть показания свидетеля и через пару часов я принесу вам на блюдечке признание, которое потопит каждого сукиного сына из того списка, что вам передала. Они будут пытаться спрятать свои сатанинские штучки, – войдя в «загон» Ева встретилась глазами с Рорком, – потому, что искренне в это верят. На теле жертвы найдены раны от дюжины разных ножей. Мы планируем найти несколько из них, а может, и все.

Ева отключила телефон и сказала:

– А я-то думала, что ты вернешься только после того, как проводишь свою ведьму домой.

– Ты наверняка ничего не ела весь день. – Рорк взял коробку пиццы и открыл её, в то время как сотрудники отдела столпились вокруг остальных пяти коробок с пиццей, которые он принес. – Поешь.

Ева взяла пиццу и откусила большой кусок.

– О Боже, как же вкусно. – Она прожевала пиццу и откусила еще кусок. – Я нашла, чем можно их прижать.

– Я это уже понял. Можно мне поприсутствовать?

Она взяла банку «Пепси», которую протянул ей Рорк, и отпила глоток.

– Хорошая взятка. Можешь пойти в комнату для наблюдений.

Слегка передохнувшая и посвежевшая Ева стояла рядом с Рорком в комнате для наблюдений и смотрела, как Лиа, одетая в изящный костюм, входит в кабинет для допросов.

– Она уже волнуется. Её привезли десять минут назад, а она уже вспотела. Бёрк напугана и чувствует свою вину, здесь нет врачей, и никто не подскажет ей, что делать и что говорить.

– Почему она? Почему не кто-то другой? – спросил Рорк.

– Она единственная, кто плакал.

Ева обернулась к вошедшей Мире.

–Мне сказали, что сюда привезли одного из подозреваемых, – сказала Мира. – Я хотела посмотреть.

– Я её ещё не арестовала. Послушайте, я хочу попросить, чтобы запись не включали до тех пор, пока я не подам сигнал. А впрочем, можете забыть об этой просьбе. Ну всё, мне пора начинать.

– Я могу увидеться с Микой? – спросил Рорк у Миры, когда Ева вышла.

– Ещё нет. Но могу сказать, что ей стало лучше. Я разговаривала с её мужем.

– Я тоже. Могу ли я что-то сделать для неё?

– Сейчас – нет, но позже Мике понадобится твоя помощь. – Мира накрыла руку Рорка своей ладонью и перевела взгляд на Еву, которая в этот момент вошла в комнату для допросов. – То, что она скажет, не должно быть записано. По крайней мере, я так считаю.

– Так вы не против?

– Нет. – Мира в упор смотрела на Лию Бёрк сквозь стекло. – Я не против.

В комнате для допросов, Лиа повернулась к Еве.

– Я требую объяснить мне, по какой причине меня сюда привезли и почему посадили в эту комнату? У меня есть права. Я…

– Да заткнись ты. У тебя здесь нет никаких прав, ты будешь делать только то, что я тебе позволю. А теперь сядь.

Услышав слова Евы, да ещё сказанные в таком тоне, Лия испуганно отшатнулась назад.

– Я не…

– Я засажу тебя в тюрьму, сука. Уж будь уверена.

Угроза, так отчетливо и ярко отразившаяся в глазах Евы, заставила Лию сесть за маленький столик.

– Вы потеряете свой значок, – заявила она дрожащим голосом. – И даже больше. Существуют законы.

Ева ударила обоими кулаками по столу так сильно, что Лиа инстинктивно закрыла руками лицо.

– Законы? Бьюсь об заклад, ты думала именно о законах, когда резала Аву Марстерсон на кусочки. Джек всё помнит, Лиа. – Она наклонилась ближе и щелкнула пальцами перед лицом женщины. – Бум. И заклинание спало. У тебя есть один шанс. Всего один, а потом я займусь следующим подозреваемым. Но сначала я разделаюсь с тобой.

– Вы не посмеете меня тронуть. Не ударите меня. Я требую….

– Я знаю, как причинить боль так, чтобы после этого не осталось следов. – Ева позволила ярости отразиться в своих глазах, пока она обходила стол. – Твое слово против моего. Коп со множеством наград против подозреваемого в убийстве. Догадайся, кому они поверят? А ведь я не записываю наш разговор. Я даже не зачитала тебе права. И мы здесь одни, Лиа. У тебя всего один шанс, прежде чем я включу запись. Если ты не воспользуешься им, то я отправлюсь к Кики или Родни, к жене Ларри и дальше по списку, а ты отправишься в камеру, изнывая от боли.

Ева выдержала небольшую паузу и продолжила:

– У каждого есть один шанс. Воспользуешься им, и я предъявлю тебе обвинение в убийстве второй степени. Ты останешься в живых и будешь отбывать наказание на этой планете. Тебе, наверное, интересно, что будет, если ты упустишь его? Ну, тогда ты узнаешь, что такое настоящий ад, поскольку окажешься в одной из внеземных колоний строгого режима, где все узнают – а уж я прослежу за этим – что ты совращала несовершеннолетних. А ты знаешь, что заключенные делают с теми, кто трахает маленьких детей?

– Я никогда не притрагивалась к ребенку…

– А я совру, – ухмыльнулась Ева. – И сделаю это с удовольствием. Всего один шанс, и, если ты так хорошо разбираешься в законах, как тебе кажется, то ты должна понять, что больше такой возможности тебе не представится. Ты получила этот шанс только потому, что Джек слишком добр и считает, что ты и правда сильно сожалеешь о том, что произошло. Хочешь знать, что я думаю обо всем этом? Я надеюсь, что ты не воспользуешься этой возможностью, и в ближайшие пятьдесят лет я с нетерпением буду ждать докладов о том, какими извращенными способами тебя трахают заключенные и надзиратели.