София
Шрифт:
– ну ладно. Точно, все хорошо?
– Да.
– Еще закивала в подтверждении.
– Спасибо.
– Ну и отлично.
– Мужчина пошел на выход.
– Пока женушка, не скучай по мне эту неделю.
– Я хохотнула. Пошла по коридору, а зачем собственно я иду сюда? Вещи с собой не брала, они дома у Наташки.
Домой.
Развернулась, сделала шаг и глухой стон вырвался из меня. Сильная, безудержная боль пронзила голову. Я пошатнулась от того, что вдруг стало мало воздуха. Очень. Чувствую, как из носа что то потекло. Вытерев нос, увидела на руке кровь… В глазах все стало плыть. Рябить.
Ноги стали ватными.
Все что я последнее помню, это когда уже упала. Бегущего ко мне Юру…
27
Слышу в округ суету.
– Помогите!
– Голос Юры. Я на руках вешу. Привкус крови во рту.
Голова болит и что-то совсем сил нет, даже, глаза открыть.
«Я»
Это сделал со мной Дима. Тот кто когда то меня очень любил….
***
– Малышка я дома!
– Раздался голос Димы и следом хлопок дверью. Я от радости чуть не лопнула. Бегу с кухни в коридор и запрыгиваю на руки самому любимому мужчине.
– Я так соскучилась!
– Прошептала, одаривая его множественными поцелуями.
– Боже… - Смеется он.
– Ради этого, я готов горы свернуть!
– Его руки прижали меня к себе крепче.
– Вот на ноги встанем и родишь мне малыша. Дочку, похожую на тебя.
– Он впился в меня поцелуем.
– Дочку?
– Возмутилась я отстраняясь.
– А может, быть сына хочу с твоими глазами. А к дочке ревновать тебя буду! Ты же ее любить больше будешь.
– Дима хохотнул, опустил меня на пол. Разулся.
– Тогда и сына, и дочку. Но - он поднял палец к верху.
– Но заметь, тебя я люблю больше чем кого либо! Так что нет место ревности, особенно к нашем будущим детям.
– Он снова заключил меня в объятия. Я хохотнула.
– Голодный? Я приготовила суп и запекла рыбу.
– Моя жена самая лучшая… - Мы прошли на кухню. Милый посадил меня на колени к себе.
– Я сегодня так устал. За то, могу похвалиться.
– Я внимательно смотрю на него. Пальцами перебираю по его шеи.
– Сегодня, я положил началу бизнесу. Как говориться, фундамент заложен.
– Я поцеловала его в щеку. Обняла.
– Поздравляю!
– Я так искренне рада за него.
– Ты у меня самый лучший! Только…
– Что?
– Он положил свою ладонь мне на лицо.
– Приходи пораньше домой… Я очень скучаю… - Прошептала с грустью и прижалась с нова к нему.
– Послушай родная моя.
– Он поцеловал меня в весок.
– Нужно не много еще поскучать и все будет шикарно. Я обеспечу тебя и наших будущих детей.
– Да нам и так денег хватает. я вон подзарабатываю.
– Нет солнышко, я хочу, что бы ты ни в чем не нуждалась. Что бы ты смогла стать художником и открыть свою галерею.
– Я ухмыльнулась. Прижалась губами к его.
– Это не так важно… Если этим займусь, про тебя забуду. А я слишком сильно люблю тебя…
***
Ничего не предвещала беды да? вот так просто и легко. Обычные планы. Мечты и желания.
Я бы и продолжала ждать его дальше, но… Но когда ты ждешь того, кто уже перестал торопиться домой… Когда сидишь на кухне до половину второго…когда, на столе уже давным-давно остыл ужин. Когда входная дверь открывается и слышишь вялое.
– Привет. Я устал и иду спать.
– шаги, дверь закрылась… Когда это повторяется снова и нова. Когда слезы градом льются. Понимаешь, что все уже давно закончилось.
Каждый раз это становиться болезненно больно…
Мысли разные в голове появляются.
А как оказалось, мысли были верными…
Обидно? Очень…
Но теперь это уже не важно…
Я отпустила его тогда и простила, просто потому, что я хочу распрощаться с прошлым и сделать шаг вперед. Только…
Есть один котик, в которого я влюбилась. В улыбку и в его глаза…
А меня котенком называет… Это так мило…
Он теперь понимает, почему я его отталкивала. Теперь он понимает… Только вот, то что он сделал тоже не исправить…
Он показал то, что он не намерен ценить меня. Или что-то делать еще…
Гудвин трахал, не одну женщину. Так еще я увидела, как он это делал…
– Сонечка. Давай, приходи в себя… - Слышу голос Аркадия. Он полон беспокойством. Но голос его исказился вдруг. Слышу отдаленно, что он назначает какие-то лекарства. Блин… Опять капельницы… Вены еще испортят.
Я бы прокомментировала все это. Но не могу пошевелиться.
***
Мужчины после разговора приходили в себя. Ни кто так и не произнес слова после ухода Сони.
То, что узналась спустя пять лет, подкосило их обоих.
Дима все так же рассматривал маленькую точку на снимке. Он смотрел и не отводил глаз от него. Мало того, что он не просто спать не мог. Он дышать не мог, понимая, что он убил человека и сбежал. Сбежал от шока.
Когда пришел в больницу, что бы опалить лечение женщины, помочь и искупить вину, узнал, что она мертва…
Жить с этим он не могу нормально. Корил себя. Друг помог ему. Поддерживал.
А теперь спустя пять лет узнал о том, что он просто последняя мразь…
Соня его жизнь и он ею дышал. Свихнулся от чувств к ней, которые нахлынули на него. ОН тосковал по ней.
Вина теперь его съедает.
«Я убил нашего ребенка. Убил ее… ее мечты. Убил ее чувства к себе.»
Она простила… Дима не понимает. Просто не может улечься это понимание. Пришел ураган и смел все. Оставив только развалины.
Мужчина и не думал, даже представить не смог, что она сможет его простить…