Чтение онлайн

— Взаимно, граф, — Маркус вежливо склонил голову. Жест, вопреки его желанию, вышел несколько сдержанным и прохладным. Приветливость графа выглядела очень натурально, вполне естественная приветливость этакого благодушного богатыря, однако у Барса всегда было отменное чутье на фальшь. Граф Тальсар вызывал почти инстинктивную неприязнь. Трудно было сказать в чем именно дело, то, что за приветливостью и благодушием старшего из Тальсаров прячется жесткая и весьма сильная личность, он разглядел сразу, это как раз не должно было его оттолкнуть, но, тем не менее, при близком знакомстве граф вызывал чувство отторжениея.

— Собираетесь взять управление Шеврозом в свои руки, герцог? — благодушно поинтересовался граф. — Графство требует крепкой руки. Мой покойный брат, к сожалению, в последние годы справлялся с большим трудом.

— Не беспокойтесь, граф, я справлюсь. При всей моей любви к кочевой жизни надо же когда-то обзавестись родовым гнездом. Я рассчитываю, что мои детям достанется крепкое и достаточно богатое хозяйство.

— Весьма дальновидно, герцог, вы правы, так и надо! — с улыбкой одобрил де Тальсар.

Маркус вновь коротко склонил голову, словно бы благодаря за похвалу. Вежливость того требовала, а показывать графу свои глаза ему не хотелось. Барс вдруг понял, почему де Тальсар вызывал такое неприятие. Он был словно бы пустой. То есть это ощущение Маркус так для себя назвал, просто не найдя более точного определения. Как любой хищник, он был весьма чувствителен к настроению людей, иногда даже мог угадать их чувства, это, конечно, не эмпатия, но что-то к тому близкое. В последнее время, после подарка странника эта чувствительность стала увеличиваться, порой Барсу казалось, что он начинает слышать чужие мысли. Так вот, граф де Тальсар в этом отношении оказался совершенно пустым, его не было. Это противоестественное ощущение вызывало настоящий внутренний протест. Словно с покойником разговариваешь. Возможно, это была всего лишь какая-нибудь изощренная магическая защита, даже более чем вероятно, но почуять ее Маркус не мог. Банально не хватало знаний.

Сыновья барона на него такого впечатления не произвели. Воспитанные и целеустремленные молодые люди, уважающие отца, не более того. Впрочем, с первого взгляда было видно, что эта семья очень крепкая и все четверо привыкли держаться друг за друга. В общем, впечатление об этом семействе он составил, а большего пока не требовалось. Баронесса Салион и вовсе большого интереса не вызвала, ее по большей части занимали лишь немудреные мысли о том как бы поудачней выдать замуж своих дочерей. Остаток вечера пришлось потратить на вежливое общение с другими гостями. А затем, как Маркус и ожидал, состоялся неприятный разговор с Астор.

Как бы он не готовился к этому разговору, но легче от этого не стало. Разумных аргументов девушка слушать не желала, на Маркуса посыпались обвинения пополам с упреками. Под конец Астор просто расплакалась.

— Неужели я тебе так неприятна? — спросила она. — Ведь неправда же, я помню как ты смотрел на меня у агррами, когда я проходила обряд совершеннолетия. Разве я не нравилась тебе тогда?

— Дело не в этом Астор, — вздохнул он. — Я лишь забочусь о твоем будущем, у меня есть обязательства, которые придется непременно выполнять, и я не смогу остаться с тобой надолго. Фиктивный брак для нас наилучший выход, потом ты снова сможешь выйти замуж. К тому же не факт, что этот брак вообще состоится. Возможно все проблемы удастся решить раньше.

— Ты в этом так уверен? А может я наоборот уже никогда не смогу выйти замуж, раз оказалась не нужна в первый раз, значит со мной что-то не так. Тебе это не приходило в голову?

