Шрифт:
Загадаю свой сон
Загадаю свой сон в миг упавшей звезды,
Он пророческим будет, правдивым.
И понятия больше не будет беды,
Путь дальнейший землян станет мирным.
Кто посеет вражду, не сумеет собрать,
Ее всходы засохнут ростками.
И не будет народ никогда умирать,
Овцы станут себе пастухами.
И зачем эта власть, коль не смеет понять,
Она есть в общей связи ошибка.
Богу только внутри себя нужно нам внять,
И на флаге народов улыбка.
Девятнадцатый год
Девятнадцатый год,
К нам на землю сойдет.
И закат, и восход,
Над Россией взойдет.
Звон снежинок в стекло,
Вышивает мороз.
В души наши тепло,
Новый год принесет.
Пусть сады не цветут,
Белой коркой луга.
И секунды идут,
А за ними года.
Год оконченных драм,
Расстоянием дней.
И величия храм,
Миллионы свечей,
Принесут нам любовь.
И своим огоньком,
Очищая нам кровь.
И вспорхнут мотыльком,
С занавесок мечты.
Справедливости звон,
Ярким светом звезды,
Чистотою икон.
Покаянием лет,
Загорится покой.
И божественный свет,
Нас накроет волной.
И под вопросом станет рай
Воспетый пламенем пожара,
Ты превратился в синий дым.
Стезя твоя не убежала,
Но нужен ты кому таким?
Больной душой своей и телом,
И самому нести сей груз.
А память рвется между делом,
И у нее козырный туз.
Потоки вод всю пыль смывают,
И обнажают чистоту.
Ни все пока людьми бывают,
И мир несется в пустоту.
Развилок там уже не будет,
И выбирай, не выбирай.
Господь скорее не забудет,
И под вопросом станет рай.
Взмахнет крылом по небу облако
Взмахнет крылом по небу облако,
И растворится в синеве.
Оно одно теперь безропотно,
За нас признается в вине.
Оно одно теперь безропотно,
За нас признается в вине.
Возьмет себе грехи досужие,
Нерасторопность или дурь.
И что свершили парни дюжие,
И что осталось от их бурь.
И что свершили парни дюжие,
И что осталось от их бурь.
Кипит вода в забытом чайнике,
Скоро расплавится металл.
А жизнь она не в сладком прянике,
И мир пока не лучше стал.
А жизнь она не в сладком прянике,
И мир пока не лучше стал.
Взмахнет крылом по небу облако,
И заберет с собой весь срам.
И наливаясь злостью яблоко,
Не разберет где сам Адам.
И наливаясь злостью яблоко,
Не разберет где сам Адам.
Огнями поседели ночи
Огнями поседели ночи,
Скукожились от солнца дни.
И жаждою сгорают очи,
И требуют они любви.
И жаждою сгорают очи,
И требуют они любви.
Испить глоток из райских мыслей,
И превратить их завтра в быль.
И сердце застучит корыстней,
Ему ведь не понятен стиль.
И сердце застучит корыстней,
Ему ведь не понятен стиль.
И розы на окне засохли,
Их подарила ты сама.
Слова любви твои промокли,
По улице идет зима.
Конец ознакомительного фрагмента.