Чтение онлайн

Когда варево было готово, Ингьяльд выдернул из костра горящую палку, поднял над головой. Голос его слегка подрагивал.

– Пойду. Не поминайте лихом.

– Да поможет тебе Один, – сказал Ивар.

Держа перед собой импровизированный факел, Ингьяльд направился во тьму. Во мраке шелестели его шаги, потом над степью пронесся недовольный рев. Змей что-то спрашивал, ответов эриля слышно не было.

– Уговаривает, – догадался Нерейд, развешивающий мокрую одежду около костра, – я бы тоже такую гадость без уговоров пить не стал. Этот зеленый хоть и змей, но не дурак!

– Что не дурак, понятно, – хмыкнул Эйрик, – Три головы, и каждая куда как больше твоей! Ума должно быть – завались…

– Хватит ли отвара? – почесав голову, спросил Харек. – Эта тварь вон какая большая, а котел маленький..

– Должно хватить, – ответил Ивар, напряженно вслушиваясь. – Если надо, то еще сварим.

Послышались шаги, в круг света вступил Ингьяльд. Несмотря на багровые отсветы, лицо его было белым, словно его обсыпали мукой, а руки тряслись. Пустой котелок раскачивался, точно дерево в бурю.

– Ну что? – спросил Лычко, – Выпил?

– Выпил, – кивнул Ингьяльд. – Сейчас спать укладывается…

– Может, мы под шумок того, ноги сделаем? – Нерейд понизил голос – А то вдруг твой отвар не подействует!

– Две головы спят, одна бдит, – безрадостно вздохнул эриль. – Не ускользнешь. Ложитесь-ка лучше. Я посторожу, мне все равно еще одну порцию готовить. На утро.

– Есть можно всех. Находясь на вершине пищевой цепочки, нечего привередничать! Ведь ты не будешь возражать, что мы находимся на вершине? – Этот голос звучал гнусаво, словно нос его обладателю крепко зажали.

– Не буду, – второй голос был пропитан занудством, как у эриля, бормочущего о благодеяниях асов, – но ведь разум – такое редкое явление! Нельзя есть существ, им обладающих…

– А также тех, от кого потом брюхо болит, – третий говорил так же просто и незамысловато, как Кари. И ума, видимо, был такого же, – Всяких волшебников, колдунов и магов.

– Это точно!.. – хором согласились два первых голоса, а второй хитро добавил, словно искушая остальных:

– Но иногда нужно, с познавательными целями! Ивар лежал в полудреме, пытаясь осознать, кто это может вести такой разговор у них на стоянке. Выходило, что все это ему снится, хотя для сна беседа была слишком связной.

– Тише вы! – послышался раздраженный голос Ингьяльда. – Перебудите всех!..

Ивар рывком откинул одеяло и сел. Уж эрилю в сновидениях конунга делать было совершенно нечего!

Над степью занималось бледное утро, около угасающего костра хлопотал Ингьяльд, подкладывал на багровые угли, похожие на россыпь мерцающих рубинов, сухие ветки. А чуть дальше, подмяв брюхом прибрежные кусты, разлегся трехголовый змей. Его чешуя тускло блестела.

Три пары глаз, огромных, словно щиты, уставились на Ивара.

– Ага, один проснулся, – сказала правая голова чуть гнусаво, – завтрак сам марширует в пасть!..

– Не обращай внимания – средняя голова, с потертыми чешуйками, хмыкнула, – это он так шутит. Третья, самая большая, бросила на конунга лишь мимолетный взор и принялась разглядывать свое отражение в озере. Скалила зубы, шевелила языком, только что не подмигивала.

– Доброе утро, во-первых, – сказал Ивар, судорожно пытаясь нашарить рядом с собой меч.

– Доброе, – охотно отозвалась средняя голова, правая, самая зеленая, ехидно ухмыльнулась. В ее глазах горел насмешливый огонек, напомнивший Ивару Нерейда.

– Как прошло лечение?..

– Прекрасно, – Ингьяльд, ворошивший угли в костре дунул чуть сильнее, чем следовало, и закашлялся, наглотавшись пепла. – Наш трехголовый друг почти здоров.

– Приятно это слышать, – Ивар наконец нащупал рукоять оружия, но успокоения это ему не принесло. Меч против змея что зубочистка…

– А уж нам как приятно, – прогнусавила зеленая голова. – Аппетит вернулся, мясца охота свежего!

– Хватит тебе. – В глазах средней головы мелькнуло неудовольствие. – Мы тоже умеем быть благодарными. Вы вылечили нас, мы в ответ покажем место, где расположен выход из Тридесятого царства. Эй, левый, не спи…

– Я им сказал, куда мы едем, – чуть виновато шепнул Ингьяльд. – А они в ответ столько всякого наговорили! Я за эту ночь узнал больше, чем за всю жизнь…

Несмотря на красные глаза и осунувшееся лицо, эриль был доволен и напоминал сейчас медведя, дорвавшегося до бочки с медом.

– Ладно, чего уж теперь, – вздохнул Ивар.

– Глядите в точку пересечения, – сказала потертая голова. – Там все увидите!

Три громадных, украшенных острыми белыми зубами пасти распахнулись одновременно.

– Давай! – скомандовала средняя, и светлеющее небо с ревом распорол клинок ослепительно-синего пламени.

По горлу прокатилось вздутие, вырвалось наружу потоком алого огня, такого яркого, что при прямом взгляде на него глазам становилось больно. Самая большая голова выплюнула струю белого пламени.

Гибкие шеи чуть повернулись, и три огненных клинка пересеклись в одной точке, наложились друг на друга и… словно потеряли цвет. В центре пламенного цветка с шестью лепестками протаяло отверстие, в котором Ивар четко разглядел безрадостный пейзаж – серые скалы, беспорядочно громоздящиеся друг на друга, и между ними – яму, как две капли воды похожую на ту, в которую викингам пришлось прыгать у Черного Камня.

– Все, я запомнил! – крикнул Ивар. Пламя исчезло, змей захлопнул пасти.

– Вот и отлично, – сказала средняя голова. – Это место в шести днях пути на восток. Долг, как говорится, платежом красен. Мы расплатились, и теперь нам пора! Удачи в пути!

– Спасибо, – ответил Ингьяльд.

С треском выпростались в стороны широкие крылья, до сего момента так плотно сложенные вдоль гребня, что их и видно-то не было. Змей вытянул три шеи, словно огромный гусь, слегка разбежался, волоча за собой хвост.