Чтение онлайн

Стрелять я не хотел, но делать что-то надо было. Я перезарядился.

Оказалось, что спецщиты — не единственное новшество у камуфляжных ребят. У каждого за плечом болтался странно знакомый мне предмет. Я пригляделся и обнаружил, что это соплемет. Причем, судя по исполнению, уже не рукомесло старины Дрюпинга, а вполне фабричное производство.

Значит, и соплегенераторы другие, с призматическими линзами.

Ван Холл Корпорейшн. Отличная фирма, моя любимая.

Стоп! Я вспомнил! Мне Перец точно такой соплемет уже показывал. Правда, изломанный, но такой же. Так вот оно что… Ну, понятно. Он давно знал. Знал, что в Деспотате что-то назревает, поэтому первым делом мы сюда и напали. А мне так толком и не сказал…

Спецназовцы вскинули свои харкалки.

Наверное, я растерялся. Стал думать, откуда у них щиты, соплеметы и прочее. Поэтому когда они вскинули свое нелетальное оружие, не смог ничего сделать. Да и нельзя было ничего сделать: я стоял один-одинешенек посреди улицы, ни прыгнуть, ни спрятаться, ни вообще.

И они выстрелили.

Сверхсиликон развернулся радужными парашютами, ну а дальше как водится — врезался в меня, оплел, связал, потянул вниз. Вкусовые достоинства у соплей оказались самые низкие. Встречу Дрюпина — выбью ему какой-нибудь зуб. И еще цвет паскудный. Раньше сопли были бесцветные, нейтральные, что ли. Пребывать в оранжевых соплях мне вовсе не улыбалось. И горячие — почти обжигали. А раньше были холодные, комнатной температуры.

Почти сразу силикон стал остывать и стягиваться, я даже дергаться не стал — бесполезно. Просто осторожно свалился на бок, и все.

Соплеметчики надвинулись.

— А-а! — захрипели справа, и я узнал бронхиальный голос старушки Ариэлль.

Молодец. Подарю ей кроме дракона декоративную корягу. Ну или набор специй. Или… Не знаю, что можно подарить ортодоксальному эльфу? МП3 с «Калевалой» в исполнении Мяки Юрисмяки? Ладно, придумаю чего-нибудь.

Вслед за Ариэлль показались эльфы. Девчонки. Мне стало немножко стыдно, я подумал, что исключительно одни девчонки это нехорошо. В смысле, нехорошо, что я тут весь беззащитный в оранжевых соплях, а спасают меня девчонки. Хоть бы пару мужиков пригласила.

Девчонки в черной броне.

И такая вот диспозиция возникла: из одного переулка продолжали выдвигаться застенкеровские спецназовцы, из другого — эльфы Ариэлль, а я позорно валялся посередине.

Спецназовцы снова вскинули соплеметы.

Хотелось крикнуть эльфам, что сопли надо рубить на лету, что другой возможности от них увернуться нет никакой… Но крикнуть я не мог, поскольку погряз в сверхсиликоновой дряни окончательно, даже воздуха набрать как следует не смог.

Эльфы во главе с Ариэлль выставили перед собой пики и двинулись на застенкеровский спецназ. И эти зас… застенкерцы выстрелили снова.

Первая под удар попала моя героическая Ариэлль. Соплей было так много, что они даже повалили ее на землю, бедняжка даже подняться не смогла, барахталась, как попавшая в клей муха. Затем залп прошелся и по остальным. Эльфы завязли в сверхсиликоне, запутались в ногах, в руках, в копьях и мечах, начали валиться и биться на земле. А спецназ наступал. Уверенно, слаженно, неотвратимо, как палеоледник. Я даже смотреть на все это не хотел, знал, что ничего предпринять нельзя, надо просто ждать, чем все закончится. Теперь у меня появилось некоторое время для размышлений, хотя размышлять особо было не о чем.

Щиты, камуфляж, соплеметы. Набор прокламаций в обиталище Застенкера. Вывод напрашивался неутешительный, хотя и простой: Ван Холл каким-то образом связался с Застенкером. Или наоборот. В общем, связались гады как-то.

Еще проблема… (вот Перец обрадуется!) Наладили они, значит, свою установку. А он говорил: зубами чувствую, зубами чувствую…

Ладно, с Деспотатом покончим, займемся и Ван Холлом. На самом деле, чего с ним тянуть…

А соплеметчики тем временем приближались. Все так же уверенно, шаг за шагом. Эльфы ворочались из последних сил уже, выглядели неопрятно. Конечно, человек не может выглядеть в соплях комильфо.

И вдруг сопленаз остановился. Щиты раздвинулись, и вперед выступил Застенкер. Без брони, в простом платье. Оружия тоже не наблюдалось, что понятно — в тяжелой амуниции и с оружием быстро в волка не перекинешься. Только то ли сабля, то ли меч на поясе.

— Здорово, вервольф, — просипел я. — Как себя чувствуешь? Пятки не трескаются?

— Благодарствую, — ответствовал Застенкер. — Втираю в них луковую кашу. Впрочем, об этом мы поговорим потом.

Оборотень улыбнулся и указал пальцем на меня и на эльфов. Приказал:

— Взять их!

Знакомое дело.

Ариэлль прохрипела что-то из-под соплей, и я подумал, что она храбрая — вступила в бой, а ведь не знает ничего толком. Про то, что с соплеметами или без оных Деспотат все равно падет. Потому что там, над низким небом, уже разворачивается боевое крыло.

Щек, Кий, Хорив.

Они пропороли облака и стали ввинчиваться в воздух с ревом полуторатонных бомб. Белые-белые молнии. А потом, как у них водится, резко остановились. Расправили крылья и зависли, страшные и великие. Белые морды, белые зубы, красные пасти, когти, хвосты, глаза, почерневшие в уголь от перегрузки.

Ударила воздушная волна. Застенкеровский спецназ дрогнул. Мало кто из деспотатцев видел живого горына. Даже, пожалуй, никто. Последний горын, насколько я знал, погиб уже давно. Эльфы тоже испугались и забарахтались на земле сильнее.

А я смотрел вверх и знал, что случится сейчас.

Троица плюнула. С удивительной синхронностью. Вполвыдоха — не для того, чтобы сжечь, а для того, чтобы напугать. Огонь прошелся по крышам, лопнула черепица, полетели брызги.

Спецназ рассыпался. Именно рассыпался — щиты продолжали медленно падать, а бойцы уже удирали, многие даже соплеметы свои пороняли. Один только Застенкер не убежал. Так оно и должно быть — капитан последним сваливает с корабля. К тому же позорно драпать ему не позволяли амбиции.

Застенкер стоял. Горыны начали медленно опускаться. Это было довольно сложно сделать — деревянные крыши занялись хорошо, и горынам приходилось буквально падать между домами, беречь крылья. Но они хорошо справились. Все три проулка, выходящие на площадь, оказались перекрыты. Застенкер был окружен.

А потом из-за Кия показался Перец. Он шел, отмахиваясь от самых крупных искр мечом, перешагивая через брошенные щиты, соплеметы. Выглядел чем-то недовольным, левой рукой держал каравай, откусывал от него куски и жевал. В своем духе.