Солнце заходит в Дономаге
Шрифт:
— Тот самый.
Врач тихонько свистнул.
«Решайся, пилот! Это твой последний шанс».
— Один рейс. Очень прошу вас…
— С кем вы летите?
— Первый пилот — Притчард.
— Хорошо,- помедлив мгновение,он поставил размашистую подпись на путевке, — я поговорю с ним, чтобы он вас щадил, особенно на перегрузках. Счастливого полета!
— Спасибо!
— Минутку! Вы помните наш уговор? Последний рейс. Вот таблетки. Без особой надобности не принимайте. Так помните?
— Помню.
— Простите, вы Притчард?
Широкоплечий верзила,расправлявшийся с полукилограммовым бифштексом, поднял рыжеволосую голову.
— Угу.
— Виктор Климов. Назначен к вам вторым пилотом.
П ритчард исподлобья бросил на него взгляд. Уважение пополам с жалостью. Самые опытные всегда смотрели на него таким взглядом.
— Очень приятно. Садитесь. Что вы будете есть?
— Спасибо, я никогда не ем перед стартом.
— Напрасно. Может быть, кофе?
— Я уже пил.
Первый пилот молча жевал.
«Начальство, — подумал Климов, — сосунок, а начальство».
— Вы летали на шестой серии?
Климов замялся.
— Вообще не приходилось, но я прошел курсы переподготовки.
— Великолепно,- в голосе Притчарда было все, что угодно, кроме восторга.
— Старт в двадцать три тридцать,- сказал он, отодвигая тарелку. — Сейчас объявят посадку. Я пойду оформлю документы, а вы пока проверьте укладку груза.
— Я не должен присутствовать при посадке?
— Нет, там Рита, она справится.
Объявили посадку, и пассажиры устремились к выходу на летное поле. Климов зашел в бар.
— Я улетаю на ноль шестнадцатом.
— Ох, Витька!- радостное выражение на лице Ружены быстро сменилось тревожным. — Да разве ты можешь такой?!
— Ерунда. Врач сказал, что я вполне в форме.
— Ну,поздравляю!- Она перегнулась через стойку и неловко чмокнула его в щеку. — Буду ждать.
— Прощай.
— Подожди, Витенька. — Она торопливо расстегнула халат и оторвала пуговицу от блузки. — На счастье!
Благодарить не полагалось.
У служебного выхода он небрежно показал дежурному путевку.
— Летите, Климов?
— Лечу, вторым пилотом на ноль шестнадцатом.
— Вторая площадка налево.
Климов вышел на поле. Вдали, за железобетонной оградой, высилась стальная громада стартовой башни с устремленной ввысь ракетой.
Он поднял голову и посмотрел на маленькую красноватую звездочку в небе.
«Тебе здорово повезло, пилот!»- Рука нащупала в кармане пуговицу и судорожно сжала ее.
У подножия башни высокая тонкая стюардесса усаживала пассажиров в лифт.
Климов взглянул наверх и направился к трапу.
Он уже был на высоте грузового отсека, когда вновь почувствовал тяжелый, горький комок в груди. Прислонившись к перилам, он взглянул вниз и сжал зубы, чтобы побороть головокружение. Только этого не хватало. Неужели боязнь высоты?! Он поднял взгляд вверх, и вид мерцающих звезд неожиданно принес облегчение…
Грузовой отсек был забит до отказа. Путаясь в многочисленных оттяжках креплений, Климов ползком пробрался в кормовую часть. Кажется, все в порядке, можно идти в кабину.
— Вот черт!- Выбираясь через люк в тамбур, он ударился головой об один из оцинкованных ящиков, укрепленных по стенам.- Однако загрузочка выше нормы!
После полумрака грузового отсека матовый свет плафонов салона казался нестерпимо ярким. Последние пассажиры усаживались в кресла. Стюардесса разносила на маленьком подносе розовые пилюли стартового наркоза.
Идя по проходу, он увидел марсианку. Она посмотрела на него внимательным, изучающим взглядом и насмешливо улыбнулась.
Первый пилот был уже на месте. Климов сел в свое кресло и застегнул ремень. Притчард вопросительно на него посмотрел.
— Все в порядке, но мне кажется, что загрузка превышает допустимую для кораблей этого класса.
Притчард хмыкнул.
— Не беспокойтесь. Есть разрешение инспекции.
В двери появилась голова стюардессы.
— Все! Двадцать шесть пассажиров.
— О'кэй!
Притчард включил микрофон, но вдруг передумал и вновь щелкнул тумблером.
— Слушайте, Климов. Вы ведь опытный астролетчик. Еще в академии я изучал ваши полеты… Вам нечего меня стесняться… Мне говорил врач… Может быть, стартовый наркоз?…
— Чепуха! Я себя отлично чувствую.
— Как знаете.- Он нагнулся к микрофону. — Я ноль шестнадцатый, прошу старт.
— Ноль шестнадцатый,даю старт!- раздался голос в динамике.- Пять… четыре… три… два… один… старт!
Стрелка указателя ускорения медленно тронулась с места и, нерешительно задержавшись на какое-то мгновение, стремительно двинулась дальше.
Климов почувствовал на себе взгляд Притчарда и улыбнулся слабой, вымученной улыбкой. Затем, выждав немного, вытащил из-за обшлага таблетку и отправил ее в рот налитой свинцовой тяжестью рукой.
Первый пилот внимательно глядел на щит приборов. Прием допинга на взлете и посадке был категорически запрещен уставом.
Действие таблетки сказалось мгновенно. Теперь вибрация и тяжесть не казались такими мучительными.
Притчард передвинул маленький рычажок на пульте. Стрелка указателя перегрузки пошла вниз.