Солнце цвета ночи
Шрифт:
– Сам удивляюсь, – ответил Ивар. – Вроде ничего особенного не сказал, а вон что произошло…
– Ничего особенного, как же! – проворчал эриль. – Вот это и называется удачей конунга.
Викинги гребли размеренно и спокойно, след, оставленный на глади моря кораблем Храфна, уползал под киль, точно спряденная Норнами нить судьбы, а земля на востоке постепенно отодвигалась.
Превратилась в темную полоску, а потом и вовсе скрылась.
Ветер дул ровно и мощно, волны, похожие на серые пологие холмы, неспешно бежали на север, к тем пределам мира, где исполинский орел Хресвельг взмахами крыльев рождает то дыхание, что не дает Мидгарду задохнуться в собственных испарениях.
Драккар переползал с гребня на гребень, поскрипывая деревянными сочленениями, его качало, и порой весла с того или иного борта не доставали до воды.
– Не нравится мне эта погода, – сказал Арнвид, поглядывая на небо, по которому неслись сизые клочковатые тучи. – По всем признакам должен быть шторм, а его нет.
– Может тут твои признаки ничего не значат? – предположил Ивар. – Незнакомое море, все другое…
Берег Ирландии они покинули три дня назад и все это время плыли на запад, не видя ничего, кроме воды и неба. Из волн выскакивали чудные рыбы, один раз показался кит, похожий на плавучий остров, выпустил к небесам струю, махнул хвостом и ушел на глубину.
Ночами в вышине сверкали причудливо искаженные созвездия.
– И вообще, – добавил Ивар, – что ты говоришь? Первый раз вижу человека, что жалеет о не случившемся шторме.
– Все должно идти своим порядком, – эриль глубокомысленно поднял палец. – И если не идет, суть есть какая-то причина, а коли я ее не вижу, то причина сия сокрыта…
Ивар только головой покачал.
На западном горизонте сверкнуло что-то, будто среди низко висящих сизых туч полыхнула слепящая молния. Потом еще раз, одно из облаков необычной формы поползло в сторону.
– Что там такое? – Арнвид прищурился, даже на цыпочки встал.
– Странная гора, – ответил Ивар, сердце тревожно дернулось. – Почему-то она не стоит на месте.
Драккар нырнул в ложбину между покрытыми рябью хребтами волн, а когда взобрался на очередной гребень, Арнвид изумленно охнул, а Ивар схватился за меч и отступил на шаг.
То, что они приняли за гору, оказалось головой!
Сверкал на солнце шлем, серебрящаяся кольчуга охватывала могучие плечи, вились на ветру золотые, как солнечный свет, волосы.
– Он что, по дну идет? – проговорил эриль потрясенно.
– Нет, там что-то другое, – Ивар пристальнее вгляделся в два расположенных ниже облака, темно-серых, не меняющих форму, и опознал в них головы огромных коней. – Он на повозке! А мы прем прямо ему под колеса!
Кое-кто из викингов оглянулся, глаза вытаращились, как у совы в полдень, сбился с ритма. Весло ударилось о весло, кто-то выругался, но через мгновение все бросили грести.
Исполин поднимался из-за горизонта, точно его выталкивали из моря. Кони брели прямо по волнам, копыта размером с драккар сминали пенные гребни, вздымали облака брызг, но глубоко не погружались. Блестели лиловые глаза, гривы напоминали густой лес.
Хозяин громадных животных смотрел куда-то вдаль, на губах его играла слабая улыбка, лицо оставалось спокойным. Небрежно опирался о бортик повозки о двух колесах, богато украшенной, с нанесенными алой краской изображениями чудных птиц и животных на дощатых бортах.
– Интересно, видит ли он нас? – спросил Арнвид, задирая голову.
– Вряд ли, – Ивар ощутил невольный трепет – сталкивался с драконами, чудовищами, колдунами и даже богами, но впервые видел существо столь зримо могучее, как сам океан. – Стопчет, и не заметит… Интересно, кто он такой?
– Тот ирландский филид, – эриль поморщился, вспомнив вечер, когда они с собратом по ремеслу напились пива до зеленых троллей, – рассказывал про Мананнана, сына Лера, что обитает в западном море и ездит на колеснице. То ли он бог, то ли не бог…
Теперь, когда корабль поднесло ближе, стало видно, что громадная колесница пройдет чуть в стороне.
С гривы одного из коней упал волосок, его ветром понесло в сторону. Рухнул в воду с тяжелым плеском, точно бревно. Мананнан нахмурился, глянул вниз, но корабля, судя по всему, так и не увидел.
Исполинские колеса вращались, волны разбивались об их ободья, через прорези в бортах виднелись сапоги, похожие на башни, и белая ткань громадных штанов.
– Вот бы такую силищу, – завистливо вздохнул Ингьяльд. – Ух, я бы тогда всем показал…
– Ты уверен? – Арнвид посмотрел на ученика с изумлением, поднял брови. – Всякое излишнее отличие от других, будь то сила, ум или еще что, делает тебя одиноким. Тебя будут бояться и не любить, просто за то, что ты другой. Как ты думаешь, часто этот великан пьет пиво в хорошей компании?
Ингьяльд задумался, на лбу его образовались складки, а глаза сделались мрачные, вопрошающие.
– Что нам до его проблем? – сказал Ивар, провожая взглядом спину, мимо которой проплывало небольшое облачко. – У нас своих хватает. Эй, чего загляделись? Кто грести будет?
Викинги заворчали, но налегли на весла. Драккар пополз дальше.
День за днем они плыли на запад, а вокруг ничего не менялось. Море катило бесчисленные волны, свистел ветер, дрейфовали настоящие острова из водорослей, черных и спутанных. От них шел мощный запах гниющей рыбы, ползали странные твари, похожие на пауков с клешнями.
След от драккара Храфна шел прямо, как древко хорошего копья. То ли племянник херсира Тормода знал, куда направляется, то ли вместе с командой сошел с ума.
На четвертый день в вышине мелькнула птица, а утром пятого мимо проплыла ветка.
– Суша близко, – уверенно заявил Арнвид, вглядевшись в нее. – Правда, что за дерево, я не знаю. Таких листьев в жизни не видел.
– Вот и узнаешь заодно, – кивнул Ивар.
На горизонте появились облака, не меняющие формы и висящие низко-низко. По мере приближения поменяли цвет, из туманно-черных стали зелеными, обозначились холмы, торчащие из моря отвесные скалы у берега.