Сочинения, Высоцкий Владимир Семенович

Сочинения

на обложку

Высоцкий Владимир Семенович

Шрифт:

x x x

Я не пил, не воровалНи штанов, ни денег,Ни по старой я не знал,Ни по новой фене.Запишите мне по глазу,Если я соврал, —Падла буду, я ни разуГрош не своровал!Мне сказали — торгашиКак-то там иначе, —На какие-то грошиСтроят себе дачи.Ну и я решил податьсяК торгашам, клянусь,Честный я — чего бояться! —Я и не боюсь.Начал мной ОБХСИнтересоваться, —А в меня вселился бес —Очень страшный, братцы:Раз однажды я малинуОптом запродал, —Бес — проклятая скотина —Половину взял!Бес недолго все вершил —Все раскрыли скоро, —Суд — приятное решилСделать прокурору.И послали по Указу —Где всегда аврал.Запишите мне по глазу,Если я соврал!Я забыл про отчий домИ про нежность к маме,И мой срок, как снежный ком,Обрастал годами.Я прошу верховный суд —Чтоб освободиться, —Ведь жена и дети ждутСвоего кормильца!..

Зэка Васильев и Петров зека

Сгорели мы по недоразуменью —Он за растрату сел, а я — за Ксению, —У нас любовь была, но мы рассталися:Она кричала и сопротивлялася.На нас двоих нагрянула ЧК,И вот теперь мы оба с ним зека —Зэка Васильев и Петров зека.А в лагерях — не жизнь, а темень-тьмущая:Кругом майданщики, кругом домушники,Кругом ужасное к нам отношениеИ очень странные поползновения.Ну а начальству наплевать — за что и как, —Мы для начальства — те же самые зека —Зека Васильев и Петров зека.И вот решили мы — бежать нам хочется,Не то все это очень плохо кончится:Нас каждый день мордуют уголовники,И главный врач зовет к себе в любовники.И вот — в бега решили мы, ну а покаМы оставалися все теми же зека —Зека Васильев и Петров зека.Четыре года мы побег готовили —Харчей три тонны мы наэкономили,И нам с собою даже дал половничекОдин ужасно милый уголовничек.И вот ушли мы с ним в руке рука, —Рукоплескали нашей дерзости зека —Зека Петрову, Васильеву зека.И вот — по тундре мы, как сиротиночки, —Не по дороге все, а по тропиночке.Куда мы шли — в Москву или в Монголию, —Он знать не знал, паскуда, я — тем более.Я доказал ему, что запад — где закат,Но было поздно: нас зацапала ЧК —Зека Петрова, Васильева зека.Потом — приказ про нашего полковника:Что он поймал двух крупных уголовников, —Ему за нас — и деньги, и два ордена,А он от радости все бил по морде нас.Нам после этого прибавили срока,И вот теперь мы — те же самые зека —Зека Васильев и Петров зека.

Весна еще в начале

Весна еще в начале,Еще не загуляли,Но уж душа рвалася из груди, —Но вдруг приходят двоеС конвоем, с конвоем.«Оденься, — говорят, — и выходи!»Я так тогда просил у старшины:«Не уводите меня из Весны!»До мая пропотели —Все расколоть хотели, —Но — нате вам — темню я сорок дней.И вдруг — как нож мне в спину —Забрали Катерину, —И следователь стал меня главней.Я понял, я понял, что тону, —Покажьте мне хоть в форточку Весну!И вот опять — вагоны,Перегоны, перегоны,И стыки рельс отсчитывают путь, —А за окном — в зеленомБерезки и клены, —Как будто говорят: «Не позабудь!»А с насыпи мне машут пацаны, —Зачем меня увозят из Весны!..Спросил я Катю взглядом:«Уходим?» — «Не надо!»«Нет, хватит, — без Весны я не могу!»И мне сказала Катя:«Что ж, хватит так хватит», —И в ту же ночь мы с ней ушли в тайгу.Как ласково нас встретила она!Так вот, так вот какая ты, Весна!А на вторые суткиНа след напали суки —Как псы на след напали и нашли, —И завязали сукиИ ноги, и руки —Как падаль по грязи поволокли.Я понял, мне не видеть больше сны —Совсем меня убрали из Весны…

Я был душой дурного общества

Я был душой дурного общества,И я могу сказать тебе:Мою фамилью-имя-отчествоПрекрасно знали в КГБ.В меня влюблялася вся улицаИ весь Савеловский вокзал.Я знал, что мной интересуются,Но все равно пренебрегал.Свой человек я был у скокарей,Свой человек — у щипачей, —И гражданин начальник ТокаревИз-за меня не спал ночей.Ни разу в жизни я не мучилсяИ не скучал без крупных дел, —Но кто-то там однажды скурвился, ссучился —Шепнул, навел — и я сгорел.Начальник вел себя не въедливо,Но на допросы вызывал, —А я всегда ему приветливоИ очень скромно отвечал:"Не брал я на душу покойниковИ не испытывал судьбу, —И я, начальник, спал спокойненько,И весь ваш МУР видал в гробу!"И дело не было отложеноИ огласили приговор, —И дали все, что мне положено,Плюс пять мне сделал прокурор.Мой адвокат хотел по совестиЗа мой такой веселый нрав, —А прокурор просил всей строгости —И был, по-моему, неправ.С тех пор заглохло мое творчество,Я стал скучающий субъект,Зачем же быть душою общества,Когда души в нем вовсе нет!

