Чтение онлайн

– Вот мы пойдем и проверим, – фыркнула Кисонька, – раз ты… вы… точно не знаете!

Троица в рабочей комнате с ужасом разглядывала злющую Кисонькину физиономию на мониторе. Ну как она не понимает?! Вся проблема в том, что они знают точно!

– Там хотя бы вода есть – руки помыть? А то со здешней минералкой лучше не связываться! – пытаясь смягчить ситуацию, вмешалась Мурка.

«Нет там больше никакой воды!» – едва не заорал Сева, но вовремя прикусил язык. Так и не дождавшись возражений, девчонки аккуратно обошли Саляма и двинулись к выходу. За ними последовала и Светлана Вениаминовна.

– Тогда идите вдвоем! – догоняя их, завопил Салям. Сева еще рассчитывал спасти ситуацию – если девчонки отправятся в туалет без музейной дамы, можно им на мобильник позвонить, объяснить… – Остальные пусть у меня на глазах будут!

Светлана Вениаминовна вдруг смутилась:

– Девочки без меня не найдут…

– Туалет не найдут? Он же не иголка, чего там его искать. – С проснувшейся подозрительностью поглядывая на музейную даму, из-под локтя Саляма вынырнул Остапчук. – Или у вас там какие свои дела? – явно подозревая недавнюю помощницу в намерении отыскать и перепрятать его бесценную пектораль, процедил бизнесмен.

– Свои дела в туалете у меня, безусловно, есть, – с достоинством сообщила Светлана Вениаминовна, – как у всякого нормального человека! А не найдут потому, что… – Она снова засмущалась. – Ну нет у нас в музее туалета для посетителей!

– Как это – нет? – теперь уже опешила Мурка. – Мы с родителями в бог знает скольких музеях бывали – везде туалет есть! И в Эрмитаже, и в Третьяковке, и в Историческом музее… А если за границей – так по два-три туалета! На каждом этаже.

– Мы не Эрмитаж! И тем более не заграница! Им же на это деньги дают! А у нас на экспозиции не хватает! – со злостью выпалила Светлана Вениаминовна. – Туалет для посетителей сперва засорился, потом потек, затем совсем сломался… Мы его и закрыли! Теперь только тот, что для сотрудников, работает!

Троица в офисе снова переглянулась.

– Так идете в служебный? – агрессивно вопросила музейная дама.

– Конечно, идем! – немедленно согласились девчонки – по лицу Светланы Вениаминовны было понятно: еще одно слово о недостатках музейного сервиса – и им предложат терпеть хоть до Третьяковки!

– Мне тоже надо попудрить носик, – объявила Раймунда. – Вся эта беготня и стрессы вредны для цвета лица!

– И я пойду! – неожиданно вылез Пилипенко. – Кажется мне, что вы все тут сговорились, а сыщик ваш продался детской мафии!

Трепетная надежда, обычно появлявшаяся во взгляде Остапчука каждый раз, когда он смотрел на Саляма, вдруг сменилась жгучим подозрением. Ни слова не говоря, он пристроился в хвост направлявшейся в туалет процессии. Неваляшкин поглядел на него тоже подозрительно – и потрусил рядом.

– Папа, ты куда? – спросил Гена, нагоняя отца.

– Все пойдем! – воинственно объявил «гном». – И эту с собой возьмем! – он подошел к спящей «специалистке по особым поручениям» и взвалил ее себе на спину. – А то вдруг прикидывается – мы за порог, а она за пекторалью бегом! И ты тоже там не отсиживайся! – окрысился он на дедка-ученого. – А то знаю я вас, похитителей!

В результате вся компания, включая даже крепко спящую на плече у Неваляшкина «специалистку», вывалила за дверь и, возглавляемая Светланой Вениаминовной, пошлепала по лестнице на второй этаж – к туалету.

У экрана в рабочей комнате «Белого гуся» воцарился форменный траур.

Небольшая толпа поднялась на второй этаж…

– Ой! – Светлана Вениаминовна остановилась над дверью в служебный туалет.

Именно «над», а не «перед». Дверь лежала на полу, полностью перегораживая проход. Вырванный с корнем английский замок болтался на единственном винте.

Светлана Вениаминовна сделала робкий шажок, заглянула в пустой проем и открывающуюся за ним туалетную кабинку, освещенную скособоченной лампочкой с разбитым плафоном.

– Ой! – повторила она. – А что это… Кто…

– Наверное, все-таки не надо было приказывать Саляму ломать дверь, – глядя, как остальные участники «туалетной экспедиции» набиваются внутрь и тут же замирают, молчаливые и неподвижные, с упреком сказал Вадька.

– Не надо было ему в ботинки что попало совать! – немедленно парировал Сева. – Тем более, оно все равно не работает!

– Кто ж знал, что та раковина так плохо держится! – простонал Вадька. – А как он умудрился унитаз зацепить, я вообще не понимаю!

И только одна Катька, не отрывающая глаз от монитора, неожиданно сказала:

– А знаете, по-моему, они не на унитаз смотрят!

Нерешительно перетаптывающийся позади всех Салям наконец сделал шаг вперед – и вдруг тоже замер. Катька опять была права. Конечно, несчастная туалетная кабинка выглядела так будто в ней какое-то время бушевал запертый внутри небольшой тайфун (что, кстати, почти соответствовало действительности, вот только музейному начальству лучше было об этом не знать!). Но столпившиеся в дверном проеме люди глядели совсем не на свернутый набок умывальник и даже не на развороченный унитаз…

В туалете стояла девушка. Невысокая, с ладной спортивной фигуркой, облаченная в просторные штаны и такую же свободную рубаху. Она гляделась в покрытое сеткой трещин зеркало и невозмутимо расчесывала гребнем вьющиеся темные волосы. Завидев в зеркало столпившихся за ее спиной людей, девушка едва заметно улыбнулась.

– Вы кто? – Остапчука женские прихорашивания не интересовали, его волновало другое.

– Зовите меня… Зариной, – после недолгой паузы сообщила девушка.

– Вы откуда взялись? – тут же влез Неваляшкин.

– О, я тут очень давно, – небрежно тряхнула волосами Зарина.

– С начала презентации? – выдохнул Салям.

Сестры с изумлением поглядели на него. В голосе их Младшего Служащего сейчас не слышалось ни Вадькиных, ни Севиных, ни даже Катькиных интонаций. В них звучал совершенно телячий восторг. Выражения глаз за темными очками видно не было, но на губах застыла абсолютно дурацкая улыбка. Девчонки переглянулись.

– Можно сказать и так, – не стала спорить Зарина.

– А чего это вы тут скрываетесь? – растолкав всех, вылез вперед Пилипенко.