Чтение онлайн

Я бегло изучил доступные функции. Сначала терялся и не знал, какие команды вводить. Но потом подключилась память и начала подсказывать команды.

Как оказалось, у существ из старого мира, называвшихся «программистами», имелась универсальная команда «-help», позволяющая запросить справку и пояснения по любому разделу. Так, покопавшись в консоли полчаса, я изучил список всех доступных функций. А их было много:

— Изменение производственных задач для каждого цеха.

— Изменение скорости производства — от режима экономии энергии до форсированного режима, потребляющего больше энергии и быстро изнашивающего оборудование.

— Включение или отключение механоидов.

— Натравливание их на конкретные цели и координаты.

А ещё…

Протокол самоуничтожения. Запускает процедуру полной ликвидации завода, а также всех находящихся внутри цехов, ресурсов и юнитов.

Ничего себе. Одна команда, и механоиды больше никогда не побеспокоят деревню. Надо запускать, тут и думать нечего.

Я потянулся руками, чтобы ввести команду подтверждения. Но занеся палец над кнопкой «Enter», остановился. Меня смущала пара моментов.

Первый: мы с Рэтчет тоже находимся на заводе, и взлетим на воздух вместе с ним. Хотя это легко решалось: вон, я уже вижу команду для отложенного таймера. Запустить его минут на двадцать, и этого времени мне с лихвой хватит, чтобы вынести Рэтчет за пределы завода.

Но был ещё более щекотливый момент. Ведь механоиды — по сути единственный источник фрагментов для жителей деревни. Они выбивают с машин ФМХ, на которые покупают всякие инструменты. Потом эти же ФМХ обменивают на ФП и покупают за них еду, одежду и расходники. Других источников фрагментов в этих землях нет. Не получится ли так, что, избавив деревню от механоидов, я взамен обреку их на голод?

Выходит, что полностью останавливать производство механоидов нельзя. Но можно его подредактировать.

Я занёс пальцы и начал строчить текст, забивая команды в консоль. Первым делом полностью прекратил производство опасных юнитов, таких как чистильщик (оба типа), мех-гренадёр, босс-вертолёт. Производство гусей и дронов сократил на 50%. Также убавил значение параметра «интенсивность нападения на объект № 14». Судя по координатам, это не что иное, как деревня.

Ах да, чуть не забыл — производство цилиндров с красной жидкостью тоже прекратить. А ещё… Да, вот нужная команда. Полностью удалить рецепт производства из базы данных завода.

Так, что ещё… Вот: производство деталей и их транспортировка на множественные объекты по всей планете. Тоже полностью прекратить — пусть Тартарос пососёт мой драконий член.

— Готово, — объявил я.

— Что готово? — спросила Рэтчет, не оборачиваясь.

— К сожалению, я не смог полностью остановить завод. Но я убавил силу механоидов и интенсивность их производства, так что теперь вашей деревне жить станет полегче.

— Вау, круто!

Отлично, дело сделано. А главное — никаких свидетелей. Ведь если люди узнают про возможность уничтожить завод, это может посеять конфликты и раздоры в деревне. Наверняка найдутся радикалы, которые будут требовать уничтожения завода любой ценой, наплевав на последствия. Так что чем меньше людей об этом знает, тем лучше. А ещё…

Я вернулся к останкам Тартароса. И начал разбирать их. Особо не церемонился: ломал стыки и шарниры, рвал провода.

— Рахт, ты что творишь?! Ты же так детали испортишь! — возмущённо подбежала ко мне Рэтчет.

— Они уже испорчены, — сказал я, кивнув на дымящийся покорёженный корпус.

— Нет! Даже после таких повреждений некоторые детали остаются ценными! Их надо доставать по-нормальному! Пошли, я продиктую, какие инструменты купить в магазине. И покажу, как правильно его разбирать.

Я мысленно отметил, что в этот раз Рэтчет не скромничала и в наглую потребовала, чтобы я купил инструменты за свой счёт. Похоже, у неё нешуточная страсть ко всей этой механике. Ну а мне не жалко — все эти отвёртки и ключи стоили сущие копейки.

Купив всё необходимое, следующие два часа мы провозились, разбирая меха на винтики. Естественно, все детали я загружал в инвентарь, внимательно следя, чтобы Рэтчет ничего не умыкнула, ни единого болтика. Ведь каждая деталь Тартароса — это доступ к консоли. К полному управлению заводом. Нельзя допустить, чтобы они попали не в те руки.

Наконец последняя микросхема перекочевала в моё хранилище. Я ещё раз проверил пол: точно ли ничего не оставил?

Потом мы прошлись по залу и собрали осколки ракет. Хоть Рэтчет и не страдала от избыточного интеллекта, но когда я сказал, что эти осколки могут поставить под угрозу деревню, то подошла к поискам со всей серьёзностью. Настолько, что «пропылесосила» свою часть зала даже лучше меня. Я не шучу: когда мы поменялись, чтобы проверить работу друг друга, она отыскала осколок, который даже я пропустил.

К этому моменту я уже доверял девушке на 99%. Но ради последнего процента я вернулся с ней к экрану, подхватил её на руки и поводил ею перед сенсорным экраном.

Уровень доступа — нулевой. Доступ к консоли заблокирован.

— Рахт, ты чего это? — не поняла Рэтчет.

— Проверяю, не умыкнула ли ты себе какую-нибудь деталь.

— Конечно нет! За кого ты меня принимаешь?! Я не сделаю ничего, что могло бы навредить деревне! — выпалила она, обиженно надув щёки.

Перед уходом ещё раз заглянул в магазин и закупился. Взял запасную пару комбинированных рук (клинок+пушка), пару рук с пальцами, пару ног. Влетело это в копеечку: 1400 ФМХ и 40 ФВ. Но наличие этой запаски может спасти мне жизнь.

Также купил десять штук игрушечных магазинов. Как показала практика, это абсолютные щиты, способные заблочить любую атаку любого существа. Тысяча ФП за такое — вполне справедливая цена.

— Теперь точно всё. Пошли, — сказал я и потянулся к Рэтчет руками, чтобы по-быстрому донести её до выхода.