Чтение онлайн

Стороны оговаривают, что сохраняют в своих действиях следующие ограничения по параметрам нестратегической ПРО:

"- скорость полета ракеты-перехватчика на любом участке траектории ее полета не превышает 3 км/с;

– скорость полета баллистической ракеты-мишени на любом участке траектории ее полета не превышает 5 км/с; и

– дальность полета баллистической ракеты-мишени не превышает 3500 км".

Но одновременно Договаривающиеся Стороны дают российским и американским экспертам поручение "срочно подготовить договоренность по высокоскоростным системам нестратегической ПРО".

При этом Договаривающиеся стороны признают, что:

"- Ни у одной из Сторон не имеется планов проведения до апреля 1999 года летных испытаний по баллистической ракете – мишени ракет – перехватчиков нестратегической ПРО, являющихся предметом договоренности по разграничению применительно к высокоскоростным системам нестратегической ПРО. Ни у одной из Сторон не имеется планов создания систем нестратегической ПРО с ракетами-перехватчиками, скорость которых превышает 5,5 км/сек для систем наземного и воздушного базирования и 4,5 км/сек для систем морского базирования. Ни у одной из Сторон не имеется планов испытаний систем нестратегической ПРО по ракетам-мишеням, оснащенным РГЧИН, или по боеголовкам, которые развернуты или запланированы к развертыванию на стратегических баллистических ракетах.

– Элементами для договоренности по высокоскоростным системам нестратегической ПРО являются: – скорость баллистической ракеты – мишени не будет превышать 5 км/сек; – дальность полета баллистической ракеты – мишени не будет превышать 3500 км; – Стороны не будут создавать, испытывать или развертывать ракеты-перехватчики нестратегической ПРО космического базирования, а также компоненты, основанные на иных физических принципах, способные заменять такие ракеты; – Стороны будут ежегодно обмениваться детальной информацией о своих планах и программах в отношении нестратегической ПРО".

Отметим указанную в данном соглашении дату – апрель 1999 года. Потому, что США уже в это время активно занимались разработкой высокоскоростных перехватчиков, которые могли быть использованы в системах стратегической ПРО. И потому, что именно по истечении этой даты – в июле 1999 года – президент США Б.Клинтон подписал Закон о создании Национальной системы противоракетной обороны США (НПРО). Согласно этому закону Минобороны США должно было "разместить элементы ПРО для защиты ВСЕЙ ТЕРРИТОРИИ СТРАНЫ от баллистических ракет вероятного противника тогда, когда это будет технически возможно".

Тогда же в США был официально поднят вопрос о необходимости выхода страны из Договора по ПРО 1972 года. Через три месяца – в октябре – американцы провели первое испытание элементов стратегической НПРО, сбив над Тихим океаном баллистическую – именно баллистическую! – ракету-мишень.

А еще через два года – в 2001 году – США официально уведомили Россию, что они с 2002 года выходят из договора по ПРО и слагают с себя все обязательства, принятые по данному договору.

Иными словами, по крайней мере в постсоветскую эпоху США условия Договора по ПРО 1972 года уже не соблюдали. То есть, разрабатывали и испытывали системы и их элементы, относящиеся к стратегической НПРО!

Сделав это длинное, но необходимое технико-политическое отступление, вернемся к Габале и теме "иранской ядерной угрозы", которую она, якобы, должна снять.

Иранская баллистическая ракета (как и любая другая) сначала набирает скорость и высоту (участок #1) (рис. 6).

На этом участке, который называют "разгонным", перехват ракеты затруднен – прежде всего, из-за неготовности средств перехвата. Баллистическая ракета набирает высоту довольно быстро.

Даже если эта ракета обнаружена сразу же в момент запуска, ее уничтожение на участке #1 предполагает, что

а) радар (средство слежения и целеуказания) сразу успел определить параметры траектории и дать команду на пуск противоракеты,

б) противоракету (средство уничтожения) успеют навести, на что нужно время,

в) эта противоракета успеет долететь до цели,

г) эта противоракета может поразить ракету, которая на участке #1 отчасти способна маневрировать.

К чему это все говорится? К тому, что принцип "чем ближе, тем лучше" не вполне правомочен. Если противоракетная система находится слишком близко к ракетам противника, то есть высокая вероятность того, что ракета противника окажется, так сказать, за спиной противоракетной системы раньше, чем противоракета поразит цель (рис. 7).

Скажут: ну, оказалась за спиной, и что? Ракета еще в полете, и противоракета может поразить цель. Но одно дело, когда противоракета летит навстречу ракете (рис. 8).

Тут достаточно правильно прицелиться для того, чтобы поразить цель.

И совсем другое дело, когда противоракета должна догонять ракету (рис. 9).

Тут, как мы видим, нужно, чтобы скорость ракеты V была меньше скорости противоракеты V1. Причем настолько меньше, чтобы противоракета за счет разницы в скоростях (V1 – V) успела покрыть расстояние H до уже летящей ракеты до того момента, когда ракета попадет в цель. А если еще точнее, противоракета должна поразить ракету до момента, пока ракета не успела разделить боеголовки, а также выпустить ложные цели и средства постановки помех (рис. 10).

Как все складывается на сегодняшний день в рамках рассматриваемой нами схемы, в которой противоракета догоняет ракету? Что по этому поводу можно сказать, пользуясь открытой информацией (а только ею мы и намерены пользоваться – это наша принципиальная установка)?

Скорость современной американской противоракеты комплекса GBI – около 8,3 км/сек. Скорость баллистической ракеты – от 5 до 7 км/сек.

Мы видим, что разница в скоростях минимальная. И по этой причине пока что никто ситуацию, в которой противоракета догоняет ракету, не рассматривает в качестве "штатной" и "рабочей". Может быть, кому-то и удастся создать в обозримые сроки противоракету с принципиально другой скоростью (проект американского заатмосферного перехватчика KEI вроде рассчитан на нечто подобное). Но пока что типовой является ситуация поражения ракеты на встречном или встречно-боковом курсе (рис. 11).

То есть, рассматривается встречный удар (рис. 12).

Или встречно-боковой удар (рис. 13).

Чаще всего, конечно же, речь идет о встречно-боковом ударе. Но это уже детали.

Суть же в том, что противоракетная система должна находиться на некоем оптимальном (не слишком большом и не слишком малом) удалении от мест пуска ракет противника.

Если противоракета находится слишком далеко, то ракета противника успеет пройти всю траекторию и нанести удар, а противоракета все еще будет лететь. И это называется "ситуация недопустимо далекого размещения" (рис. 14).