Снайпер
Шрифт:
– Пошли.
Ник оплатил счет, и они вышли к зданию Управления.
– Так, и что же мне там искать?
– Я хочу, чтобы ты просмотрела все муниципальные лицензии на право вождения такси, выданные за последние два года. Сначала по номерам. Я ищу номера с буквами “Р” и “О”, потом пропуск, “Д”, “О”, что-то в этом роде.
– Гм, не так много.
– А потом просмотри по фамилиям и именам. Все лицензии. Мне нужны те, что начинаются с “Ром” или “ДО” или наоборот, на них заканчивающиеся. И естественно, все комбинации с “РОМДО” или “ДОРОМ”.
– Ник!
– Ну что?
– Ник, какого черта…
– Я думаю, что человек, который хотел меня найти, зашифровал в этих словах ответ. Первая моя мысль была, что это название какой-нибудь организации. Но теперь я понял, что это не так. Этим он хотел показать мне, где и как он спрятал то, что собирался мне передать. Единственное место, где он мог это спрятать, была та машина, которая и привезла его на свидание с собственной смертью. Поэтому он либо запомнил фамилию и имя водителя такси, либо номер самой машины. Понимаешь, он так или иначе должен был все равно запомнить эту машину, поэтому…
– Хорошо, я попробую. Но обещать ничего не могу.
Она вдруг наклонилась вперед и поцеловала его в щеку. Ник опешил.
– За что?
– За то, что ты такой зануда, – улыбнулась она и, махнув ему рукой, вошла в здание.
Ник ждал. Дважды проезжавшая мимо полицейская машина притормаживала и освещала его фарами, но его невозмутимое бледное лицо, плащ и дорогой галстук сами по себе служили для полицейских подтверждением его респектабельности, и они проезжали мимо. На улицах уже давно никого не было. Он знал, что внутри здания работа идет, ФБР никогда не спит. Ему казалось, что он видит сквозь стены фигуру Салли, склонившуюся над компьютером, даже слышит мерное жужжание работающих электрических приборов. Ник знал, каким странным может быть спокойствие этого здания ночью – таким, наверное, бывает только вечный покой под могильной плитой на кладбище. Первый год работы здесь он часто проводил в ночных дежурствах, поэтому он как никто другой чувствовал тишину и спокойствие никогда не засыпающего здания. Наконец она появилась. Но по дрожи в ее голосе Ник понял, что результаты были неутешительные.
– Ну что, какие новости? – спросил он.
– Ник, я пыталась несколько раз. Но, по-моему, мало что получилось…
– Ты что-нибудь выяснила?
– Во-первых, с номерами вообще ничего не вышло. Все номера машин просто-напросто обозначены цифрами, там нет никаких букв. Ни один номер такси не начинается с буквы “Р”.
– Черт побери, правильно! Мне кажется, я даже знаю почему.
– Я пробовала всякие комбинации цифр… – продолжала Салли.
– О’кей. Это вопрос снимаем. Что с именами? Имена-то ты принесла?
Она протянула ему распечатку. Ник приоткрыл дверцу машины, чтобы в кабине зажегся свет.
– Не густо, – вздохнула она, – и к тому же малообещающе. Два имени и одна фамилия, которые начинаются с “РОМ” и в которых другая часть начинается с “ДО”.
– Черт, – выругался Ник, чувствуя себя полным идиотом.
– Ник, не принимай это так близко к сердцу.
– Да нет, я просто…
Но он не закончил. Он посмотрел в один конец пустынной улицы, потом в другой. Неужели еще одна ошибка?
Он снова взглянул на имена.
РОМНЕИ ДОНАХЬЮ РОМАН ДОХЕНИ Д’ОРЛИ РОБАРДС
Больше ничего не было.
– О Господи… – Ник был почти в отчаянии.
– Все плохо?
Он кивнул.
– Ты принесла мне как раз то, что я и просил. Но… почему он написал только часть имени и часть фамилии? Я просто не могу никак… – Ник замолчал.
Все его мысли и логические умозаключения по поводу последнего послания Эдуарде Ланцмана неожиданно испарились. “Ладно, – подумал он. – Здесь действительно что-то очень хитрое и непростое. Надо еще раз все проверить, просмотреть имена, сверить номера машин…”
– А остальные имена?
– Должны быть на другой стороне. Я выбрала всех водителей, чьи фамилии начинаются с “Р” или “Д”, а потом чьи имена начинаются с этих букв. Это я их разделила так. Если тебе не нравится…
– Нравится. Понимаешь, я вижу их, я вижу эти буквы на линолеумовом полу, на плитках, вижу, как они исчезают в луже крови… – Внезапно остановившись, Ник уставился на распечатку.
– Ник! Ник, с тобой все в порядке? Ник, что происхо…
– Боже милостивый! Не может быть! – Он показал ей на какое-то имя. – А если кровь слилась в некоторых местах и соединила буквы там, где они совсем не должны быть соединены? Может быть, он умер, не успев дописать?
– Я не…
– Смотри, Салли, смотри… Он написал имя, но две последние буквы слились в самом верху.
Ник чувствовал, что это именно то сенсационное открытие, которое бывает, может, раз или два за всю карьеру, когда по воле случая или в результате интуитивной догадки все сходится и становится на свои места.
– “Н” и “И” были в конце этого имени. Они слились и получилось “М”. Тогда он написал средний инициал и почувствовал, что уже не может дописать фамилию до конца. Вот теперь смотри.
Он ткнул пальцем в распечатку. Там было написано: “РОНИ Д. ОВИЦ. Сан-Кэб, штат, 5508, Сент-Чарльз-авеню”.
Это была замечательная работа. Шрек был восхищен.
Управление картографии министерства обороны создало настоящий шедевр. Воспроизведенные в пластике, перед ним были уменьшенные вершины, горы, хребты и долины Уошито. Длина макета была двадцать футов, ширина – почти шесть. На рельефной карте, окрашенной в зеленый цвет точно в тех местах, где спутник заснял леса, длинный горный хребет, разветвляясь, образовывал целую сеть лабиринтов-головоломок. Здесь было все: Черный Шип, Ветряная Ступень, гора Штык, Долина Большой сделки…
– Ну, как вам, мистер Скотт? – спросил Шрек. Человек в инвалидной коляске наклонился вперед, и его острый снайперский глаз вонзился в стоящий перед ним макет.
– Пространство… – произнес он. – Мне нужно большое пространство.
– Попробуем поменяться. У нас есть женщина, у них кассета Добблера. Они захотят произвести обмен. Мы согласны поторговаться. Возьмем ее с собой и вытащим их при помощи этой приманки.
– Не беспокойтесь ни о чем, – промолвил Лон. – Дайте мне возможность сделать этот выстрел, и я гарантирую вам, что не промахнусь.