Чтение онлайн

И не может поверить,

Что птицы на юг улетели.

Вечно будет с тобой

Зима, где мордастые лоси,

Равнодушно косясь

На далекий дымок, на деревню,

По заснеженным тропам

Проходят в снегу по колено

И пугают сороку,

Что с треском слетает со стога.

Вечно будет с тобой

Земля, что весной оживает,

Поднимает легко

Над собой голоса жаворонков,

Земля, где на вербе

Ликует весенний скворечник

И губастый теленок

Глядит на него обалдело.

Пусть от Москвы

До отчего порога

Немало звезд, немало лунных верст!

Горит звезда,

Каких на свете много,

Но мне она милее всяких звезд.

Она одна — звезда над лунной рожью

В туманами просвеченной дали,

Звезда полей!

Она неосторожно

Бредет себе по краешку земли.

Бредет себе,

Касается колосьев,

Дрожит

В кустах прибрежных ивняка, —

Над ней проходят молодые лоси,

Над ней скрипят тележные колеса, —

Моя звезда, она невысока!

И все-таки она — моя!

До боли,

Моя, родная — до скончанья дней —

Звезда полей над материнским полем,

Над тихою Смоленщиной моей...

И в час,

Когда мне горько и обидно,

Когда иные звезды надо мной,

Когда моей звезды

В Москве не видно, —

Я все же доверяюсь ей одной.

И пусть она далекая такая,

Пусть не у всех сияет на виду,

Я к ней иду, в потемках спотыкаясь,

И ей одной

Несу свою беду.

Лишь качнется радуга над бором

И под ней очнутся соловьи,

Все уходит в прошлое:

Раздоры,

Ссоры и застольные бои.

И обид на недруга и друга

Я с собой в дорогу не беру,

Если есть

Пчелиный голос луга,

Иволга в озвученном бору.

Если много радуги

И солнца,

Много звуков,

Дорогих до слез,

И светло и прямо

Смотрят сосны

На резную прозелень берез.

Так бы вот и шел

По перелескам,

По лугам,

По боровой глуши,

Удивленный потаенным всплеском

За год натрудившейся души.

И душа живая

Оживает

Вдалеке от суеты сует.

Беды и обиды забывает,

Словно их и не было и нет.

Словно мне не приходилось плавать

По болотам мерзкой клеветы,

Словно мне не приходилось плакать,

Видя грязь на теле красоты.

Приходилось.

Всякое бывало.

И, устав от подлости людской,

Ничего душа не забывала,

Позабыв,

Что в мире есть покой.

Но сегодня

Мне грозит такое:

Память мне покоя не простит,

Ведь душа устанет от покоя

И о непокое загрустит.

Загрустит,

И — радуга погаснет,

И — надолго смолкнут соловьи.

И — вернусь я снова,

Как на праздник,

К вам, друзья и недруги мои.

Так и живем,

Подвластны суете.

Все что-то делим

Даже меж друзьями,

Не замечая,

Как плывут над нами

Все то же солнце в черной высоте.

А если замечаем,

То н нем

Считаем пятна.

Слепнем — но считаем.

А солнце, нас не замечая, тает

И медленно плывет за окоем.

Оно плывет в далекие края,

Чтобы к рассвету снова воротиться…

Кому-то спится,

А кому — не спится,

Ты это знаешь, Родина моя.

Спят косари —

Им снова снятся травы.

Спят космонавты,

Слыша рев ракет…

Березы дремлют в луговых оправах

И тихо отражает лунный свет…

А где-то дребезжит магнитофон

И голосок гитарного поэта

Вещает, что любимая планета

Не для любви.

А он, поэт, влюблен.

Влюблен…

Ему бы лоно —

Из нейлона,

Ему неон заменит солнца свет,

Чайковского — заменят саксофоны!

А чем заменишь Родину, поэт?..

Но он сипит —

А что ему осталось! —

О бренности земной,

О стариках

И девочках, что их жалеют старость

И, в общем, остаются в дураках…

Вот взять бы этих девочек за город,

Но без гитар, без сигарет и вин,

Чтоб поняли,

Как мир предельно молод —

Без жалких песен и чужих седин…

Березы

Не стареют год от года.

Все то же поле,

И все та же тишь.

…Мы так бедны перед тобой, природа,

Что ты нам эту бедность

Не простишь!

Мы падали лицом к лицу

В высокую траву…

Спасибо матери, отцу