— Не преувеличивай, фиктивные браки не такая уже редкость, — ответил Маркус рассеяно, а сам вдруг задумался: а почему, собственно? С каких это пор он стал относится к молодой красивой девушке таким, можно сказать, противоестественным образом? Да, Астор часто вела себя как ребенок, но, тем не менее, ребенком она не была. Когда его отношение изменилось — а ведь оно определенно изменилось — и почему?

В общем объяснения вышли пустыми, и кажется, даже до мелочей повторяли предыдущий разговор. Вот только вопрос заданный самому себе так и остался и упорно не давал покоя.

Даже засыпая, он пытался разобраться в собственных мотивах, хотя бы потому, что очень не любил ситуации, когда не понимал что и почему делает. И может быть по этой причине, или по какой другой, ему приснился довольно странный сон.

Впрочем, сначала этот сон странным не казался. Горы, привычные и родные, то самое место, где не один век пролежал идеально круглый валун с заточенным внутри Странником. Разве что теперь там не было ничего, кроме мелкого щебня. Это, пожалуй, удивило больше всего, но чего не бывает во сне? А Маркус, самое интересное, прекрасно осознавал, что спит. Это была вторая странность, ну и наконец третьей стало небо, сразу, как только он поднял голову. Оно напоминало искусно сделанную глазурь, блестящее яркой голубизной, с застывшими белыми облаками, нарисованными то тут то там. Не небо, а дно расписной фарфоровой миски.

— Не обращай внимания, это лишь декорация.

Барс резко опустил голову и наткнулся взглядом на высокого — почти с него ростом — жилистого парня стоящего напротив. Внешность у незнакомца была довольно экзотической. Округлые черты лица в сочетании с необычно узкими глазами (Маркус даже и представить не мог, где в этом мире могут существовать люди такой внешностью) василькового цвета, и белоснежные волосы, заплетенные в короткую косу.

— Ты кто? — поинтересовался герцог, завершив осмотр.

— И не стыдно тебе, внучек, старого знакомого не узнавать? А ведь сколько веков сюда бегал, чтобы со мной повидаться, я-то специально выбрал это место, чтобы с тобой поговорить.

Маркус ошеломлено моргнул. Во-первых, такое обращение от юнца, которому на вид едва больше двух десятков лет, по меньшей мере, странно, а во-вторых, до него далеко не сразу дошло, к кому это он бегал несколько веков, чтобы повидаться?

— Странник? — на всякий случай уточнил он.

— Рад, что ты меня узнал, уж прости, не удержался от шутки, — парень приветливо улыбнулся, продемонстрировав длинные клыки. Барс не взялся бы определить с ходу, но больше всего они напоминали змеиные, да к тому же еще и ядовитые, кажется.

— Ты ведь кажется, говорил, что не можешь оставаться в нашем мире надолго? И почему "внучек", мы родственники? — Маркус уже успел взять себя в руки, и удивление выразил лишь демонстративно поднятой бровью.

— Ты уверен, что это именно те вопросы, на которые тебе необходимо получить ответ? — вопросом на вопрос ответил Странник.

— В том числе, — Маркус не позволил сбить себя с толку.

— Ну, хорошо, отвечаю по порядку: меня здесь нет, это всего лишь информационная матрица… да неважно, просто призрак с моей памятью, я предполагал, что у тебя возникнут некоторые вопросы, потому оставил эту матрицу, чтобы она могла ответить на них. Учти, кстати, что мой призрак будет существовать лишь до тех пор, пока ты не используешь свое разрушительное копье. Заклинание я вложил в него при восстановлении. Внуком я тебя назвал, поскольку чувствую свою кровь, сын мой пропал неизвестно куда несколько тысячелетий назад, но у него была дочь, так что ты вполне можешь оказаться моим правнуком. Или внучатым племянником, что, впрочем, не суть важно на данный момент. У нашего народа близким родство считается до восьмого колена. Достаточно подробно?