Чтение онлайн

– А ты? – юноша пытливо глянул на меня – Ты разве не со мной?

– Извини – но нет – отпустил его я, окончательно переходя в общении с ним на «ты» – То, что мне должно было сделать для тебя – я уже сделал. Дальше – сам. Но поверь, найдутся люди, которые захотят тебе помочь, и Расмус среди них первый.

– Что-то еще? – Вайлериус явно расстроился. Есть у меня подозрение, что моя поддержка была для него не так и важна, просто я являлся чем-то вроде ниточки из прошлого. Последней ниточки связывающей его с теми временами, когда их было четверо – и они были счастливы и беззаботны – Ты сказал – две вещи?

– Второе – не упоминай моего имени. Нигде и никогда, а особенно в разговоре с матерью – максимально убедительно произнес я – Ты ее знаешь, она человек сильный, властный и жесткий. Она мне этого не простит. Я не боюсь смерти, но и умирать не спешу. Королева за ценой не постоит, наймет лучших убийц и…

– Я понял – кивнул Вайлериус – Ты прав. Я не стану упоминать твоего имени. Это все?

– Все – подтвердил я и махнул рукой – Аааа! Прогуляюсь с тобой до ректора!

А дальше события развивались просто стремительно.

Валейриус подобно молнии пронесся по коридору, с грохотом спустился по лестнице, в каких-то дебрях Академии отыскал полусонного толстяка, оказавшегося тем самым Расмусом, и, обрастая любопытными студентами, добрался до покоев ректора, чуть не снеся три пары дверей, ведущих к ним.

Кстати – красиво устроился ректор. Пол-этажа себе под жилье отвел.

– Туда нельзя – дорогу загородили два дюжих студента, с отменно развитой дельтовидной.

Я и не подозревал, что в тщедушном Вайлериусе столько силы. Он буквально разбросал их в стороны и пинком открыл дверь в спальню.

– Ёёёё! – выдохнули студенты, пришедшие с нами.

– Вот так-так – сказал Расмус, и потер жирные ладошки.

– Однако! – вырвалось у меня. Я чего-то такого ожидал, и игра вроде как «18+», но все-таки…

А Вайлериус ничего не сказал. Он молча смотрел на ректора.

Ректор же, мудрейший Эразмус дар Фронбах, стоящий на четвереньках в забавных кожаных штанишках и с пучком травы во рту, смотрел на него.

И толстомясая красотка с плетью в руке, тоже смотрела на наследника престола Запада, на автомате похлестывая ректора по спине и приговаривая:

– Мой козлик кушает травку? Кушает? Кушает?

Что примечательно – после каждого «кушает» Эразмус совершал движение челюстями. Надо полагать – условный рефлекс.

И тут откуда-то сверху прозвучало, пусть очень несвоевременно, но зато чертовски приятно:

– Пакость удалась!

Вот и славно, вот и хорошо. Дальнейшее, пожалуй, может дальше происходить без меня – не стоит слишком светить своим лицом, тем более что дело начинает принимать политический оборот, а такие вещи всегда привлекают внимание общественности. Проще говоря – скоро здесь будет полно народа. Когда волна спадет, законники Анны наверняка опросят всех присутствующих – кто тут был, что делал, что говорил? Она же не дура, сообразит, что вот просто так, ни с того, ни с сего ее сынулька взбелениться не мог, что был некий катализатор такого его поведения. И наверняка в рассказах всплывет какой-то босой человек в яркой рубахе, это уж можно не сомневаться. Так вот чем меньше народу вспомнит, как этот человек выглядел, тем меньше вероятность того, что Анна сообразит, что это я. Она все-таки не человек, а программа и идет от процентного соотношения полученных данных. Ну, хотелось бы в это верить.

И еще в то, что Вайлериус не проговорится.

– Что такое! – выплюнув траву из рта, буквально заревел ректор, тряся седой бородищей.

– Заблеял – без должного почтения сообщил один из студиозусов, как видно – самый смелый. А может –самый глупый. Или, что тоже вполне вероятно – самый предусмотрительный. Зачастую от своевременно сказанного дерзкого слова зависит вся дальнейшая судьба его произнесшего. Правда, всегда есть вероятность того, что эта судьба будет слепа, и никто не сможет предсказать, куда она забросит смельчака – на плаху или к престолу.

– Выбирайте выражения, Джеймс – посоветовал ему Расмус – Милорд ректор, думаю, вам следует подняться с колен. У принца Вайлериуса имеются к вам кое-какие вопросы. Да и у меня тоже.

– Я ваааасссс! – ректора затрясло, на губах у него выступила пена.

– Уууу, плохо дело – отозвался все тот же остряк – Он нас забодает.

– Идет коза рогатая – согласился с ним кто-то.

Как видно, ректора в Академии не сильно любили, поскольку особого сочувствия в глазах студиозусов к нему я не заметил, несмотря на всю пакостность сцены.

Не знаю – окочурился Эразмус дар Фронбах от сердечного приступа или нет – продолжения действа я не видел. Надеюсь, что обошлось. Не из жалости, нет, просто в условиях квеста значилось, что никто не должен умереть. С другой стороны – он уже закрылся, вряд ли на его результат повлияет то, что произошло после его выполнения.

Я тихонько покинул покои ректора, отметив, что угадал верно – народ к ним потихоньку начал стягиваться, и знакомыми коридорами побежал к тому месту, где находилась потайная дверь, ведущая вниз, в такую тихую и безопасную канализацию.