Чтение онлайн

Мы организовали встречу для разговора с Малькольмом о ситуации из-за отсутствия клятвы крови. К сожалению, оказалось, что такое положение сложилось во всей стране, не только в Сент-Луисе. Теперь только и жди, пока разразится катастрофа. Некоторые из вампиров, бывших в церкви в ту ночь, когда я убила Купера, обратились к Жан-Клоду, чтобы уйти от Малькольма к нему. Среди вспрыгнувших на борт были Эвери Сибрук и Нечестивец с Истиной.

Марианна снова раскидывала карты таро и прочитала то же самое. Это значит, что мы ещё над этим работаем. Я до сих пор не знаю, кто должен будет мне помочь — кто-то из моего прошлого. Все, кто мне помогают, вроде бы полностью в моем настоящем и будущем.

Дракон дала Примо разрешение остаться в Сент-Луисе и хотела бы поговорить с нами позже по некоторым делам совета. Тоже сомнительное благо.

Я связалась с полицейскими, работающими над делом Браунов. Они согласились прислать сотрудника с личными вещами парнишки, то есть у них дело зашло в тупик. Эванс согласился на эти вещи взглянуть. Барбара Браун послала мне открытку с извинениями и сожалениями.

Исправить мир мне не под силу, но жизнь свою я как-то исправляю. Иногда достаточно бывает вернуться домой живой и залезть под одеяло с тем, кого любишь и кто любит тебя.

Я нашла орхидеи такие же зеленовато-золотистые, как глаза у Мики. Букет их стоит на кофейном столике в нашей гостиной. Мика говорит, что никогда раньше ему цветов не дарили. Натэниел получил кружевной белый передник, какого никогда не было ни у чьей матушки, и нитку жемчуга. Я как-то видела, как он лежит на кровати, перебирая этот жемчуг в пальцах.

Для Жан-Клода — чисто белые орхидеи в простой, но изящной чёрной вазе. Он их поставил у себя на кофейный столик в гостиной. Жёлтые розы для Ашера, хотя они бледнеют рядом с золотом его волос. С Ричардом мы ещё не вернулись к тому этапу, когда дарят цветы. И, если честно, он никогда не видел особого смысла от кого бы то ни было получать цветы.

Дамиан чуть не устроил революцию в «Данс макабр», когда вышел на работу впервые после того, как мы объединились в триумвират. Он приобрёл способности, более принадлежащие линии Бёлль Морт, нежели Моровен, и радуется своей новой сексапильности. Я не знаю, какой из Дамиана был бы бойфренд, но он — мой слуга-вампир, и заслуживает большего, чем получает от меня. Я ему подарила конверт с сертификатом в мебельный магазин. Пусть обставит свой подвал до тех пор, пока мы не построим ему квартиру над гаражом. Как-то вечером мы устроили вечеринку по очистке подвала — по предложению Натэниела. Смысл — позвать друзей и завалить их грязной работой, а потом поесть пиццы. Ну, пицца досталась леопардам, вервольфам, крысолюдам и людям, вампирам было выдано питание пожиже. Нет, Жан-Клод не пришёл разгребать подвал, но, как ни удивительно, пришёл Ашер. И Ричард. Он вёл себя отлично до тех пор, пока не стали подавать угощение. Когда я открыла вену для Ашера, он не выдержал. Нет, возмущаться он не стал, просто ушёл. Он старается.

Все мы стараемся. Я стараюсь вспомнить, что думала о своей работе, когда начала охотиться на вампиров и помогать полиции. Я тогда думала, что делаю благородное дело. У которого есть причина и цель. Я тогда знала, что я на стороне добра. Но последнее время ощущение такое, будто, когда разгребёшь кучу дерьма, на её месте сразу вырастает другая. Как будто гады сыплются лавиной, а я стою с лопатой и пытаюсь эту кучу раскидать. Может, я просто устала, а может быть, стоит подумать, не прав ли Мендес. Может быть, нельзя быть на стороне добра, если основное время своей работы занимаешься отстрелом насмерть. Не знаю, что больше мне не даёт покоя: что я могу застрелить прямо в лицо женщину, молящую о пощаде, или что по закону других вариантов просто нет. Я не против убить, защищая свою или чужую жизнь. Не против убить того, кто это честно заслужил. Витторио я бы хлопнула в секунду. Но если та девушка в кондоминиуме говорила правду? Если у неё не было выбора, когда мастер ей приказывал что-то сделать? Что если вдали от плохого парня она сама плохой бы не была? Да не знаю я, черт побери! Единственное, что я точно знаю: не моя работа гадать, как эти бедняги превратились в убийц. Моя работа — сделать так, чтобы они никого никогда больше не убили. Её я и делаю. Я — истребитель. Палач. Убей кого-нибудь в моем городе — и тебя ждёт встреча со мной. Единственная.