Чтение онлайн

Это было свыше ее сил. Она стремительно выскочила из ванной, кое-как оделась и бросилась вон из квартиры. Она бежала по оживленным улицам, и прохожие с недоумением глядели на небрежно одетую женщину с мокрыми волосами и диким лицом, некоторые узнавали ее, и их недоумение становилось еще больше: Валентина Сергеевна была известна своей аккуратностью. Но та, ничего не замечая, мчалась к ведомой ей одной цели.

Она спешила к Струмсу.

«Только бы застать, только бы застать!» – одна мысль стучала в голове.

К счастью, Струмс был дома. Тут же находился какой-то молодой человек.

– О! – весело воскликнул профессор. – Вот и наша героиня! Да на вас лица нет! Что случилось?

Валентина Сергеевна не могла ничего ответить, только бессмысленно разевала рот.

– Коля, налей ей коньяку, – распорядился профессор, – да в стакан лей!

Стуча зубами о край стакана, сделала библиотекарша глоток и только тогда перевела дух.

– Ну-ну, выкладывайте. – Струмс казался необычайно заинтересованным.

И она, дрожа и поминутно озираясь, принялась рассказывать. Рассказ был несколько сумбурным, но настолько впечатляющим, что ни профессор, ни Коля не проронили ни слова.

– Да, – сказал Струмс после того, как она умолкла, – повествование производит впечатление. Не правда ли, Коля? Да, кстати, познакомьтесь, это тот самый Николай Егорович Белов, о нем вы, по-моему, уже слыхали.

Петухова вяло кивнула головой.

– А! Каково! Пузырь этот… что-то новенькое?

– Нечто подобное упоминается у Юлиуса Аквиларского в его трактате «Демоны ночи», – мрачно заметил Коля.

– У Юлиуса? Не припоминаю. Хотя не сомневаюсь в твоей эрудиции. Ничто не ново под луной. Однако Аквиларский жил в четырнадцатом веке, а теперь двадцатый. Но мне нравится размах! Как все подается!

А что, Юлиус Аквиларский тоже имел ванную комнату, а, Коля? – Профессор хохотнул. – Ну ладно, ладно, не обижайся.

А что, не съездить ли нам на место действия? Так сказать, убедиться своими глазами. Мне лично очень хочется. – Он посмотрел на Петухову. – Поехали, Валентина Сергеевна. С нами не пропадете.

Она все так же молча кивнула головой. Перед входом в гостиницу стояла роскошная легковая машина. Валентина Сергеевна припомнила, что она называлась «Волга». Такие машины только-только начали выпускать, и в городе их было всего несколько штук.

– Прошу вас. – Струмс галантно распахнул дверцу. Коля сел за руль.

Вот и ее дом. Выйдя из автомобиля, Петухова нерешительно топталась на месте. Возвращаться в свою квартиру ей очень не хотелось.

– Ну же, смелее. – Профессор взял ее под руку. У Коли в руках появился объемистый кожаный портфель, и они двинулись вверх по лестнице.

Войдя в квартиру, Струмс с интересом огляделся.

– О, да у вас роскошно. – Он плюхнулся на кожаный диван. – Точно такой же был у моей мамы. Чудесная вещь, нет ей сносу. – Потом вскочил, прошелся по комнате, заглянул зачем-то на кухню. Увидев на столе стакан, взял его в руки, понюхал. – Водкой пахнет, – заключил он. – Из него вы слесаря угощали?

– Нет, это я пила, – смущенно призналась библиотекарша.

– Вы пьете? Помилуйте, разве сейчас время… Хотя я вас понимаю. А еще водка у вас есть? Ну ничего. Мы с собой коньячок захватили.

– Послушайте! – В голосе Петуховой послышались ледяные нотки. – Вы сюда пить пришли?

– Ну не то чтобы пить, а так, на всякий случай, для нервных дамочек взяли. Очень помогает: да вы ведь сами знаете? Ну ладно. Довольно шуток. Так где у вас тут ванна? Воды-то сколько! А нельзя ли навести минимальный порядок? Хотя бы вытереть лужи?

Валентина Сергеевна молча исполнила требуемое. Насмешливый и даже нахальный тон профессора начинал раздражать ее. Страха не осталось, было чувство неловкости, как будто она голая, а эти два мужчины рассматривают ее.

Наконец в ванной был наведен порядок.

– Ну что, Николай Егорович, будем начинать! – Струмс задумчиво смотрел на зеркало в прихожей. – Именно это зеркало и являло вам разные чудеса? – спросил он Петухову.

Тем временем Коля начертил мелом на кафельном полу ванной какую-то сложную звезду. Потом он расписал ее непонятными знаками и символами. Петухова с интересом следила за его манипуляциями.

– Что это он делает? – шепотом спросила она Струмса.

– Да ничего особенного. Чертит магическую пентаграмму. Духов будет вызывать.

– Вы серьезно?

– Вполне. Да вы не беспокойтесь, ничего страшного не произойдет. А если боитесь, то можете уйти куда-нибудь переночевать. Например, в мой номер. Коля отвезет.

– А можно мне остаться?

– А почему бы и нет, ведь вы, так сказать, главное действующее лицо. Присутствие ваше весьма желательно. – Тон его изменился, стал серьезным и сдержанным.

Между тем на улице стало совсем темно. Короткие сумерки перешли в темную августовскую ночь.

Валентина Сергеевна протянула руку к выключателю.

– Не надо! – властно скомандовал Струмс. – Сейчас мы зажжем свои осветительные приборы. – Он достал из портфеля какой-то предмет, чиркнул спичкой.

Валентина Сергеевна увидела у него в руках толстую свечу из зеленого воска. Он передал свечу Коле и достал из портфеля еще две. Зажег их и пристроил одну на краю ванны, две остальные на туалетных полочках. Пламя свечей, колеблясь, бросало причудливые тени на стены. Валентине Сергеевне снова стало жутко.

Струмс взял ее за руку:

– Не бойтесь.