Чтение онлайн

— Тварей там наверняка тоже много, — заметил технарь. — Основная масса народа ломилась вниз.

— Резонно, — признал Серп. — Но нарваться на выродков можно в равной степени и здесь. В любом случае, надо начать с того, чтоб найти склад, подходящий в качестве временного убежища, а уже оттуда совершать вылазки.

— Хорошо, тогда завтра я вам покажу, как из обыкновенных штанов, которых здесь навалом, можно сделать небольшой рюкзак. А с этой сумкой постоянно кто–то в роли тягловой лошади.

С этими словами Соболь вернулся на свое место и завалился спать. Офицеру же не спалось, как и технарю. Они молча лежали, пялясь в потолок. Слышали, как дважды мимо проходили урчащие твари, но в дверь ломиться никто не стал. Возможно, обработанная одежда перебивала человеческий запах, или же твари в охоте полагались на другие органы чувств.

Последующие дни группа действовала по заданному плану. Они постепенно обшаривали край своего сектора, вооруженные подручными средствами: ножами, ломиком и даже топором, снятым со щитка пожарной безопасности. Одежда тоже успела кардинально измениться. В ход шло все, что твари не смогли бы легко прокусить или прорвать когтями: от кожаных курток для езды на мотоциклах, до спецодежды, типа комбинезонов сварщиков. И неожиданная стычка с несколькими измененными доказала эффективность такой экипировки. Однозначно получать синяки было лучше, чем кровоточащие раны, даже не смотря на легкую скованность движений. И все же Серп прекрасно понимал, что главное их оружие — тишина и скрытность.

Именно это понимание заставило офицера призадуматься, когда через несколько дней они наткнулись на нескольких измененных, копошащихся в узком коридоре. Твари пытались прорваться то ли сквозь сорванную с петель дверь, то ли иную преграду, загораживающую вход в неизвестное помещение. Было видно, что эту самую преграду с той стороны кто–то держит, и рано или поздно силы обороняющихся закончатся.

— Там наверняка люди, — еле слышно произнес Ронин. — Едва ли монстры бесились бы так на что–то, кроме еды. Поможем?

Серпу захотелось отвесить парню хорошую оплеуху. Тот отлично понимал, что в бою от него толку будет не много, и основную работу придется делать солдатам.

— Лишний риск, — несогласно проворчал Соболь.

— Новые возможности, — тут же возразил технарь. — Может у кого–то из них есть план следующего сектора, или там инженер какой–то. Да что угодно. И, если кто–то сумел выживать столько дней, то от него явно будет толк.

— Или угроза, — не унимался боец.

— Вы оба правы, — Серп успокаивающе поднял руку. — Но, если их сожрут, мы никогда не узнаем правды. Раз они не могут справится с тремя не особо отожравшимися измененными, то и с нами, в случае чего, тягаться не смогут. Зато мы можем упустить редкий шанс. И все же, Ронин, на всякий случай, держи свой шокер наготове.

— А если на рычание набежит еще больше выродков?

— Если до сих пор не набежало, то и не набежит. Но лучше действовать быстро.

— Там узко, негде развернуться, — прогудел Вермут, выглянув за угол. — Если не заметят на подходе, то станем обратным углом у выхода из коридора.

Заметили. Как бы тихо бойцы не подкрадывались, ближайший измененный вдруг замер, а затем обернулся. И, едва увидев потенциальную пищу, рванул с места. Встретил его тяжелый взмах топора, в один момент упокоивший тварь. На этот звук тут же отреагировали двое других выродков. Топор вермута крепко застрял в грудине измененного, поэтому Серп прикрыл товарища, хорошо зарядив ломом по лысой башке подбежавшего уродца.

А вот второй сбил офицера с ног. Озлобленная рожа, до сих пор сохранившая людские черты, оказалась в каких–то сантиметрах от лица Серпа. Из разинутой пасти твари повеяло смрадом и разложением. Зубы клацнули, едва не ухватил командира за щеку. В следующую секунду, левая рука Соболя обвила шею измененного, в то время как правой солдат без остановки наносил удары ножом ему в область печени и почек. Боец бил, пока тварь не затихла. Тем временем Вермут выдернул топор, и опустил его на голову пытавшейся встать последней твари.

— Все целы? — тихо спросил Серп, выбираясь из–под трупа.

— Это у тебя надо спросить, командир, — хмыкнул Соболь, вытирая нож об обрывки одежды, уцелевшие на выродке.

— Тогда шевелитесь. Вроде не нашумели, но хрен их знает, этих уродов.

Подойдя к заслонке, офицер тихо простучал всем знакомые два длинных и три коротких удара. Едва ли хоть один измененный такое повторит. Ответа не последовало. Серпу слышался едва различимый шепот, поэтому он повторил стук еще раз. Последовала пауза, но, наконец, заслонка немного сдвинулась, и в щель показался чей–то глаз на бородатой роже:

— Кто такие?

— Самаритяне, мля, — проворчал Серп. — Открывай скорее, пока этих уродов не набежало еще больше!

Бородатый пропал, что–то зашушукал. И, спустя несколько секунд, преграду, оказавшуюся стальным листом, аккуратно, почти бесшумно отодвинули в сторону. Вполне достаточно, чтобы протиснулся даже Вермут. В вытянутом и не шибко широком помещении оказалось трое выживших. Выход прикрыли, включили мелкий фонарь. Офицер лично знакомился с каждым из уцелевших, и пока не наблюдал в них повадок прогнивших от вседозволенности людей. А вот толк, как минимум из двоих, мог выйти точно.

Здоровенный бородатый дядька с системным именем Туча, ни ростом, ни шириной плеч не уступал Вермуту. Общее впечатление портили только пивной живот да пухлые щеки. Но бородач ярко продемонстрировал, что под слоем жира скрывается недюжинная сила, когда в одиночку тихо задвигал заслонку на место. Он оказался поваром, получившим свое прозвище еще на работе, и к которому давно привык. Затылок мужчины покрывала кровавая корка, залитая медгелем.

Вторым оказался высокий, хорошо сбитый и подстриженный под ноль мужик лет тридцати пяти, представившийся как Чуб. Обладатель столь странного прозвища назвался спортсменом, хотя с виду больше походил на типичного гопника, особенно учитывая спортивную одежду и некогда дорогие кроссовки. В правой руке он держал стальную арматуру, покрытую бурыми пятнами. И создавалось впечатление, что таким вот «народным» инструментом Чуб мог пользоваться весьма умело. Левая рука мужчины была без рукава и тоже основательно залита медгелем. Похоже потрепало ребят не слабо.

Последним из компании был перепуганный до смерти, но при этом ворчащий и всем недовольный, лысеющий мужичок. Не удивительно, что двое других называли его Ворчуном. Бедолага оказался логистом. Он знал маршруты, по которым обычно двигались мелкие грузовые транспортники, развозящие товары по всему городу, и имел доступ к этим техническим тоннелям.

Серп еще не догадывался, что именно этот жалкий мужичек станет ключом к их бегству из Садового района.