Собачьи истории
Шрифт:
– Опять навещает мусорные баки, как я погляжу!
– Да. Чуть не каждый день. Несколько жестянок я сумела сама с него снять. И с горки опять катается! – Она блаженно засмеялась.
Я вытащил из кармана стетоскоп и прослушал его легкие. Кое-где легкие хрипы, но шарманка умолкла.
Присев на край стола, я оглядывал могучего пса и не мог до конца поверить в свершившееся чудо. К нему вернулась вся прежняя жизнерадостность, пасть расползалась в задорной усмешке, а в окно вливались солнечные лучи, золотя и без того золотую шерсть.
– Но почему, мистер Хэрриот? – спросила миссис Уэстби. – Что произошло? Отчего ему стало лучше?
– Vis medicatrix naturae, – ответил я с благоговением.
– Простите?
– Целительная сила природы. Никакой ветеринар не может с ней соперничать, если уж она вступает в действие.
– Ах, так. И предсказать заранее вы не можете?
– Нет.
Мы помолчали, поглаживая Брэнди по голове, ушам и спине.
– Да, кстати, – заговорил я, – интерес к синим джинсам тоже вернулся?
– Еще как! Они сейчас ждут в стиральной машине. Выпачканы в глине сверху донизу. Такое счастье!
Собаки вроде Бренди привносили в мою жизнь много света – собаки, способные на выходки, вызывающие смех. Он был прирожденным комиком, и даже его неприятности с мусорными бачками имели свою забавную сторону, однако его пневмония надолго стерла улыбку с моих губ. Приятно завершить книгу историей истинного собачьего оригинала, да к тому же историей со счастливым концом. Я и по сей день не знаю, почему он выздоровел, но разве это важно?