Чтение онлайн

Конунг пошел дальше, подбадривая мокрых и замерзших людей, а Ивар остался лежать, размышляя над его словами. Затем вдруг сел, и странное спокойствие снизошло на его измученную тревогами и переживаниями душу. Скорее всего, бывший работник бонда Аки Золотая Борода просто испытал такой страх, когда бояться уже не остается сил…

Он равнодушно смотрел, как приближается очередная волна, слушал, как стонут от напряжения доски обшивки. И даже разверзшийся по борту провал, в который драк-кар почти рухнул, не заставил сердце дрогнуть.

Чуть ли не впервые в жизни Ивар чувствовал себя совершенно спокойно.

Корабль двигался в тумане, густом, точно топленое молоко. Нависшая над морем серая хмарь, плотная, как дерюга, не давала даже понять, как высоко взошло солнце. Стоящий на носу дозорный время от времени кричал:

— Ооодииин!

Доносящееся чуть справа по курсу слабое эхо говорило, что там, за пеленой клубящейся мглы, находится берег. Закончившаяся вчера вечером буря отступила, зашвырнув корабль к северу от первоначального курса, но туман, поднявшийся от волн с первыми лучами рассвета, как бы подсказывал, что земля рядом.

В полном безветрии тихонько хлюпали волны, тыкающиеся в борта корабля, как слепые котята в бок матери, да едва слышно плескали осторожно погружаемые в воду весла. Драккар двигался едва-едва, боясь напороться на подводные камни.

— Ооодииин! — вновь закричал дозорный. Отклик на этот раз вернулся чуть быстрее, и Нерейд, которого поставили на нос за острые глаза и голосистость, обернулся и посмотрел на Хаука.

— Берег близок, мой конунг, — сказал он. — Пусть не гребут вообще.

Весла извлекли из воды, и они застыли, роняя в воду тяжелые капли. Только этот звук да чуть слышное шуршание, доносящееся из-под киля, нарушали тишину.

— Слышу, — прошептал один из викингов. — Волны бьют о берег. Вон там!

И он поднял руку, показывая в густой туман.

Вскоре ровный, однотонный плеск слышали уже все. Драккар продолжал двигаться, скользя по ровной, словно стол, поверхности моря. Впереди, в тумане, обозначилось нечто темное.

Струи тумана раздвинулись в стороны, и глазам викингов предстал низкий холмистый берег, поросший кустарником. Бледно-зеленые листья висели неподвижно, блестя от осевшей на них влаги.

— Берег! — радостно выкрикнул кто-то из молодых викингов, а Ивар услышал быстрый обмен репликами между конунгом и эрилем.

— Это не Фареры, — проговорил Хаук. — До них нас не смогло бы донести. И не Хьяльтланд, больно уж берег ровный.

— Тем более это не Оркнейские острова, — задумчиво огладив лысину, кивнул Арнвид. — Пахнет большой землей. Это Скотланд, конунг.

— Идем на юг, — после короткого раздумья отдал приказ Хаук. — Нам нужна пресная вода для стоянки.

Викинги с невиданным воодушевлением уселись на лавки и взялись за весла. Деревянные лопасти вспенили спокойные прибрежные воды. Берег уплывал на север, на нем ничего не менялось, один ряд холмов уступал место другому, а за ними угадывались довольно высокие горы. Разглядеть их получше мешал туман.

Устье небольшой речки подвернулось очень кстати. Небо, по-прежнему скрытое серой хмарью, начало темнеть, а плыть во мраке вдоль незнакомого побережья не рискнет даже самый безумный викинг.

Мягко разошелся прибрежный ил, когда корпус драккара проделал в нем изрядную прореху. Со скрежетом корабль уткнулся в довольно крутой берег и встал. Ивар спрыгнул на зеленую высокую траву одним из первых и едва не упал — настолько непривычным оказалось по ней ступать.

Вцепившись в судно, точно муравьи в пойманного жука, викинги потащили его наверх. С треском ломались кусты, слышалось сопение и кряхтенье, время от времени раздавались проклятия, когда у кого-то скользил сапог.

— За дровами! — скомандовал Хаук. — Возьмите оружие и держитесь по трое! Неизвестно, где мы, — рядом может быть враг! Пятеро со мной — у корабля!

Ивар попал в одну команду с Кари и Ториром. Торир Топор в Глазу все время беспокойно озирался и то и дело хватался за рукоять оружия. Кари Ленивый, который взял с собой только меч и не надел кольчугу, наоборот, выглядел каменно-спокойным и ломился сквозь заросли, точно лось во время гона.

Но опасности вокруг не чувствовалось. Кустарник перемежался лесом, таким же сырым и пустынным. По траве, по земле в обилии рассыпаны следы животных, людских же — кострищ, засечек от топора на деревьях — видно не было.

— Где мы, как думаешь? — спросил Ивар у берсерка, когда тот могучим ударом топора свалил здоровенную сушнину и стал укладывать ее себе на плечо.

— Судя по тому, как тут сыро, в Бретланде. Хотя там поселения на каждом шагу…

— А что за народ тут живет? — Ивар насобирал веток и двинулся вслед за Кари, который, проламываясь сквозь подлесок, оставлял за собой настоящую просеку. Торир прикрывал им спины.

— Народ как народ, — медленно ответил берсерк. — У женщин все, как и у наших, а мужики мелковаты. Схватишь такого покрепче — и раздавишь, как букашку…

И Кари тяжко вздохнул, явно опечаленный хлипкостью местного населения.

Туман к утру загустел так, что видимость сократилась до нескольких шагов, а затем неожиданно расползся, словно разодранный плащ. Последние лоскутки серой хмари попрятались по оврагам, укрылись под сенью деревьев, не решаясь показываться на открытом месте. Из-за туч выглянуло неяркое робкое солнце, бросило желтые лучи на зелень холмов. Хмурое море под лаской светила заиграло бликами, и только речные воды остались темны и непрозрачны.

Весла с плеском погружались в них, толкая корабль против течения. Драккар двигался вверх по реке, а по сторонам проплывали безлюдные дикие места. Сердито захрюкал с берега, завидев людей, кабан. Стадо — самки и детеныши — с писком и топотом кинулось в чащу.

Лес постепенно редел, уступая место кустарнику. Вскоре встретилась первая вырубка. При ее виде викинги оживились, лишь конунг, неподвижно застывший на носу, остался бесстрастен.

— Надеть кольчуги, — приказал он после того, как в прибрежных кустах была замечена развалившаяся старая лодка.