Сон
Шрифт:
– Заклинанье? – «хоббит» оживился.
– Эльфийское. Костер зажечь.
– Ну, ну? Да ты проходи…
– Я на минутку, мне к четырем на электричку.
– Так… Ну?
– Надо бы подредактировать, – сказал Лерка, – а то у нас в эльфийском только одна девчонка разбирается, а хотелось бы, чтобы без ошибок…
– Давай!
Лерка вытащил из кармана заранее приготовленную бумажку с продиктованным Олей Гжель заклинанием огня. Хоббит прочитал – и принялся ржать.
– Ладно, парень, – сказал он, отсмеявшись, – я тебе помогу. Только…
– Я научусь, – поспешно сказал Лерка. – Честно.
К зданию цирка он успел вовремя, хотя и запыхался. Ребята уже ждали, человек десять.
– Билеты взяли?
– Взяли.
– Сколько… я вам должен?
– Нисколько, – отмахнулась Таня, – у Генки папа – богатый. Ты что – кросс бегал?
– Я боялся опоздать… А Витя… он появился?
– Появился, – сказала Лена грустно. – Видел он сон. Все как обычно.
Лерка молча погладил ее по плечу.
– А что за дело-то? – спросила Таня.
– Это секрет, – сказал Лерка, – поэтому пусть останется между нами, пока не прояснится. Я и вам-то говорю потому, что помощь будет нужна.
– Ничего себе.
– Лена, ты в порядке?
– В порядке. Ну говори же! И вообще – пора внутрь.
Они пошли внутрь, и на ходу Лерка рассказал ребятам про свой визит в Универитет и поиски «хоббита».
– На фиг тебе хоббит?! – изумился Андрей. – В нашем мире их и нет вовсе.
– Хоббит, это я так, – объяснил Лерка. – Как термин. На самом деле он светлый и еще какой-то там эльф.
– Толстый и пьяный? – уточнил Илья. – Да эльфы вообще не пьют!
– По игре – эльф, – ответил Лерка. – Не перебивай. Зато он знает эльфийский, так что я мог его попросить, якобы мне нужно подредактировать одну фразу, он и согласился. И еще разрешил заходить, если что.
– Ты же не знаешь эльфийского? – удивился Андрей.
– Восемь слов знаю, – возразил Лерка. – И ты знаешь, только забыл. Заклинание огня.
– А! Да… Знаю… Забыл, правда…
– Допустим, – сказал Лерка, – я говорю по русски «я хочу зажечь огонь». Так?
– Ну так…
– Теперь я скажу то же самое по-английски. «I want to set a fire». Такой же длины примерно. Сколько слов пересекаются в этих двух фразах?
Первой поняла, конечно, Таня. Она посмотрела на Лерку широко раскрытыми глазами, и спросила, чуть ли не с ужасом:
– И сколько пересеклись?
– Четыре слова, – сказал Лерка. – Это учитывая, что этот хоббит, простите, знает с полтысячи слов самое большее.
– Так вы что же – по книге путешествуете? – Семен Семенович недоверчиво посмотрел на Лерку. – То есть, молодец, Валера, очень… э… результативная разведка… Четыре слова из восьми – сомнений нет, это эльфийский… Дела…
Они гуляли в парке вокруг биологического факультета, где Лерке предстояло сегодня спать, затем перелезли через забор и принялись осматривать ботанический сад.
– Все ударения не так и все окончания, или что у них там в конце.
Лерка хотел было почесать в затылке, но сдержался. Разведчики так не поступают.
– Но миры не похожи, – уточнил Семен Семенович. Просто так уточнил, все было и без того ясно.
– Абсолютно непохожи, – сказал Лерка. – Карта – у этого парня была хорошая карта, очень подробная – близко не лежало. Работорговли у Толкиена, автора этого, вообще нет, или по крайней мере, нет со стороны Добра… Там все такие… С достоинством ходят… А у нас об его Властелине никто слыхом не слыхал.
– Но все же – язык. Да, задачка. А скажи-ка мне, разведчик, – куратор, похоже, употреблял теперь это слово всерьез, – нет ли у них словарей других народов. Орков, там…
– А толку? – Лерка пожал плечами. – У меня на поясе Черный Меч, любой орк сразу поймет, откуда он взялся. Так что, кроме «умри, подлец», он мне ничего не скажет… А без меча я к нему, пожалуй, и сам не подойду. Побоюсь. Да и потом – ребята говорят, они вымирают – орки эти. Бьют их люди, и эльфы бьют. Один только лес остался, где они живут кучей. Язык такой… полумертвый.
– Народов в вашем мире много. Как ты этого назвал – лер?
– Лер. Похож на…
Лерка вдруг остановился, раскрыв рот.
– Понял? – поинтересовался Семен Семеныч. – Молодец. Значит что – тоже люди называли? Так похож он на лемура?
– Похож. Ну и что? Я тоже Лер-ка. Это не доказательство. И тоже стриженый под ежик.
– А письменность?
– Я свяжусь с Севой, это мой «хоббит», как только получу образец их письменности. Ребят я уже озадачил.
– Меня ты тоже… озадачил. Что-то здесь неправильно…