Солнцеворот
Шрифт:
— Зачем?! Я думаю, что ему и там неплохо: дикая природа, свежий воздух, здоровая пища и экология, красивые женщины, опасные приключения, — сказал и, непонятно чему радуясь, расхохотался Шлыков.
— С Рогом Царя Соломона хотелось бы поэкспериментировать. Представляете, как это интересно:- вернуть литературного героя в его прошлую жизнь и дать ему шанс изменить свою судьбу! — честно, признался Галыгин.
— Ну, излагай свою мысль! — попросил его Андреев, сообразив, что такой прием позволил бы переиграть в художественном плане многие судьбоносные исторические события.
— Надо в опцию "Персонажи второго плана" добавить, буквально следующее: "Группа хронопутешественников из XXI века". Я полагаю, что изобретение машины времени не за горами, и эти люди помогли бы нашему герою выбраться из всех передряг и доставили его в 70-е годы XX столетия или прямо в наше время, — предложил Галыгин.
— И не одного, а с Медвяной Росой. Красавица дакотка станет второй Айседорой Дункан, и своим танцевальным мастерством покорит весь мир! — поддержал его Андреев.
— Ладно, валяйте! — милостиво разрешил Шлыков.
Галыгин ввел в программу дополнительные данные, и, удостоверившись в том, что она их восприняла, вошел в Интернет и набрал в Яндексе: "Елена Сергеевна Водонаева поэтесса". Поисковик выдал ему впечатляющий результат в виде ссылок на ее стихи, биографию и т. п.
С поэтическим творчеством Елены Сергеевны Павловой (Водонаевой) Геннадий Галыгин был знаком не понаслышке. Последний сборник своих стихов с дарственной надписью она вручила ему и его жене в позапрошлом году. Из последних ее стихотворений, найденных в Интернете, ему очень понравилась элегия под названием "На переправе":
"На реке Стикс клубится туман.
Плеск весла лечит грусть и тоску.
В твоем взгляде ни боли, ни слез,
И эмоций затих ураган.
Пот со лба вытру хладной рукой.
Когда флот собирали в поход,
Свой корабль ты принес в дар богам,
Чтобы не расставаться со мной.
Значит и мне
При полной луне
Тот же путь:
Молча в лодку шагнуть".
Он почему-то решил, что стихи посвящены ему, поскольку это соответствовало дате их написания: декабрь 1999 года. Недолго думая, он скопировал понравившееся ему стихотворение, перевел его на язык компьютерной математики и ввел в базу данных программы "ЭП-Мастер". Настроение его еще больше улучшилось после того, как Антон Шлыков передал ему конверт с 2 тыс. USD, причитающихся ему в качестве полугодовой премии.
Незадолго до окончания рабочего дня Галыгин заметил, что "мистер Прог созрел". Он сообщил об этом своим друзьям-коллегам, и они стали радостно потирать руки в предвкушении продолжения рассказа о героических приключениях Дмитрия Васильевича Павлова и амазонки Урсулы в стиле Роберта Говарда и Джона Толкина. И, надо признать, "электронный писатель" их ожиданий не подвел.
Солнцеворот.
Километры бескрайней пустыни вливаются в небо.
А небо падением коршуна шлет
Тайный знак.
Это — автограф смерти.
Откуда-то голос плывет:
— Ты, парень, наверное, болен!
Я продолжаю ползти,
Пальцы, вонзая до боли в запекшийся кремний.
Где ты, великий Сфинкс,
Что ответит на все вопросы?
Чувствую, хлещет меня окружающих взгляд.
— Эй, что-то парень этот нездорово выглядит!
Я поднимаю голову.
Может, это мираж, но передо мною бронзовый
Со скрещенными на груди руками индеец,
Что показывает взглядом куда-то.
Я оборачиваюсь и вижу
Холодное синее озеро.
Срываясь, ныряю скорей
В пучину божественных вод.
Но вдруг ударяюсь
Лицом о камни мертвой пустыни.
И голос индейца: — Истины нет!
Брось сей бессмысленный поиск!
…И шепот людей: — Он душевно больной!
Солнцеворот.
Ну, чего все они уставились?
Лица, одно любопытство, и повод,
Больно удачный для обсуждения.
Пыльные улицы города,
Как мне они надоели!
Михаил Долинский
I
В Отделе разведки и донесений, кроме Старой Доси, служили девятнадцатилетние Агафья и Ольга из рода Пантеры. Именно эти две отважные воительницы самым коротким путем из всех возможных добрались до Лопарского водопада, чтобы удостовериться в правдивости и достоверности сведений, полученных от соседей-москитов, о перемещении многочисленных отрядов хунхузов на исконную территорию охотничьих и рыболовных угодий племени орландов в районе Черного озера. Там были расположены зимние промысловые лагеря рода Желтого Быка и рода Куницы. Из девяти семей четыре вернулись на Красные Камни до наводнения, судьба остальных была неизвестна.
Передав информацию о месте сосредоточения хунхузов, москиты, против обыкновения, не попросили у орландов военной помощи и не предложили никаких совместных действий. Центурион Агата и Верховный вождь Гонорий пришли к выводу о том, что москиты либо слишком напуганы, либо хитрят, надеясь извлечь из нашествия хунхузов какую-то выгоду. Для последнего предположения имелись достаточные основания. Граница между землями москитов и орландов пролегала нечетко, поэтому ссоры между охотниками обеих племен возникали постоянно. Но у них был общий враг — хунхузы, который пробуждал желание жить друг с другом в мире и откупаться за причиненные обиды богатыми подарками.