Чтение онлайн

– Но я не могу туда пойти, - воскликнула Саша, - так как мой гардероб утонул в море. Из нарядов только то, что на мне надето. Не могу же я появиться там в кольчуге. Что вы мне посоветуете?

– На мой ужин вам идти в доспехах, конечно, не следует. Девушке не очень прилично щеголять в мужском платье. Я думаю, что смогу помочь вам в вашей беде. Подойдете перед ужином в мой шатер, попробуем, что-нибудь вам подобрать.

Эльвира ненадолго задумалась, после чего опять заговорила:

– Раз у вас проблема с личными вещами, то разрешаю вам в дальнейшем двигаться в мужской одежде.

– Спасибо, Ваше Высочество, - поклонилась ей девушка.

– Скажите, Александра, почему у вас мужское имя? Вас назвали в честь Александра Великого?

– Отец так захотел. У нас таким именем не только мальчиков называют, но и девочек. А священник, который был рядом с вами, кто он?

– Его зовут Петр Амьенский, ещё его иногда называют Пустынником. Очень, верующий, благочестивый человек, умелый оратор. Он один из вдохновителей нашего паломничества.

– Расскажите, Ваше Высочество, все равно делать нечего, - попросила Саша принцессу.

Та кивнула, обозначая согласие и начала свой рассказ. Сашино воображение развернуло перед ее глазами картину о самом грандиозном событии этого времени, в котором было много отваги и доблести с обеих сторон конфликта, но и трусости, жестокости и жадности, тоже хватало. Для неё все это казалось необычным, ведь рассказ вел участник событий, живой свидетель, а не учитель истории.

Все началось в 1095 году, в городе Клермоне, на церковном соборе. Папа Урбан второй в своей проповеди призвал европейских правителей забыть распри и направить воинскую силу на освобождение христианских святынь. Он назначил начало похода на 15 августа 1096 года. Такая дата была выбрана, потому, что давала время собрать урожай перед походом и запастись провиантом.

Речь папы всколыхнула не только рыцарство, но и подняло в поход крестьян, ремесленников, разных нищих и лихих людей. Слова папы повторяли многочисленные проповедники, среди которых был и Петр Амьенский. Своими проповедями и ораторским искусством он выдвинулся в одного из вождей похода. Народ не дожидаясь войска рыцарей и нового урожая, весной 1096 года продавал свое имущество за бесценок, у кого оно было, и, погрузив на телеги жен и детей, вышли в путь. Ведь папа в своей речи открыто озвучил идею грабежа: "Кто тут несчастный и бедный - там обретет славу и богатство".

Путь этих горе - крестоносцев был труден и долог. Они надеялись, что главы городов, мимо которых они проходили, будут снабжать их продуктами как паломников. Был в эти времена такой обычай, но весной продуктов мало, а голодных пилигримов оказалось очень много, так что им пришлось грабить округу. Особенно жестокие битвы происходили в землях венгров, болгар и Византии. Ведь среди крестоносцев, кроме крестьян, ремесленников и безземельных рыцарей, хватало и простых разбойников, которые шли в поход целыми шайками.

Из, примерно, ста тысяч человек до Константинополя дошли около тридцати - сорока тысяч. Для императора Алексея такая прорва народа стала шоком, не таких воинов он желал видеть. Для того чтобы отвоевать свои земли у турок, ему нужны были рыцари. Поэтому он накормил их один раз и быстро переправил через пролив на азиатский берег, сглаз долой. Некоторая часть, самая умная, остались дожидаться рыцарской армии. Судьба остальных была печальной. Разбив в стычках несколько малых отрядов турок, паломники воодушевились. Петр Амьенский увещевал их не спешить и дождаться основных войск возле византийских, приграничных крепостей, но его не стали слушать. Тогда он умыл руки и вернулся в Константинополь, где дождался, а затем присоединился к отрядам европейских правителей. Его же паства продолжила путь, и вскоре повстречала основную армию турок.

Воины Кылыч - Арсалана сначала атаковали авангард этой армии, который состоял из бедных, безземельных рыцарей. Когда разбили его, обрушились на основной отряд, в котором профессиональных воинов уже не было. Они убивали всех кого видели. Люди в ужасе разбегались, желая спасения, молодые девушки от страха, скидывали свои одежды, желая, своей красотой усмирить ярость турецких воинов. Турки взяли в плен молодых юношей и девушек, около трёх тысяч, а остальных убили. Спастись удалось нескольким десяткам счастливцев.

Через день к этому месту подошёл военный отряд византийцев. Они сложили тела павших для отпевания в общую кучу, насчитав при этом двадцать семь тысяч человек. Так закончился первый этап этого предприятия, прозванного "Крестьянским крестовым походом".

– Какая грустная история, - задумчиво проговорила Саша, а Настя, которая присоединилась к ним, осенила себя крестом.

– Не понимаю я этих людей, - продолжила Саша, - как можно было бросить налаженную жизнь, дом и отправиться в такую даль. Хотя бы детей пожалели, ведь пошли, сами не зная, где находиться этот город и сколько до него идти. Неужели они думали, что арабы их пропустят или испугаются.

– Ты права, Александра, они думали не о воле господа, - ответила Эльвира, - а хотели сбежать от своих синьоров, позабыв свои обязанности. Ведь дошло до того, что деревни опустели, и не кому стало собирать урожай. Вот их и покарал Господь за то, что забыли своё место.

Сашу, как дитя демократии, немного покоробили слова принцессы. Она как-то подзабыла о сословных барьерах этого времени. Тут раздался смех принцессы, та вспомнив нечто смешное, сказала:

– Представляете, эти невежественные сервы дальше своих грязных хижин нигде не были, а когда пошли в поход, наверное, думали, что Иерусалим находится за соседней горой. Эти глупцы, как только видели большой незнакомый город, начинали кричать: "Иерусалим! Иерусалим!". Представляю, какие у них были лица, когда они увидели Константинополь. Я сама, скажу вам по секрету, на мгновенье впала в ступор, когда увидела с палубы корабля размеры этого города.

– Да, Ваше Высочество, - заговорила вдруг Настя, - три ряда стен, длинной в шесть тысяч шагов, императорский дворец во Влахернах, там же церковь Пресвятой Богородицы, в которой есть святой источник, колокольни церквей и купола Святой Софии. Действительно величественное зрелище.

Неожиданно их беседу прервал звук рога, который зазвучал где-то в начале армии. Этот звук подхватил другой рог, уже ближе к девушкам, затем ему ответил рог, за их спинами и звуки других рогов пошли передаваться дальше, от отряда к отряду.