Чтение онлайн

Мы снова подождали — результат был тот же.

Ян нажал кнопку и, не отпуская ее, заговорил. Его голос наверняка слышали те, кто находился внутри.

— Говорит командующий Ян Грэйм, — начал он. — Бловен находится сейчас на военном положении, и вы арестованы за соучастие в убийстве полевого командира Кенси Грэйма. Если возникнет необходимость, мы сломаем дверь. Однако мне хотелось бы, чтобы репутация моего брата была вне критики в отношении определения меры ответственности за его гибель. Так что я предлагаю вам выйти и сдаться.

Он отпустил кнопку и замолчал. Последовала долгая пауза. Затем из решетки переговорного устройства под экраном послышался голос — хотя сам экран оставался пустым.

— Идите к черту, Грэйм. Мы прикончили вашего брата, а если вы попытаетесь ворваться сюда, то же ожидает и вас.

— Мой вам совет, — голос Яна звучал холодно и безразлично, словно чем-то подобным он занимался каждый день, — сдаться.

— Вы гарантируете нашу безопасность, если мы это сделаем?

— Нет, — сказал Ян. — Я лишь гарантирую, что прослежу, чтобы репутация полевого командира Грэйма не пострадала бы от того, как с вами будут обращаться.

Ответа сразу не последовало. Позади Яна Чарли снова посмотрел на часы.

— Они тянут время. Но почему? Что это им даст?

— Это фанатики, — спокойно ответил Пел, — Они мало чем отличаются от солдат Квакерских миров. Эти трое не рассчитывают выйти отсюда живыми. Они лишь пытаются назначить более высокую цену за свою собственную смерть — получить что-то еще за то, что умрут.

Прозвучал сигнал часов Чарли ап Моргана.

— Время вышло, — произнес Чарли, — Солдаты сейчас уже в пригороде Бловена, чтобы начать свой поиск.

Ян протянул руку и снова нажал кнопку, обращаясь к находившимся внутри людям:

— Вы выходите?

— Зачем? — ответил тот же голос, что и в первый раз.

— Я войду и поговорю с вами, если вы хотите, — предложил Ян.

— Нет, — громко начал Пел. Я схватил его за руку, и он повернулся ко мне, шепча: — Том, скажите ему, чтобы он не ходил! Именно этого они хотят.

Я двинулся вперед, пока Чарли ап Морган не вытянул руку, останавливая меня.

— Ян, — обратился я к нему достаточно тихо, чтобы меня не было слышно через переговорное устройство, — Пел говорит…

— Может быть, это неплохая идея, — снова послышался голос из-за двери. — И верно, почему бы вам не войти, Грэйм? Оставьте оружие за дверью.

— Том, — приказал Ян, не глядя ни на меня, ни на Чарли ап Моргана, — Оставайтесь здесь. Держите его, Чарли.

— Да, сэр, — ответил Чарли. Он посмотрел мне прямо в глаза, — Оставайтесь здесь. Отойдите назад.

Ян шагнул вперед, остановившись прямо перед дверью. Он снял пистолет и бросил его на пол, в поле зрения экрана.

— Я безоружен.

— Без этой штуки — да, — сказал голос из-за двери, — А как насчет всего остального? Раздевайтесь.

Не колеблясь, Ян расстегнул китель и начал снимать одежду. Мгновение спустя он стоял в коридоре обнаженный; но если люди в номере думали таким образом унизить его, то они явно просчитались.

Обнаженный, он выглядел еще внушительнее, чем одетый. Ян возвышался над всеми нами, даже над другими дорсайцами. Загорелый дотемна, при свете ламп он казался массивной статуей, вырезанной из дуба.

— Я жду, — спокойно проговорил он.

— Хорошо, — сказал голос из-за двери. — Входите.

Ян двинулся вперед. Дверь перед ним отодвинулась в сторону. Он вошел, и дверь за ним закрылась. Какое-то мгновение из номера не доносилось ни звука; затем экран неожиданно осветился. Из-за обнаженных плеч Яна нам было видно помещение, в котором сидели лицом к нему трое вооруженных людей. Интересно, догадывались ли они о том, что он включил экран переговорного устройства, пульт управления которым находился у двери позади него?

Один из троих, сидевший в центре, рассмеялся. Лицо этого рослого чернобородого человека показалось мне знакомым, еще когда я рассматривал изображения предполагаемых убийц в кабинете Яна; и теперь я его окончательно узнал. Профессиональный борец. Четыре года назад его привлекли к суду за изнасилование, но из-за отсутствия доказательств дело было прекращено. Это его голос мы слышали раньше, поскольку теперь он снова говорил: его губы шевелились на экране.

— Так-так, господин командующий. Это нам и требовалось — ваш визит. Теперь на нашем счету два дорсайских командира, прежде чем ваши солдаты унесут то, что от нас останется, в морг; и Сент-Мари увидит, что Голубой фронт может справиться даже с вами.

Нам не было видно лица Яна; но он ничего не говорил, и, видимо, отсутствие реакции с его стороны раздражало рослого убийцу, поскольку тот оставил дружелюбный тон и наклонился вперед в своем кресле.

— Вы что, не понимаете, Грэйм? Мы жили и умирали ради Голубого фронта, единственной политической партии, которая в силах спасти нашу планету. Мы уже мертвы, что бы мы ни делали. Вы думаете, мы этого не знаем? Вы думаете, мы не догадываемся, что случится с нами, если мы согласимся сдаться, как вы нам предлагаете? Ваши люди растерзают нас на части; и если после этого от нас что-то останется, ваши власти передадут нас суду и затем расстреляют. Мы позволили вам войти сюда лишь для того, чтобы прикончить вас точно так же, как и вашего брата, прежде чем прикончат нас самих. Вы поняли? Неужели вам до сих пор не ясно, что вы в ловушке?

— Я понял, — сказал Ян.

Рослый тип пристально посмотрел на него, и дуло его лучемета, который он держал в толстой руке, поднялось.

— Что вы имеете в виду? — спросил он. — Ничто уже не в состоянии спасти вас. Почему вы вошли сюда, зная, что вас ждет?

— Дорсайцы — профессиональные солдаты, — спокойно произнес голос Яна. — Всем известна наша репутация. Без нее никто из нас не заслуживал бы того, чтобы жить. А репутация Дорсая — это сумма репутаций отдельных мужчин и женщин. Так что репутация полевого командира Кенси Грэйма — ценность, которую следует беречь даже после его смерти. Именно поэтому я и пришел сюда.