Чтение онлайн

Боюсь, что мы зря здесь будем искать элементы моральной логики. Логика тут есть, но другая. Банановая. Метрополия напрямую объясняет "банановому" диктатору, что ему надо сваливать (называются причины или нет – не суть важно). Диктатор может просто послушаться. А может не послушаться и захотеть "рыпнуться".

Если диктатор дурак, "не рубит фишку" и не понимает, что ему пора сваливать, – то представители метрополии договариваются непосредственно с конкретными силовыми структурами доминиона. И эти структуры вышибаются из-под диктатора, как стулья, на которых он рассчитывал усидеть.

В 1991-м году один патриотический писатель мне рассказывал: "Ты не думай, Грачев – наш, он порвет этих демократов, он их ненавидит!" Так хотелось верить! Но не зря говорят, что многие знания умножают скорбь. Я не знал тогда и сотой доли того, что знаю сейчас. Но кое-что я все-таки знал. Я успел поездить по "горячим точкам", набрал какой-никакой аналитический и информационный актив. И я верил не писательской патетике, а данным этого актива. А актив этот просто, сухо, устало и иронично повествовал о том, когда, кому конкретно, на какой, образно говоря, лавочке, кто именно из вполне уже "обананенных" (и оболваненных) силовых боссов рапортует и присягает.

Конечно, не только эти присяги решали суть дела. Ненавидя развал Союза и не имея (ни тогда, ни сейчас) никаких предрассудков по поводу недопустимости силовой защиты от деструкции, я постоянно (публично и непублично) предупреждал апологетов "чика", не понимающих роли "цыка", что в танках сидят солдаты, читающие журнал "Огонек". Что для победы нужно выиграть информационную войну, и что ее можно выиграть. Но "чик" считал себя самодостаточным… Неужели и сейчас эта "чиковость" ничему не научилась, ничего не поняла, не обрела хоть чего-то, принадлежащего сфере настоящего "цыка"?

Но пропаганда, нацеленная на разложение и ценностную перевербовку силовой низовки, не исчерпывала сути происходящего. Другой, более высокий, контингент имел другие мотивы для неожиданного обнаружения в себе толстовской, гуманистическо-пацифистской сути.

Человек – глубочайшая тайна Вселенной. Мало ли кто и что может в себе неожиданно обнаружить? Но все-таки мне почему-то кажется, что люди, тренированные на убийствах (например, тех своих, кто неожиданно окажется на их пути при осуществлении особых заданий), не превращались вдруг из Савла в Павла, а банально присягали на "банановый" манер. Что они уже знали, кому и как следует присягать.

И если бы кто-нибудь в ГКЧП сошел с ума настолько, что отдал бы команду стрелять, то эти люди, мгновенно превратившись из мордоворотов в алёш карамазовых, не смогли бы переступить через "слезу ребенка"… Даже если этого ребенка зовут, например, господин Бурбулис. И то ведь – ну, не может человек убивать, его по этому принципу отбирали в спецназ. По наличию аллергии на всяческое кровопролитие. Долго искали, находили того, кто ну никак не может выстрелить в человека, и только его и брали в спецназ… Такая у нас была, видите ли, кадровая политика…

Если без шуток, то, с оговоркой на возможность очень эксцентричных и маловероятных личностных трансформаций, я утверждаю, что в большинстве случаев обнаружение в каком-то вполне оголтелом силовике непреодолимого отвращения к кровопролитию означает, что он уже конкретно "взял". Столько-то и на такой-то счет. Или его хозяин "взял" (конкретный хозяин, батя, которого он должен слушать – иначе ему хана). Или его конкретно "взяли за одно место" и показали, что все им наворованное (вот тут-то и обнаруживает себя гнилая суть криминального государства) находится на таких-то счетах. И будет тут же изъято, если он срочно не обнаружит в себе вышедших из подсознания пацифизма, народолюбия etc.

Такой тип управления я когда-то назвал счетократией. Когда профессионально занимающийся убийствами человек говорит: "Не могу убивать. Люблю Толстого, Моцарта, а чтобы из автомата стрелять – никогда!", это значит, что у него на определенном счете появилась или выросла определенная сумма. Это – Альфа и Омега всех "банановых" революций.

Если "банановый" диктатор "рубит фишку" и понимает, что "раз велено – надо сваливать", то его "боссов чика" можно и не перекупать. Он сам прикажет этим боссам сложить оружие и превратиться в паинек-пацифистов.

Если же диктатор уперся, то перекупаются "боссы "чика""… или же ключевые подчиненные этих боссов… Схема может ветвиться, усложняться. Но суть от этого не меняется. Воровская пластичность – квинтэссенция всех "банановых революций".

Все, что будет происходить в России, будет столь же "банановым", как и все, что произошло в Киргизии или на Украине. Потому что основополагающие параметры "колониальности элиты" у нас и в Киргизии одинаковы. Это не значит, что мы – Киргизия. У нас есть все для того, чтобы к нам никакой хозяин не сунулся. Все, кроме одного. Кроме того, что составляет суть "цыка".

А суть его – в способности обеспечить иной, не воровской, не тварно-потребительский тип мобилизационной готовности. Суть "цыка" в том, что он преодолевает коллизию счетократии.

Мы от этого страшно далеки. Элита нашего "чика" ничуть не менее гедонистична, чем какой-нибудь ею особо презираемый олигарх. Она так же, как этот олигарх, превыше всего ставит свои удовольствия. А раз так, то и счета в зарубежных банках, обеспечивающие эти удовольствия. А раз так, то и хозяев этих счетов, способных в один момент отнять то, что составляет фундамент этих невероятно ценимых удовольствий.

У нас много говорят про отдельных "оборотней". Я ничего не хочу утверждать, никого не хочу демонизировать – я просто предлагаю логическую дилемму. Эти "оборотни" начальникам "отстегивают" или нет? Если "отстегивают", то есть хотя бы криминальная вертикаль. А если не "отстегивают", то вертикаль поломана. И внизу этакая самоуправляемая кримсистема, выходящая на другие подобные системы (тут без разделения труда и кооперации не обойдешься), а наверху беспомощные начальники.

Если мы имеем дело с первым сценарием, то управляемость сохраняется. Однако это очень специфическая управляемость. Гейдар Алиев недаром говорил: "в Азербайджане одна мафия – моя". Но даже он ошибался.