Чтение онлайн

Вместо ног у девушки имелись короткие и массивные бледно-зеленые лапы, покрытые крупной выпуклой чешуей. На каждой лапе имелось по пять вытянутых пальцев, оканчивающихся толстыми, похожими на куски деревянных щепок черными неровными когтями. По краям лап в два ряда росли заостренные и загнутые вверх кожаные шипы. И над всем этим великолепием красовался толстый, но утончающийся к концу хвост, покрытый острыми серо-коричневыми шипами.

Вот девушка двинулась вперед, туда, где лежала груда блестящих шелковых подушек и сквозь пласт воды я смогла рассмотреть, как мощные лапы согнулись, подобно лягушке, и оттолкнулись, вызвав мощную волну, едва не захлестнувшую сидевших с той стороны водоема девчонок. Захлестнуть не захлестнуло, но поток воды, ударившейся о каменный выступ забрызгал их знатно.

Наградив полуженщину разъяренными взглядами, девушки промолчали, видно, ситуация была не нова, а после со смиренными вздохами начали вытирать лицо и руки полами пиджаков и подолами своих юбок.

Тем временем, полуженщина, не обращая внимания на недовольство учениц, подплыла к краю бассейна, ловко выпрыгнула из воды при помощи хлесткого удара хвостом об воду и приземлилась прямиком на холмик из подушек.

— Мама дорогая, — выдохнула я едва слышно, ощущая, как приподнялись и зашевелились волоски на руках. — Кто она… что она такое?

Поерзав, устраиваясь поудобнее, преподавательница окинула присутствующих внимательным взглядом, в котором я не могла не отметить ум и проницательность.

— Когда-то она была одной из красивейших женщин во всех мирах, — склонившись к моему уху, зашептала Микаэлла.

— Видимо, очень давно, — непроизвольно вырвалось у меня.

— Но потом она отказала магу в его притязаниях на её сердце и шею, — хихикнула Мика в ладошку. — Вот он её и проклял, да так, что никто это проклятье уже два столетия снять не может. Потому что это же проклятье рикошетом уничтожило и того мага, а никто кроме него не знает, какая именно формула была использована. Многие пытались ей помочь, даже некроманты, поднимали из могилы его кости, но останки лишь громко матерились и плевались черной жижей, а после сами зарывались в могилу, напоследок демонстрируя не самые приличные жесты.

— Шею? — переспросила я, пока полуженщина о чем-то беседовала с сидящей ближе всех к ней ученицей — невысокой, болезненно худощавой девицей, лицо которой можно было бы назвать симпатичным, если бы не россыпь мелких прыщиков и красноватых пятен, украшавших лоб и щеки.

— А, ну да, — спохватилась соседка. — Ты же не знаешь. Растерия — брачный кулон, который вешает мужчина на шею своей избраннице в момент совершения свадебного обряда. Это не только символ того, что девушка уже не свободна, но также знак принадлежности к роду и амулет, заговоренный на появление наследников и жизнь в достатке.

— А что на нем изображено? — почему-то вдруг мне показалось это очень важным. Сердце тревожно забилось.

— У каждой семьи свой брачный кулон, — пожала плечами Мика, потеряв интерес к разговору, — который либо передается по наследству, либо, если в семье несколько сыновей, для каждой новой невесты создается на заказ в соответствие с фамильным гербом.

— Сегодня, — повысила голос мисс Цэсна, тут же прекращая шептание и возню среди будущих колдуний. — Мы с вами начнем изучать целебные практики, в которых можно использовать силы стихий. Силы природы, реализуемые посредством власти стихий, содержат в себе неисчерпаемые энергетические ресурсы, которые при наличии определенных знаний и навыков можно использовать для избавления от проблем и недугов. Но! Важно быть осторожными, потому что неуважение к силам природы, особенно от тех, кто призван эти силы поддерживать в равновесии, то есть, от колдуний, способно привести к ужасающим последствиям. Первая стихия, которую мы изучим — стихия земли.

Мисс Цэсна, отбросив одним изящным движением пальцев прекрасные локоны за спину, повела в воздухе перед собой рукой и над её аккуратной маленькой ладонью взметнулся призрачный дымок, тут же сформировавшийся в идеально круглую сферу с еще одной такой же внутри, но поменьше. Обе сферы вращались вокруг своей оси в одном и том же направлении в одинаковом темпе, но стоило присмотреться, как сразу же становилось очевидным, что внутренняя, меньшая сфера, двигалась чуть быстрее. Обе сферы были прозрачными и, в то же время, излучали глубокое коричневое свечение. Это был не тот обычный коричневый, который воспринимался как нечто грубоватое, плоское, невзрачное, сухое. Нет, этот цвет был как бы выпуклым, насыщенным…он был живым.

— Как красиво, — не удержавшись, прошептала я. И была испуганна и польщена одновременно, когда мисс Цсэна бросила на меня поощряющий взгляд, который словно говорил «да, все верное, это очень красиво».

Подобное внимание со стороны преподавателя не осталось незамеченным другими девочкам, и если некоторые из них в том числе и Мика, послали мне поддерживающие взгляды, то другие, и их было большинство, с обесценивающими ухмылками окинули меня злыми взглядами.

— Земля, — заговорила мисс Цэсна и все тут же вернули ей свое внимание, — обладает сильнейшей женской энергетикой. Кто знает, почему?

Девушка, с которой вначале урока так увлеченно беседовала проклятая красавица, тут же вскинула руку вверх.

— Майра, — одобрительно кивнула мисс Цэсна.

И девушка затараторила со скоростью работающего пулемета, буквально извергая из себя знания, которыми она явно очень гордилась:

— Женщин и землю очень часто отождествляют друг с другом. Также, как и женщины — земля плодородна, она обеспечивает поддержание жизни, её возобновление и приумножение. Земля — есть залог существования всех живых существ, как ребенок без матери — мы без неё неполноценны.

— Правильно, — тепло улыбнулась мисс Цэсна, когда ученица закончила. — Земля, подобна женщине, подобна матери. Она принимает любую нашу боль, забирает всю нашу черную энергию — обиды, злость, тревоги, ненависть, болезнь.

А дальше начался подборный разбор ритуалов, необходимых для взаимодействия с энергией земли, и их дальнейшее фиксирование на бумаге. Ритуалов оказалось очень много, каждый предусматривал наличие очень конкретной проблемы, а так как проблем, как правило, у всех немерено, то и ритуалов, соответственно, имелось в том же количестве — бесконечном. Все ритуалы были похожи друг на друга и в то же время отличались — использованием амулетов, трав, заклинаний и техник проведения.

К концу занятия моя голова мне самой напоминала большой воздушный шар с водой — качается бестолково на плечах, переполненный смыслом, вот-вот расплещется. Я уже мысленно начала молиться об окончании этого лекционного ада, как вдруг из воды выпрыгнула… лягушка, на длинных вытянутых лапах приземлившаяся в полуметре от меня.

В первое мгновение я испуганно дернулась, резко подавшись назад, но когда глаза разглядели подробности, едва не рассмеялась. Лягушка была не живой, а механической. Маленькое медное тельце сверкало отполированными бочками. Короткие забавные передние лапки с тонкими длинными пальцами нетерпеливо перетаптывались на месте, легонько подрагивая. Глазки были выложены двумя ограненными рубинами, словно впитывающими свет, а в сердцевине камней пламенели две растопленные янтарные точки. На шее медной лягушки болталось что-то, что при ближайшем рассмотрении оказалось золотой цепочкой, вдетой в окончание маленького ключа, передняя часть которого утыкалась лягушке в зеленую грудь.