Чтение онлайн

— Скорее, Золта! — проревел я.

Мои палубы были уже усеяны телами убитых. Всюду торчали стрелы. Мои лучники тоже стреляли, но я не видел результатов их трудов дальше загораживавшего мне обзор частокола, воздвигнутого поперек низкого полубака вражеского свифтера. Его двойные ряды весел теперь опускались и поднимались быстрее. Лопасти врезались в воду как одна, идеально параллельными рядами, гоня судно ровно и стремительно, как потерявший управление паровоз по рельсам. Я снова заорал Нату. Тот кинулся обратно к носовому вартеру, подгоняя свой расчет, чтобы нанести последний удар.

Я сжал в руке меч.

Если нас захватят, то нам светит возвращение на магдагские галеры. Я уже вкусил свободы внутреннего моря и по доброй воле в рабство не вернусь.

Золта колотил рабов, только что извлеченных из трюма, загоняя их на скамьи. Вот единственный случай, когда однорядный свифтер обладал какими-то преимуществами. Четверых рабов на весло — и сразу за работу, подымать вальки и готовиться к гребле.

Даже сейчас кнутовые дельдары не поленились приковать их. Я кивнул. Хорошо. Гребцы должны сразу откликаться на каждый приказ. Если не приковать их, то они будут выбиты из колеи, думая ухватиться за шанс сигануть за борт. На куршею упало ещё несколько матросов, пронзенных стрелами.

Золта размахивал мечом, и его лицо дышало гневом, как зимний шторм.

— Готово! — проревел он. — Готово, капитан!

Я заорал весельному начальнику, но старина Ризил знал свое дело туго и сразу засвистел в свой серебряный свисток, и дельдар-барабанщик первый раз ударил — сначала по басовому, а потом по теноровому барабану. Весла пошли вниз, вспороли воду, плашмя вылетели и поднялись, совершив короткое, но невероятно мощное движение весел расположенных по системе скалоччио. Я почувствовал, как «Зорг» почти подпрыгнул, рванувшись вперед и разрезая воду.

Когда мы повернули, вся наша артиллерия пришла в действие. Потом кормовой вартер смолк. Теперь вся надежда была на Ната. Мы развернулись и устремились лоб в лоб на зеленую галеру.

Бронзовый таран против бронзового тарана, теперь когда мы рвались вперед, и расстояние между нами стремительно сокращалось.

На нас шел стовесельный двухрядный свифтер, где на каждом весле сидело, вероятно, по пять-шесть гребцов. На «Зорге», как я уже говорил, было шестьдесят весел в один ряд, с четырьмя гребцами на весло. В точке столкновения нас неизбежно ударит — и ударит крепко — и отбросит назад.

Оба капитана, тот с которым я сражался и ваш покорный слуга, знали, что делать в такой ситуации.

Среди воплей раненых, клацания баллист и свиста стрел, которые пролетали мимо, точно железные птицы, мы оба стояли, как стоял я, на юте, выжидая, рассчитывая, оценивая, выбирая точный момент.

Но…с какой стороны он зайдет?

Наверняка он попытается протаранить мой свифтер. И также наверняка знает, что я попытаюсь избежать столкновения и обрить ему борт, сокрушив его крамбол, разнося в щепы его двойной ряд весел. Но … с какого борта — с правого или левого?

Я почувствовал, как мое лицо кривится, и понял, что должно быть улыбаюсь, представляя себе, как магдагский капитан решает эту дилемму. Он хотел меня протаранить, а значит, должен был принять решение. Я должен свернуть первым, подумает он. Да, наверняка, он должен думать именно так.

Рядом со мной встал, тяжело дыша, Золта с окровавленными мечом в руке.

— Если они ступят на борт, капитан, им придется брести по колено в моей крови!

— Да, Золта, — отозвался я.

Теперь мой экипаж столпился на носу, в белых сюркотах поверх кольчуг, и вид прекрасных гербов Фельтераза поднимал нам дух. Держа наготове длинные мечи, мои люди напружинились, подобно лимам, готовым к прыжку. Я заметил легкое отклонение от нашего первоначального курса — видимо, из-за какого-то течения или малозаметной перемены ветра. Я тихо обратился к рулевым дельдарам.

— Когда я отдам приказ, тут же поворачивайте право на борт. Право на борт. Когда услышите приказ. Понятно?

— Да, капитан, — ответили они твердой рукой управляя рулевыми веслами с вбитым мной в них умением. — Слышим.

— Пошли, Золта, — с наигранной бодростью предложил я. — Пойдем-ка на нос. Наши клинки, похоже, высохли и страдают от жажды.

— Клянусь Заром всемилостивым! — воскликнул Золта. — Никакие Гродно-Гаста не помешают мне повеселиться сегодня вечером с девочками из Зистерии!

Теперь стовесельный свифтер был полускрыт от нас нашим собственным частоколом, протянувшимся поперек основания далеко вытянутого шпирона. Мы побежали вперед, помахав на бегу Нату. Носовые вартеры у него лязгали с такой скоростью и четкостью, какой его расчеты никогда не могли достичь, несмотря на все тренировки, которыми я заставлял их заниматься в поте лица.

Я командовал собственным кораблем; и покомандовал им теперь достаточно долго, чтобы настало время, когда организация начала действовать именно так, как мне хотелось. Никакой паршивый морской лим-гродним, не лишит меня этого сейчас!

Тут с высоты вартерного помоста донесся победный вопль Ната:

— Хвала Матери Зинзу Благословенной! Их барабанный дельдар валяется раздавленный, как палина!

Весла вражеского свифтера тут же сбились с ритма. Не успела у меня промелькнуть мысль — «Не натасканы!» — как я повернулся в сторону кормы и, сложив руки рупором, заорал со всей силы:

— Давай!

«Зорг» злобно подался вправо.

На левом борту весла тут же втянулись в порты, со скоростью ясно говорившей, что наши рабы знали, чем им грозят высунутые наружу лопасти. Я увидел, как отклоняется в сторону грозный шпирон магдагской галеры. Мельком показался её нос, где трудились на воротах расчеты вартеров. Я увидел, как крамбол исчез под нашим шпироном. Раздался громкий хруст, и нас подбросило, когда наш обитый бронзой проэмболион в виде головы атакующего чункры напрочь сорвал его.

Потом мы с треском прокатились вдоль левого борта их галеры, и во все стороны полетели огромные щепы в которые превращались их весла. Мы обрили их борт так же чисто, как магдагский портовый цирюльник бреет голову раба.

Я знал, что творится сейчас на тех двух рядах гребных скамей свифтера. Эти рабы, поклонники Зара, наши собратья, товарищи, поймут, чего мы творим, и, возможно, будут сожалеть и испытывать горечь, но их жгучая ненависть все равно будет направлена против Магдага.

Мы пронеслись мимо задранной кормы галеры. И ни один из одетых в кольчуги магдагцев не прыгнул нам на борт.