Большой Каретный

Посвящено Леве Кочеряну

Где твои семнадцать лет?На Большом Каретном.Где твои семнадцать бед?На Большом Каретном.Где твой черный пистолет?На Большом Каретном.А где тебя сегодня нет?На Большом Каретном.Помнишь ли, товарищ, этот дом?Нет, не забываешь ты о нем.Я скажу, что тот полжизни потерял,Кто в Большом Каретном не бывал.Еще бы, ведьГде твои семнадцать лет?На Большом Каретном.Где твои семнадцать бед?На Большом Каретном.Где твой черный пистолет?На Большом Каретном.А где тебя сегодня нет?На Большом Каретном.Переименован он теперь,Стало все по новой там, верь не верь.И все же, где б ты ни был, где ты ни бредешь,Нет-нет да по Каретному пройдешь.Еще бы, ведьГде твои семнадцать лет?На Большом Каретном.Где твои семнадцать бед?На Большом Каретном.Где твой черный пистолет?На Большом Каретном.А где тебя сегодня нет?На Большом Каретном.

Лежит камень в степи

Артуру Макарову

Лежит камень в степи,А под него вода течет,А на камне написано слово:"Кто направо пойдет —Ничего не найдет,А кто прямо пойдет —Никуда не придет,Кто налево пойдет —Ничего не пойметИ ни за грош пропадет".Перед камнем стоятБез коней и без мечейИ решают: идти иль не надо.Был один из них зол,Он направо пошел,В одиночку пошел, —Ничего не нашел —Ни деревни, ни сел, —И обратно пришел.Прямо нету пути —Никуда не прийти,Но один не поверил в заклятьяИ, подобравши подол,Напрямую пошел, —Сколько он ни бродил —Никуда не забрел, —Он вернулся и пил,Он обратно пришел.Ну а третий — был дурак,Ничего не знал и так,И пошел без опаски налево.Долго ль, коротко ль шагал —И совсем не страдал,Пил, гулял и отдыхал,Ничего не понимал, —Ничего не понимал,Так всю жизнь и прошагал —И не сгинул, и не пропал.

1963 год

x x x

За меня невеста отрыдает честно,За меня ребята отдадут долги,За меня другие отпоют все песни,И, быть может, выпьют за меня враги.Не дают мне больше интересных книжек,И моя гитара — без струны.И нельзя мне выше, и нельзя мне ниже,И нельзя мне солнца, и нельзя луны.Мне нельзя на волю — не имею права, —Можно лишь — от двери до стены.Мне нельзя налево, мне нельзя направо —Можно только неба кусок, можно только сны.Сны — про то, как выйду, как замок мой снимут,Как мою гитару отдадут,Кто меня там встретит, как меня обнимутИ какие песни мне споют.

Колыбельная

За тобой еще нетПройденных дорог,Трудных дел, долгих летИ больших тревог.И надежно заглушенНочью улиц гул.Пусть тебе приснится сон,Будто ты уснул.Мир внизу, и над нимТы легко паришь,Под тобою древний РимИ ночной Париж.Ты невидим, невесом.Голоса поют.Правда, это — только сон…Но во сне растут.Может быть — все может быть —Много лет пройдет, —Сможешь ты повторитьСвой ночной полет.Над землею пролетишьВыше крыш и крон…А пока ты спи, малыш,И смотри свой сон.

Сивка-Бурка

Кучера из МУРа укатали Сивку,Закатали Сивку в Нарьян-Мар, —Значит, не погладили Сивку по загривку,Значит, дали полностью «гонорар».На дворе вечерит, —Сивка с Буркой чифирит.Ночи по полгода за полярным кругом,И, конечно, Сивка — лошадь — заскучал, —Обзавелся Сивка Буркой — закадычным другом,С ним он ночи длинные коротал.На дворе вечерит, —Сивка с Буркой чифирит.Сивка — на работу, — до седьмого поту,За обоих вкалывал — конь конем.И тогда у Бурки появился кто-то —Занял место Сивкино за столом.На дворе вечерит, —Бурка с кем-то чифирит.Лошади, известно, — все как человеки:Сивка долго думал, думал и решал, —И однажды Бурка с «кем-то» вдруг исчез навеки —Ну, а Сивка в каторгу захромал.На дворе вечерит, —Сивка в каторге горит…

x x x

Позабыв про дела и тревогиИ не в силах себя удержать,Так люблю я стоять у дороги —Запоздалых прохожих пугать!«Гражданин, разрешите папироску!»«Не курю. Извините, пока!»И тогда я так просто, без спросуОтбираю у дяди бока.Сделав вид, что уж все позабыто,Отбежав на полсотни шагов,Обзовет меня дядя бандитом,Хулиганом — и будет таков.Но если женщину я повстречаю —У нее не прошу закурить,А спокойно ей так намекаю,Что ей некуда больше спешить…Позабыв про дела и тревогиИ не в силах себя удержать,Так люблю я стоять на дороге!..Только лучше б мне баб не встречать!

1 2 3 4 5 6 7 8 9-62