Чтение онлайн

Эта небольшая, разбросанная деревушка возникла еще во времена саксов. Тогда же была сооружена и подземная часовня, позднее, уже в нормандский период, надстроенная.

Фрэнсис Вуд подстригал старой ручной газонокосилкой траву на кладбище, когда к воротам подкатила серебристая спортивная машина и из нее вышел Аза Морган в слаксах, темно-синем свитере с высоким горлом и коричневой кожаной авиационной куртке.

– Привет, Фрэнсис, – сказал он. Фрэнсис Вуд окинул взглядом машину.

– По-прежнему разъезжаешь на „порше"?

– Надо же куда-то тратить деньги. Я так и не сменил свою квартиру в Греншам-плейс. Там есть подземный гараж. Очень удобно.

С берез сорвалась стая грачей и с сердитым гомоном улетела.

– Мне очень жаль, Аза, – произнес Вуд. – Не могу выразить словами, как жаль.

– Когда состоятся похороны?

– Завтра, в два тридцать.

– Кто проведет службу? Ты?

– Если не возражаешь.

– Не говори глупостей, Фрэнсис. Как Хелен?

– Держится. Если хочешь, увидеть ее, она сейчас рисует на дамбе. На твоем месте, я говорил бы с ней очень осторожно.

– Почему?

– Разве тебе не известны обстоятельства гибели Меган?

– Ее сбила скрывшаяся машина.

– Не все так просто, Аза.

Морган непонимающе уставился на священника.

– В таком случае, не лучше ли посвятить меня в курс дела?

За кладбищенскими воротами тропинка огибала выстроенный из серого камня дом приходского священника под черепичной крышей и вдоль дамбы уходила к дельте реки. Морган издалека увидел Хелен. Она сидела за мольбертом в той самой старой армейской шинели, что он купил ей в год свадьбы.

Услышав шаги, она на мгновение обернулась и тотчас вернулась к работе. Некоторое время Морган стоял у нее за спиной, не говоря ни слова. Акварель, разумеется. Ее любимая техника. Болото, море и серое, дождливое небо – они у нее действительно хорошо получались.

– Ты стала лучше рисовать.

– Привет, Аза.

Он сел рядом с ней на поросший травой край дамбы и закурил. Хелен продолжала рисовать, не отрывая глаз от мольберта.

– Как дела в Белфасте?

– Не слишком хорошо.

– Очень рада, – бросила она. – Все вы там друг друга стоите.

– Я привык думать, что эта фраза относится к нам с тобой, – заметил Морган спокойно.

– Нет, Аза. Ты всегда стоил для меня слишком дорого.

– Но я никогда не выдавал себя за кого-то другого.

– В день свадьбы мы легли с тобой в кровать, а наутро я проснулась рядом с абсолютно чужим человеком. Где бы люди ни начинали убивать друг друга, ты всегда немедля отправлялся туда добровольцем. Кипр, Борнео, Аден, Оман и вот теперь кровавая мясорубка на том берегу Ирландского моря.

– Я делаю то, за что мне платят деньги. Ты знала, на что шла.

– Ни черта подобного! – воскликнула Хелен, начиная сердиться. – Мне в голову не приходило, что ты творил на Кипре для Фергюсона.

– Та же война, только против городских партизан, – пояснил Морган. – С несколько другими правилами.

– Какие еще правила? Пытки, обман? Заставлять человека сутками стоять у стены на цыпочках с ведром на голове? По-моему, в этом обвиняли тебя газеты после Никозии? В Белфасте ты прибегаешь к тем же методам или придумал что-нибудь поизящнее?

Морган поднялся. Лицо его превратилось в ничего не выражающую маску.

– Мы завели бесполезный разговор.

– Знаешь, почему я ушла? – не унималась Хелен. – Знаешь, что доконало меня?

Ты тогда уехал в Аден. И однажды я прочитала в газете, что после того, как один из твоих патрулей попал в засаду, ты пошел в горы, абсолютно безоружный, только прихватил с собой свою проклятую тросточку. И вышагивал перед бронетранспортерами, вызывая огонь на себя, провоцируя мятежников высунуть головы и стрелять в тебя. Когда я прочитала об этом и увидела твои фотографии на первых страницах буквально всех газет, то тут же начала укладывать вещи. Потому что вдруг осознала, что десять лет пробыла замужем за ходячим мертвецом.

– Не я убил ее, Хелен, – сказал Морган.

– Верно, кто-то другой, но такой же, как ты.

Она не могла бы ударить его больнее. Мертвенная бледность растеклась по лицу Моргана. На какой-то миг ей захотелось броситься к нему, сжать в объятьях. Привязать к себе, словно она могла удержать бьющую в нем через край жизненную силу – ту самую жизненную силу, которую ей так и не удалось подчинить. Но поддаться эмоциям значило бы совершить огромную глупость, заранее, как и всегда, обреченную на неудачу.

И поэтому Хелен подавила поднявшуюся в душе жалость и продолжила ледяным тоном:

– Фрэнсис уже рассказал тебе, как пройдут похороны?

– Да.

– Мы надеемся, все обойдется без лишнего шума. Из соображений следствия смерть Меган не станут связывать с покушением на Кохена. Хоть в чем-то повезло. Если хочешь посмотреть на нее, она в похоронном бюро в Гранхэме. Фирма „Пул и сын", Джордж-стрит. А теперь лучше уходи, Аза.

Морган некоторое время молча смотрел на Хелен, потом зашагал прочь.

Мистер Генри Пул открыл дверь и провел посетителя в зал прощаний. В воздухе стоял удушливый цветочный запах, магнитофон крутил кассету с печально-благостной музыкой. Мистер Пул проводил Моргана в маленькую кабинку – вдоль каждой стены располагалось по шесть таких сооружений. Кабина была заполнена цветами. Дубовый гроб со сдвинутой крышкой стоял на задрапированной каталке.

Помощник гробовщика, первым встретивший Моргана в бюро, длинный и тощий молодой человек по имени Гарви, облаченный в темный костюм и черный галстук, стоял рядом с гробом.