Снега
Шрифт:
К л и м о в (вскрыл пакет, читает). Что? Приказ на отход? (Жилину.) Читай! (Подошел к карте.)
Ж и л и н (читает). «Сегодня в четыре ноль-ноль отойти с занимаемого вами рубежа, оставить на своем участке боевое охранение и сосредоточиться в овраге «Кривой палец». В шесть ноль-ноль начать операцию за овладение западной частью названного оврага. Военный совет».
К л и м о в (во время чтения ориентируется по карте). Ничего не понимаю! Отходить назад? Лезть в овраг, в капкан к немцам? А то, что отвоевали сегодня? А смерть комиссара? А кровь, которую мы пролили! (Зовет.) Радист!
Вошел р а д и с т.
Штаб армии.
Радист ушел.
Ж и л и н. Только, умоляю, не горячись…
Радист из-за плащ-палатки: «Товарищ полковник, к аппарату». Климов ушел за плащ-палатку, и оттуда доносится его голос: «Передавай. Товарищ сорок шесть… докладывает Климов. Ваш приказ один сорок один выполнить не могу. Борьба стоила много крови, и если опять…» Радист: «Штаб отвечает». Пауза. Работает телеграфный аппарат. К л и м о в вышел из-за плащ-палатки, держит в руках бланк с ответом командующего.
Ж и л и н. Что?
К л и м о в (читает). «Не выполнишь приказ — расстреляю».
Ж и л и н. Но это же…
К л и м о в. Пусть так. Все равно — наших могил на левом берегу не будет! (Жилину.) Пиши приказ: через тридцать минут полкам начать отход в указанном направлении. (Пауза.) Где тело моего сына? (Нетвердой походкой выходит.)
З а н а в е с
Командный пункт штаба армии — просторная землянка. Стены обиты досками. Слева другое отделение блиндажа. Горит электрический свет. Далекая пулеметная перестрелка. По блиндажу нервно ходит подполковник Ш а м р а й. Шикарные рыжие усы придают ему бравый вид. А д ъ ю т а н т к о м а н д а р м а склеивает карту. Шамрай задевает ее, карта падает со стола.
А д ъ ю т а н т. И чего вы волнуетесь, товарищ подполковник?
Ш а м р а й. На три часа вызывал. Десять минут четвертого, а его нет.
А д ъ ю т а н т. Разве вы у командующего один?
Ш а м р а й (насторожился). Многих вызывает?
А д ъ ю т а н т. К хорошим командирам сам ходит, а кого и вызывает.
Ш а м р а й. Гм… И что же, больше кричит?
А д ъ ю т а н т. Напрасно у вас такое мнение о командующем. Обыкновенный человек. Вот со мной, например, обращение приличное.
Ш а м р а й (воспрянул духом). Люди разрисуют!..
А д ъ ю т а н т. Конечно, если вы за собой вину какую чувствуете…
Ш а м р а й (зашагал снова). Хотя бы уж сразу!
За сценой возмущенный голос Дыбина: «Ты за это головой отвечаешь! С тебя первого за каждого неправдоподобного раненого спрошу! У тебя врачи санитарами руководят или санитары врачами? Почему раненый на поле боя остался? А я знаю. Расследовать этот факт и доложить!»
Входят Д ы б и н и Л а в р о в.
Д ы б и н (Лаврову). Парень в голову ранен, санитары решили возиться не стоит. А он не хочет умирать. Если бы я на него не наткнулся…
Шамрай приветствует генералов, но Дыбин проходит мимо. Лавров, поравнявшись с Шамраем, сочувственно качает головой.
Связь с Климовым есть?
А д ъ ю т а н т. Нет, товарищ командующий.
Д ы б и н. А ты почему не разбудил, когда Быков звонил?
А д ъ ю т а н т. Вы же на пять минут заснули…
Д ы б и н. Так ты что — хочешь, чтобы я навеки уснул? Немцы к Волге лезут, на моей шее петлю стягивают, а он мой предсмертный сон охраняет!
Л а в р о в. Это я приказал не будить вас.
Д ы б и н. Ты? А-а… Заступник… (Адъютанту.) Член Военного совета пришел?
Л а в р о в. Кузьма Акимыч пошел на правый фланг.
Д ы б и н. Он опять отдыхать не ложился?
А д ъ ю т а н т. Нет.
Д ы б и н. Свалится старина. (Адъютанту.) Карту!
Ш а м р а й (лихо стукнув каблуками). Товарищ командующий, подполковник Шамрай прибыл по вашему приказанию.
Д ы б и н. На сколько вчера отошел?
Ш а м р а й. Половину бани отдал.
Д ы б и н. Сегодня?
Ш а м р а й. Всю оставить пришлось.
Д ы б и н. А я предупреждал, что, если ты оставишь баню, твои соседи окажутся под ударом?
Ш а м р а й. Весь день бился!
Д ы б и н. Садись.
Ш а м р а й. Разрешите стоять?
Д ы б и н (строго). Садись.
Шамрай садится. Пауза.
Подполковник Шамрай, ты водку пьешь?
Ш а м р а й (вскочил). Никак нет, товарищ генерал-лейтенант!
Д ы б и н. Сиди. Ты баб любишь?
Ш а м р а й (вскочил). Никак нет, товарищ командующий!
Д ы б и н (горячо). Жизнь не любишь, сукин сын, потому так плохо и воюешь. Защищать тебе нечего. «Весь день бился!» А ночь приходит — сидишь. Почему ночью противника не штурмуешь? Темноты боишься или немца? К рассвету доложить, что сидишь в бане.