Чтение онлайн

— Я хотел привезти сувенир, но не срослось — опаздывал на электричку. Думаю, ты не расстроишься. Ты обычно равнодушно относишься к подаркам.

— А что? Ты часто их дарил?

Он совсем не смутился.

— Ими тебя заваливает твоя мать, а её возможности и кошелёк больше моего. Но главное, как говорится, внимание, и потому мне хотелось привезти что-нибудь из поездки. Только думаю, ты всё равно не оценила бы, и проявила столько же недовольства, как и всегда. В следующий раз не буду об этом тревожиться и полностью сосредоточусь на собственных делах.

Отец сидел на банкетке и возился со шнурками. Ада вспомнила, что дракон тоже обещал ей одно маленькое путешествие и назвал это подарком. Наверное, такому она бы обрадовалась, но ящур упрямо молчал, а напоминать самой не хотелось. Краем глаза девушка заметила движение в коридоре — Тоша. Мальчишка наконец пришёл в себя после длительной спячки, и это было здорово. Ада хотела подмигнуть ему, но вдруг в глаза ей бросились дрожащие ресницы и мокрые щёки притаившегося в тени ребёнка.

Папа, конечно же, его не видел, но на прощание как-то зябко взглянул в коридор.

— Ты никогда не замечала сквозняков у нас в квартире? Ты не открывала окна настежь, нет? Странно. Хотя, я редко здесь бываю, наверное, просто забыл. Счастливо.

Он подхватил чемодан, предварительно приведя его в божеский вид, и тяжёлой походкой вышел за дверь. Ада так и осталась стоять истуканом и пыталась вспомнить, что собиралась сказать. Какую-то ерунду, но очень уж хотелось поделиться и получить в ответ хоть немного одобрения. Вспомнив, она пулей вылетела на лестничную клетку и свесилась вниз.

— Я сдала сопромат!

Название ненавистного предмета эхом закувыркалось по лестничных пролётам. Отец остановился и поднял голову. Лица его Ада уже не видела, но равнодушная интонация давала исчерпывающее представление о том, как папа «осчастливлен».

— Молодец.

Ада немного подождала.

— Ты не хочешь спросить, какая оценка?

— Какая оценка? — бездумно повторил мужчина. Как-то слишком уж грустно. Он часто говорил таким голосом, когда Ада пыталась расспросить о прошлом семьи. Вот и сейчас наверняка что-то вспомнил.

— Четыре.

— Молодец.

Он помедлил, на случай, если дочь захочет сказать что-нибудь ещё. И продолжил спускаться вниз.

Девушка вернулась в квартиру. Настроение стремительно падало, да и мальчишка, глядящий из темноты, наверняка готовился испортить его ещё больше.

— Ну чего ты там встал? Давай там, с добрым утром, и не реви!

Ада выпалила первое, что пришло в голову, и только потом пригляделась хорошенько. Занятая до этого встречей с отцом, она не задумалась, что раньше Тоша никогда не плакал, и вдруг стал дрожать как осенний лист. Обычную детскую истерику, от которых у Ады сводило скулы, это совсем не напоминало.

— Что произошло, а?

Из огромных глаз вновь полились слёзы, но мальчик хотя бы не хныкал. Только чуть-чуть заикался. Он даже сумел чётко обозначить, что именно его так выбило из колеи. От услышанного у Ады появилась потребность немедленно сесть, или выпить или нервозно засмеяться.

— Т-т-твой п…папа — м-мой старший брат. Только вырос. И у него на столе… н-на столе там… фотография вместе со мн…мной.

Девушка, не потрудившись дослушать, рванула в отцовский кабинет и схватила снимок. Изображение давно выцвело и казалось нечётким, неудивительно, что при первой же встрече с Тошей она не лишилась дара речи. Но если приглядеться, сходство было налицо: по телосложению и смутным чертам лица, даже по одежде — ребёнок на фотографии просто копия Тоши.

— Какого хрена, — выдохнула Ада и плюхнулась в кресло. Мальчик робко зашёл в комнату и присел на стопке книг. Он не мог совладать с собой надолго, едва успокоившись, он снова начинал всхлипывать.

— Я п-пропал, когда мы поругались. Я о… обиделся на него и ушёл на пустырь. И тттам… было что-то странное. Кто-то прятался. Не опасный, но…но я его не видел. Он предлагал п-пойти с ним. Без слов… так. Понимаешь? А я и согласился. Тоже без… без слов. И попал туда, где ты меня нашла.

В карих глазах промелькнуло что-то совсем не детское и тяжёлое. В это мгновение Ада поняла, что Тоша похож не только на её отца, но и на неё саму. Как можно быть такой слепой, и не замечать фамильное сходство, пока тебя не тыкнут носом! Хотя виной тому ещё и путаница, с которой мальчишка некогда рассказывал свою историю. Ребёнок дошкольного возраста ошибся в подсчётах на несколько лет — это раз. Называл брата не по имени, а по прозвищу — два, и к тому же нередко упоминал сестру, о которой до этого Ада ни разу в жизни не слышала — это три. Плюс сама она была занята тем, что наблюдала за другими, давно умершими людьми, и не смекнула, кем ей приходится маленький призрак.

Тоша, не подозревая о том, какая буря поднялась в её душе, стоял рядом и смотрел на фотографию, грызя ноготь.

— Я все эти годы с-скучал по нему и так злился. Думал, он… он… меня забыл. Но это не так! Он всё п-омнит, — детский кулак быстро что-то вытер на лице. — У него на столе моя ф-фотография.

Если бы он только знал, до какой степени папа помнит. В своём детстве Ада ненавидела пропавшего ребёнка, так как в сердце её отца он занимал куда большее место, чем она сама.

— А что случилось с вашей сестрой?

— А?

— Да нет. Не обращай внимания.

Мало ли, что случилось. Померла, потерялась, выросла и спилась — расстраивать Тошу ещё сильнее не стоило. Когда его выбросило в чужую эпоху, с той девочкой всё было в порядке. Мальчик с ней не общался так близко как со старшим братом, но и она, наверняка, была ему дорога.

— И что нам теперь делать?

Тоша захлопал глазами. Он в самом деле подумал, что от него требуют разрешить эту проблему.

— Я-аа не знаю… Т-ты ведь старше.

— И тем не менее, я твоя племянница! Забей, это риторический вопрос.

— Ч-чего?

— Ничего, сиди. Нет, встань! Это кабинет отца, он не любит, когда здесь кто-то задерживается.

Она слишком устала и потрясена. Хотелось чаю и спать. Послушно вскочив на ноги, мальчик нерешительно топтался у стола.

— А ты м-можешь забрать фотографию в… в свою комнату? Я б-буду на неё смот-треть!

Ада прекрасно помнила, какого это — видеть вещь и не иметь возможности не то что взять, а даже прикоснуться к ней. Она грубо схватила пожелтевший снимок. Дешёвая рамка затрещала, и девушка ослабила хватку.