Чтение онлайн

– Да… да… да.

Грек повернулся на звук, и в той стороне, откуда только что появился, увидел провал в стене. Кафель был отбит, в бетонном перекрытии зияла дыра. Он полез туда, мысленно попросив Зону о том, чтобы злополучный ход вел только в одну сторону. То ли Зона откликнулась на его зов, то ли Перец все рассчитал заранее, но с левой стороны ход перегораживала дверь, вбитая в земляной пол, а верхним концом упирающаяся в трубы. Проводник повернул направо, высвечивая себе путь фонариком.

Краб все-таки успел его догнать. В последний момент, перед тем как проводник шагнул в дыру, выводящую из хода в соседнее помещение, сзади раздался отчаянный крик:

– Грек! Ты где, Грек?!

Долгую секунду стояла тишина.

– Посмотри сзади, Краб! Там дыра в стене! – крикнул проводник и шагнул в комнату.

Очередной коридор, соединенный коротким переходом с какой-то комнатой, сменился себе подобным. Грек бежал и не мог отделаться от мысли, что перестает верить сам себе. Он примерно представлял тот размах, с которым в советскую эпоху строился подземный бункер. Грек бывал здесь несколько раз, спасаясь от выброса. Так далеко, правда, не заходил никогда, не его территория. Да, он слышал разные истории о ширине и высоте подземных казематов, о лабораториях, в которых проводились чудовищные опыты, о реакторах, спрятанных глубоко под землей. Но даже пуская вскачь собственную безудержную фантазию, невозможно было себе представить, что строительство достигло таких колоссальных размеров!

Скитаясь по подземным переходам, проводник невольно задался вопросом: для чего все это? Ради каких таких нужд? Это же целый подземный город, рассчитанный на то, чтобы многотысячному населению пережить ядерный апокалипсис.

Мать честная! Сколько же оружия, неприкосновенных запасов, медицинских препаратов, да мало ли чего можно разместить под землей в самом чреве Зоны! Не может быть, чтобы все, что здесь было, растащили сталкеры, пусть даже не одиночки, а целые группы! Такое добро вывозить надо было не грузовиками, а поездами, самолетами.

Нет, верилось в такое с трудом. Скорее всего, многое, если не все, за редким исключением осталось в хранилищах. Перец, облазивший все подземелье, больше, чем кто-либо другой, в курсе относительно нетронутых складов. Тогда многое становится ясным. Например, незачем Перцу гоняться за артефактами. Ему нет нужды мелочиться, когда реальный шанс приподняться лежит под рукой. Достаточно наладить торговлю оружием. Тут тебе не жалкие четыре тысячи баксов светят – миллионами пахнет. И главное, мало того, что заплатят, так еще и беречь станут как зеницу ока. Где по нынешним временам найдешь придурка, согласного слоняться под землей на пару с выродками, пусть и за большие бабки?

Конечно, смешно думать, что в техногенных катакомбах обитает один Перец. Наверняка найдется с десяток-другой любителей ползать по подземным норам. Только пойди-ка найди их. Грек, кстати, от самого Перца был наслышан о том, что тот любит бывать под землей. Однако проводник и представить не мог, насколько его знакомец тут освоился.

Сами сталкеры о своих приоритетах распространяться не любят. Предпочитают держать при себе. Никому не понравится быть разменной монетой в будущей большой игре. В нее-то как раз верилось легче, чем в пресловутую стычку мутантов и «патриотовцев». Идеи идеями, а кушать хочется всегда.

В густых тенях прятались мертвецы. Грек сбился со счета на десятом. В одном помещении возвышался завал из тел, сложенных друг на друга. Белели черепа, отполированные до зеркального блеска, слепо таращились черные дыры глазных провалов.

Наблюдение, сделанное мимоходом, подтвердило догадку Грека – он не заметил возле трупов и намека на оружие. Ни рюкзаков, ни пистолетов, ни тем более автомата Калашникова – безотказного помощника в исключительных ситуациях. Складывалось впечатление, что сталкеры решились прогуляться налегке. Отсутствие оружия означало одно: кто-то должен был предусмотрительно собрать трофеи.

Грек остановился на пороге и едва не опрокинулся на спину. В бывшую котельную вели ступеньки. Из разорванных труб хлестала вода. Она стекала вниз, скатывалась со ступеньки на ступеньку, последняя из которых утонула.

В грязной воде колыхался разнообразный деревянный мусор. Мигала одинокая лампа аварийного освещения. В тусклом свете Греку удалось разглядеть детали, которые его порадовали. Безусловно, он двигался правильным путем – кто-то недавно потревожил водную поверхность. Радужные разводы стекались, стремясь вернуться к прежнему состоянию покоя. У стен поднималась и опускалась мутная волна.

Держась за шаткие поручни, Грек ступил на лестницу и тут же поскользнулся на ступенях, залитых водой. Он что было сил вцепился в железную ось, с трудом удержавшись на ногах.

На последней ступени Грек остановился. Грязная вода, сквозь которую не видно дна, вызывала смутное беспокойство. Время шло, и молодняк, возглавляемый Перцем, с каждой секундой уходил все дальше. Грек осторожно сунул ногу в колыхающуюся муть, в любой момент ожидая, что дна не окажется и он с головой уйдет под воду. К его облегчению, нога погрузилась всего до щиколотки. Нащупав дно, проводник осторожно двинулся дальше.

Трудно дался первый шаг, когда потребовалось отказаться от спасительной поддержки перил. Но дальше дело пошло.

Грек поднимался по ступенькам, готовясь продолжать путь, ставший поперек горла, когда в котельную ворвался Краб. Он задыхался то ли от быстрого бега, то ли от страха. Восковое лицо блестело от пота.

– Грек! – Голос его сорвался. – Долго еще?

Проводник промолчал. Ему нечего было сказать парню, даже если бы он и знал ответ. Грек берег силы, которые не стоило тратить на такого пустозвона, как Краб. Он двинулся дальше, не обернувшись в сторону котельной.

– Блин, Грек, ты откуда? – У железной двери, снесенной с петель, его поджидал Перец. – Ты никак пикничок решил устроить? Так не торопился бы, мы тебя и до утра подождали бы.

Перец стоял у порога и ухмылялся, подоткнув руками бока.

Проводник постарался, чтобы вздох облегчения, вырвавшийся у него, получился не слишком шумным. Макс, стоявший поодаль, восстанавливал дыхание. Глаза его лихорадочно блестели. Самым стойким оказался Очкарик. По нему вообще незаметно было, что этот парень одолел нелегкий переход.