Смутьян
Шрифт:
Очень неприятный разговор.
– Он сам меня преследует. Я просила оставить меня в покое, - ответила довольно резко.
– Я ему всегда честно говорила, что буду с Виталиком. Я ничего и никогда не обещала Вадиму.
– А я видела, - кивнула женщина.
– Что-то ты не очень отталкивала его там, за углом казармы.
Промолчала. Да, не отталкивала. Теперь пожинаю плоды.
– Значит, так, - приняла Алла другую, более твёрдую позу.
– Я не хочу видеть, как ты играешь сердцами парней. Они оба неравнодушны, и ты это понимаешь. Определись уже, пожалуйста. Нравится Вадим - так расстанься с Виталием по-человечески и целуйся с моим сыном сколько влезет, я тебе и слова не скажу. Не надо мне тут рассказывать, что ты ангел во плоти. Ещё одну пословицу приведу в пример, я думаю, ты её тоже слышала. Про сучку и кобеля. Слышала?
– Да, - ответила, глядя куда-то в сторону.
– Так вот если выбрала Виталия, значит, объясни моему сыну, что он тебе не нужен. Если я узнаю, что ты продолжаешь крутить мозги обоим парням - я тебя уволю. Подобных девиц я не потерплю возле себя. Ты меня безумно разочаровала, девочка. Всё ясно?
– Да, - снова ответила я лаконично.
– Свободна, - пренебрежительно сказала она мне и отвернулась, будто я какая-то гадость.
Выскочила пулей из кабинета. Облокотилась о стенку чуть дальше от двери и прикрыла глаза, чтобы успокоиться.
Хотелось плакать. Ну в чём я виновата? Что не могу оттолкнуть того, кто нравится, и пытаюсь быть верной своему выбору? Мы не сможем быть вместе с Вадимом, он мне не подходит, как и я ему. Но он сам ищет встреч, как я могу это исключить вовсе? Не всё зависит от меня!
Теперь эта дурацкая симпатия к Вадиму грозит мне слишком многим - потерей отношений, дома и даже работы. Мне придётся избавиться от его внимания.
Но как? Как заставить глупое сердце молчать?
31.
Потянулись месяцы ожидания. Зиму сменила весна, весну - лето. Летом я еще раз была в части у Виталика уже одна, без его мамы. К Вадиму, естественно, не заезжала.
Он писал и звонил, но почти всегда без ответа. Спустя время парни начали появляться и в соц. сети. Вадим сделал другую страницу и добавился ко мне. Рука не поднялась забанить его, как тогда. Не знаю почему…
Наверное, заблокировала, если бы парень писал мне слишком часто или переходил какие-то рамки. Но в нашей скудной истории переписки не было ровным счётом ничего, за что меня можно было бы осудить. Если и было что-то, то лишь тени и намёки, которые больше никто кроме нас и не понял бы. Вадим будто тонко ощущал меня, что едва он переступит черту, то я сразу же исчезну с его радаров.
Он редко писал мне, зная, что я не отвечу. Или отвечу сухо и сверну диалог. Просто был онлайн, и я временами, стесняясь самой себя, смотрела на его аватарку с зелёным мобильником в углу. Редко, но бывало, что переписка затягивала и увлекала меня. Мы говорили обо всём подряд - политике, культуре разных стран, музыке и фильмах. Он готов продолжить любой разговор, подхватить абсолютно любую тему, но я держала нас обоих «в узде». Едва замечала, что увлеклась разговором с ним, как тут же становилось стыдно, я его прерывала.
Чувство вины и стыда стали посещать довольно часто. Совесть грызла немилосердно просто за мысли о нём.
Иногда смотрела его фото. Форма полицая очень шла Вадиму. Статный парень казался в ней ещё более красивым и…сексуальным. Он частенько нёс службу в патруле на улице с собаками. Овчарки, кавказцы и немцы, красавцы будто порой улыбались в кадр в сильных руках молодого полицейского. Он любит животных, сразу видно, и они отвечают ему взаимностью. В наши нечастые диалоги, он рассказывал мне о псах, показывал ещё фотографии четвероногих бойцов.
Переписываясь с Виталиком, украдкой смотрела и на диалог с Вадимом. Почти пустой, почти всегда без ответа, но я не удаляла его, и глаза сами собой туда смотрели периодами.
В очередной из одинаковых дней пришло сообщение от Вадима. Телефон громко издал звук уведомления. Увидела от кого оно, и сердце вдруг ёкнуло. Руки тут же заледенели, ещё до того как отрыла.
Песня. Группы Руки Вверх, «Крошка моя».
Плей.
Знаю её и так наизусть, это моя любимая группа детства, да и до сих пор приятно переслушивать. Но на сей раз песня выбрана с личным смыслом и посылом …
Крошка моя, я по тебе скучаю, я от тебя письма не получаю.
Ты далеко и даже не скучала, но я вернусь, вернусь, чтоб ты узнала,
Что я далеко, я по тебе скучаю, я от тебя письма не получаю.
Ты далеко и даже не скучаешь,
Но я вернусь, вернусь, и ты узнаешь…
Слушала любимого мной певца и поняла, что плачу. Просто беру и плачу, чёрт возьми. И понимаю, что я тоже скучаю. И не могу ничего с собой поделать. Чувства будто издеваются и не собираются гаснуть, лишь набирая обороты.
Но я ведь всё решила. Так почему сижу и лью слёзы? Я не должна.
«Малышка, чего молчишь?» - написал Виталик.
А я первый раз почувствовала, что сейчас не хочу ему отвечать. Не хочу говорить, ни с кем.
Вышла из сети. Отвечу позже, скажу, что не видела сообщения и вышла за секунду до.
Встала с кресла и, обняв себя руками, заходила по комнате.
Что со мной творится? Ну неужели я так сильно запала на это парня, что теперь не могу, как не пытаюсь, вытравить эти чувства? Я всегда считала, что человек всегда способен справиться с собой, но теперь сама смотрю на его аватарку - онлайн или не онлайн?
– будто я наркоман со стажем. Посмотрю - и вроде бы спокойнее.
А почему с аватаркой Виталика нет такого трепета? Он тоже очень красив в своей форме, особенно парадной. На Девятое Мая ходил по красной площади на параде. Знакомые девушки смотрят на фото парня и не могут сдержать восторга. А меня всё тянет в другую сторону.
Хотелось написать самой много раз. Просто - «Здравствуй. Как дела?».
Пресекала. Ни к чему это. Ни к чему хорошему точно…
И тяжело так на душе, поделиться не с кем. Я общаюсь лишь с Виталиком и подругой из моего города - Дашкой. Мы дружим с детства, и хоть теперь и далеко друг от друга, нам всегда есть о чём поговорить, мы доверяем все свои секреты.