Чтение онлайн

— А что вам мешает просто напасть и убить их? — спросил я.

— То, Рахт, что их больше. И они сильнее. Особенно их главарь, Дин. Мало того, что он сам по себе здоровенный бык, так ещё и купил у заезжего торгаша секиру и комплект кожаных доспехов (уж не знаю, где столько валюты взял).

— Да известно, где. Прибил нескольких своих, вот тебе и халявные фрагменты, — сказал Миха.

— Ага, слышал я, что у них так заведено, — поддакнул Павел. — Если кто совершает серьёзный косяк, то главарь его собственноручно казнит. Говорит, что это типа для поддержания дисциплины в банде. Но на самом-то деле все всё понимают. Как только приближается приезд торгаша, так сразу находятся несколько «нарушителей», которых срочно-срочно нужно казнить.

— В общем, открытая война с Дином — это считай гарантированная смерть для всей общины, — сказал Леонид. — А то и что похуже смерти. Как представлю, как бандюги наших женщин в рабство забирают и заставляют им детей рожать…

После этих его слов все присутствующие помрачнели. Видно было, что в них борются желание покарать бандитов и банальный страх. Странные это существа — люди. Как по мне, лучше биться до последнего и погибнуть в бою, чем терпеть унижения. Собственно, в битве с варгом я так и делал. Даже когда был загнан в угол и видел приближающуюся ко мне жуткую пасть, думал лишь о том, как нанести ему урон. Если не убить, то хотя бы больно цапнуть напоследок. Я решил озвучить это вслух:

— А как по мне, лучше сразиться и умереть в бою, чем бесконечно терпеть унижения.

Леонид злобно скривился:

— Послушай-ка сюда, умник. Будь у меня в общине только здоровые мужики, мы бы так и сделали. Но у нас, как видишь, полно женщин, детей и стариков. Я лично отвечаю за каждого из них. И не желаю выслушивать претензии от одиночки, у которого ни кола, ни двора!

Спорить я не стал, и на этом разговор был закончен. Я купил паёк и бутылку воды, и Рита повела меня во внутренние помещения.

— А чего сама еду не купила? — спросил я.

— Фрагментов нет, — ответила она. — Трёхразовое питание здесь — непозволительная роскошь. Перед вылазкой поела, и на том спасибо.

Повернувшись ко мне, она добавила:

— Но если какой-нибудь добрый путешественник поделится со мной, я буду ему ооочень благодарна.

И снова смерила многозначительным взглядом. Она что, под путешественником имеет в виду меня? И предлагает отдать ей часть еды? Ну уж нет. Еда нужна, чтобы у организма были силы ходить и сражаться, кто в здравом уме станет ей с кем-то делиться? Ладно бы, эта девка меня могла как-то наградить. Но у неё ведь вообще ничего нет. Только тощее тельце, и всё.

— Ритааа! — раздался вдруг высокий голосок, и к нам подбежал один из тех детёнышей, которые донимали её, когда мы только пришли в общину. Судя по платьицу и длинным волосам, этот был женского пола.

— Леся? Чего тебе? — спросила моя спутница.

— Рахт что, у нас жить останется?

— Надеюсь, что да. Хотя кто его знает.

— И что, в твоей комнате спать будет? Хе-хе…

— Ну-ка цыц! Просто у меня там две кровати, одна из которых свободная, вот и всё. Хватит всякие пошлости выдумывать.

В этот момент малявка заметила брикет еды в моей руке и посмотрела на него голодным взглядом. Рита тоже это заметила. И шепнула мне:

— Если путешественник поделится с ребёнком, я тоже буду благодарна. Пусть не так сильно, но всё равно буду.

Вот же пристали. Отвалите.

— С голодными и страждущими нужно делиться, — назидательно произнесла Леся.

— Иди и добудь сама, — огрызнулся я.

— Как я добуду? Я маленькая беззащитная девочка.

— С крысами вполне справишься. Четырёх штук хватит, чтобы купить паёк. Да и сами они, говорят, вполне съедобные.

— А вот если бы у меня была еда, я бы с тобой поделилась! — пробурчала она и убежала дальше по коридору.

К чему это было сказано? Это должно меня как-то задеть? А, не важно.

Рита привела меня в комнату. Там и правда стояли две одноместных кровати. Моя была та, что справа. Я сел на неё, под голодным взглядом спутницы умял ужин и стал укладываться спать. Хм, а ведь удобно. Намного мягче, чем в капсуле.

— Я разденусь. Отвернись и не подглядывай! — потребовала она.

Как и тогда, возле убитых бандосов, почему-то стесняется своего тела. Что в нём такого особенного? Ну да неважно. Я пожал плечами и отвернулся к стене.

— И не вздумай ко мне ночью лезть! — добавила она. — Иначе выгоню, и будешь в зале на полу спать!

Не понимаю я, что она имеет в виду. Может, стоило не убивать тех бандосов сразу, а допросить их? Объяснили бы мне, что такого ценного в теле этой девки, до которого они так упорно пытались добраться.

Перед тем, как уснуть, я думал. Во-первых, о рассказе Риты про здешнюю географию. Очевидно, мне нужно стремиться попасть в центр. Там опаснее, но есть доступ к более крутым магазинам, в которых могут продаваться новые органы.

Оставаться здесь и «терпеть» нападки бандитов я точно не собираюсь. Какой в этом смысл? Какая логика? С первых моих минут в этом мире мне дали понять, что жизнь дана для того, чтобы действовать. Двигаться вперёд. Развиваться, становиться сильнее. А не сидеть на одном месте, думая лишь о том, как бы наскрести фрагментов на еду и воду.

Ну а вторым предметом моих мыслей был, конечно же, лутбокс. Хоть тот Миха и дурачок, но в одном он был прав: лутбокс нужно покупать. Любыми способами, любой ценой накопить нужную сумму и узнать, что же там внутри такое дорогое. В этой глуши, где нет нормальных магазинов, это моя единственная возможность купить что-то реально дорогое и полезное.

Вот только где взять столько валюты? Восемьсот фрагментов — это вам не шутки. Даже за варга дали всего пятьсот, а ведь я победил его буквально чудом.

В голову постучалась очевидная мысль — люди. Существа хоть и странные, но невероятно ценные. За каждого Система даёт по 80 фрагментов. Убить десять штук, и лутбокс у меня в кармане.

А ведь прямо сейчас я нахожусь в общине, где этих людей два десятка… Среди них есть воины, но также есть и абсолютно беззащитные. Интересно, за детей и стариков дают столько же, сколько за обычных взрослых, или меньше?