Чтение онлайн

– А куда направлены лучи символа?

– Против восхода солнца на правой ноге и по восходу солнца – на левой.

Сомнений у Воислава не осталось. Сенегонда была жрицей Макоши очень высокого ранга посвящения. Похоже, не только Раймон использовал ее, но и она использовала капитана Рюэрга в своих далеко идущих целях. Для христианина Раймона эта предосудительная связь с языческой жрицей таила очень серьезные последствия. Честолюбивый Рюэрг не мог этого не понимать, но он рисковал, рассчитывая, видимо, на большой куш, обретенный в результате лихо закрученной интриги.

– Императрица Юдифь знает о таинстве, свершившемся между тобой и Тинбергой?

– Мне об этом ничего не известно.

– Будь осторожнее, Лихарь. Если местные епископы узнают о твоей мистической связи с королевой, то они найдут способ свести счеты и с ней, и с тобой.

– Волков бояться – в лес не ходить, – пожал плечами Лихарь. – Я знаю, что Юдифь бывает в доме у Сенегонды, а из этого дома идет потайной ход в храм Великой Матери.

– Кто тебе сказал?

– Драгутин. Он там был вместе с Хирменгардой.

Разговор с Лихарем многое дал Воиславу. Оказывается, он был прав в своих подозрениях. Вот только ему и в голову не пришло, что во главе этого заговора против христианской веры стоит императрица Юдифь. Любопытно, какую же роль эта бесспорно умная женщина отводит в своих далеко идущих планах Воиславу Рерику? До сих пор он считал себя просто наемником, точнее, таковым его считали другие. Сам же он просто выполнял волю славянских богов и просьбу кагана Славомира. Судьба Карла его беспокоила мало, куда ближе ему были интересы Варгии, которые могли пострадать в случае усиления власти императора Лотаря. И кагану Славомиру, и славянским князьям война в империи франков была выгодна, вот они и послали сюда Черного Ворона, вестника раздора и смерти. Но, похоже, императрица Юдифь не знает, с кем она имеет дело в лице наемника-варяга.

Юдифь от встречи с Воиславом не уклонилась, более того, приняла его не где-нибудь, а в своих покоях. Впрочем, происходило это среди бела дня, на глазах у многочисленной челяди, так что вряд ли их встреча могла породить пересуды. Воиславу эта женщина нравилась, она была еще сравнительно молода, хороша собой и, видимо, осознавала свою власть над мужчинами. Во всяком случае, от своего покойного мужа Людовика Благочестивого она добилась всего, чего хотела. Но если она думает, что и Воислав Рерик будет столь же покладист, то сильно ошибается.

– Поздравляю тебя с победой, ярл Воислав, – приветствовала гостя Юдифь и жестом указала ему на кресло, стоящее напротив.

Рерик окинул взглядом помещение и пришел к выводу, что в Париже даже императрицы живут проще, чем ганши в Итиле. Хорошо еще, что ему предложили кресло, а не лавку или даже тюк соломы, покрытый куском материи, которые здесь заменяют сиденья не только в домах знатных сеньоров и купцов, но и в королевском замке. Украшением покоев императрицы могли считаться разве что гобелены, но и они давно уже поблекли от времени.

Воислав обернулся и подал знак слуге, который внес и поставил на столик перед Юдифью ларец, искусно сделанный и украшенный драгоценными камнями.

– Нажмите на яхонт, Юдифь, и увидите то, что в нем скрыто.

Хозяйка покоев так и сделала, и ее взору открылась целая россыпь драгоценных камней, заключенных в богатую золотую оправу.

– Говорят, что эта диадема когда-то украшала голову жены византийского императора, но в наше время я не знаю женщины более достойной этой ноши, чем вы, благородная дама.

Служанки ахнули от восхищения, но Юдифь даже бровью не повела.

– Ты очень любезен, ярл Воислав, но что ты потребуешь в качестве ответного дара? – императрица жестом отослала служанок прочь и ласково улыбнулась гостю.

– Не сочтите мои слова грубостью, Юдифь, – понизил голос почти до шепота Воислав. – Но мне очень бы хотелось заглянуть под подол вашего платья.

Юдифь растерялась, в какой-то момент Рерику показалось, что она сейчас вскочит на ноги и залепит наглецу пощечину. Однако он ошибся в своих предположениях. Так ведут себя при подобных обстоятельствах обычные женщины, но не императрицы.

– А что ты рассчитываешь там увидеть, ярл? – надменно вскинула голову Юдифь.

– Розу, распускающую лепестки, и знаки удачи по бокам.

– Я покажу их тебе, ярл Воислав. И очень скоро. Будь готов откликнуться на мой зов. Но знай, что иные розы распускаются только при виде лилий, которые избранные хранят на груди.

Воислав задумался лишь на мгновение.

– Я подожду, благородная дама. И пусть судьей нам будет сам Творец.

Бернард Септиманский узнал о свидании Юдифи и Воислава Рерика в тот же день. Доклад центенария Гуго об этой встрече поразил его не на шутку. Воислав Рерик и императрица говорили о цветах, как будто у них не было других тем для разговора.

– Но зачем ему понадобилась роза? – удивленно спросил граф. – Служанка ничего не напутала?

– Сибелла не все слышала, сеньор. Но за розу она ручалась, так же как и за лилию. Кроме того, она сказала, что ярл Воислав подарил императрице Юдифи диадему, усыпанную драгоценными камнями, стоимостью по меньшей мере в двадцать пять тысяч денариев. Якобы раньше эту диадему носила жена византийского императора.

То, что варяг баснословно богат, не было тайной для Бернарда Септиманского. Однако диадема стоимостью в двадцать пять тысяч – воистину царский дар. И уж конечно, подобные подарки не делают просто так, из дружеского расположения. Похоже, Бернард что-то упустил в отношениях Рерика и Юдифи, возможно, эти отношения давно стали куда более тесными, чем он до сих пор полагал.

За советом Бернард обратился к Эду Орлеанскому, который более других был сведущ в сфере взаимоотношений мужчин и женщин. Граф принял гостя с распростертыми объятиями и даже угостил его вином, только что привезенным из Италии.

– Значит, альпийские перевалы открылись? – спросил Бернард.

– Так ведь весна в разгаре, дорогой друг, – улыбнулся граф Орлеанский. – А ты, похоже, в хлопотах этого не заметил.

– Скажи мне, Эд, если мужчина преподносит женщине очень дорогой подарок, это что-нибудь да значит?