Чтение онлайн

– Но вы, несомненно, знаете, пусть в общих чертах, что именно произошло.

– Там, где невежество считается высшим блаженством, может повредить и крупица знаний, - провозгласила Нелл Симс.
– Я ничего не знаю и ничего не собираюсь узнавать. Полицейские обшарили весь дом. По мне так...

Дверь распахнулась, на пороге появился Бэннинг Кларк. Увидев Мейсона, он облегченно вздохнул.

– В некотором роде я держал нос по ветру. Почувствовал, что вы уже пришли. Добрый вечер, мисс Стрит.

Делла улыбнулась в ответ. Мейсон пожал протянутую руку.

– Хотите поужинать?
– поинтересовался Бэннинг Кларк.

– Быть может, он боится мышьяка, - предположила Нелл Симс.
– Как и все остальные. Никто даже не прикоснулся к ужину.

– Придется рискнуть, - рассмеялся Мейсон.
– Нам удалось перекусить только бутербродами. Подавайте ваш мышьяк.

– Осталось много жареной крольчатины. Что для одного человека яд, для другого - отличная еда.

Бэннинг Кларк придвинул стул, сел и указал большим пальцем на потолок.

– Сейчас там проходит собрание акционеров. Мне нужен ваш совет. Должен ли я попытаться принять в нем участие?

– Чего вы добьетесь своим участием?

– Ничего. По договору о слиянии Солти может голосовать моим пакетом.

– Что потеряете, если не станете в нем участвовать?

– Именно этот вопрос не перестает беспокоить меня, - признался Кларк.

– Боюсь, я вас не понимаю.

Нелл Симс достала из духовки огромную сковороду с крольчатиной, положила заварку в чайник и залила ее кипятком.

– Мои квартиранты вряд ли к чему прикоснутся сегодня, - недовольно фыркнула она.

– Нелл, - обратился к ней Кларк, - мне только чашку чая. А вы, повернулся он к Мейсону, - угощайтесь, не стесняйтесь. За ужином и поговорим.

– Я так голодна, - сказала Делла, - что готова съесть глазурь с тарелки. Надеюсь, вас не шокирует столь вульгарная демонстрация чувства голода.

– Почему вас так беспокоит ваше отсутствие на собрании акционеров? вернулся к теме разговора Мейсон.
– Что за стрельба здесь была?

– Эти выстрелы - полная загадка для меня. К нам во двор пробрался какой-то вор. Когда мисс Старлер навела на него фонарь, он в нее дважды выстрелил. Пули попали в окно в двух футах над ее головой, расстояние между пулевыми отверстиями не более трех дюймов. Выстрелы разбудили меня. Схватив свой старый револьвер сорок пятого калибра, я выбежал из зарослей на освещенное место. Злоумышленник выстрелил в меня, я ответил выстрелом, прицелившись на вспышку. В вора я не попал, но, видимо, пуля прошла рядом. Сегодня утром я обнаружил, что моя пуля попала в стену рядом с нижними воротами, которые, кстати, всегда заперты.

– А отравление?
– спросил Мейсон.

– Кто-то подсыпал мышьяк в солонку, которой пользуются миссис Брэдиссон и ее сын. Быстро поставленный диагноз помог спасти их жизни. За это мы должны быть благодарны мисс Старлер.

– Хорошо, - улыбнулся Мейсон, - вернемся к первому вопросу. Чем вас пугает ваше отсутствие на собрании акционеров?

– Тем, что... ну... я... Мейсон, я расскажу вам то, чего не рассказывал ни единой живой душе. Впрочем, Солти, вероятно, догадывается...

– Мне уйти?
– спросила Нелл Симс.

– Нет, Нелл, оставайся. Я знаю, что тебе можно верить.

– Рассказывайте.

Мейсон передал блюдо с крольчатиной Делле, потом наполнил свою тарелку.

– Что вы знаете о знаменитых потерянных месторождениях Калифорнии?

– Очень немногое.

– Слышали о россыпях Гоулера?

Мейсон покачал головой, так как рот его был полон крольчатины.

– Потерянные залежи, - вмешалась в разговор Нелл Симс, - их так много в пустыне.

Кларк положил сахар в чашку, размешал его, потом достал из кармана небольшую книжку в синей бумажной обложке.

– Что это?
– поинтересовался Мейсон.

– Путеводитель старателя, составленный Хорасом Дж. Уэстом. Уэст собрал много данных о потерянных калифорнийских месторождениях. Книга вышла из печати в тысяча девятьсот двадцать девятом году. В ней приведены различные версии легенд о знаменитых залежах. Некоторые - вполне правдоподобны, другие не выносят никакой критики. Уэст сам выезжал на местность, беседовал со старыми старателями. Свою книгу он написал около двадцати лет назад и постарался, чтобы она, насколько это возможно, соответствовала действительности.

– Понятно. Что это за потерянные россыпи Гоулера?

– Где-то в тысяча восемьсот восемьдесят шестом году, если верить Уэсту, трое старателей исследовали хребет Панаминт, граничащий с Долиной Смерти. Они вышли из ущелья и направились к Сан-Бернардино. Старатели были хорошо экипированы, провизии хватало, десятигаллонные фляги были наполнены водой. Лошади были свежие, поэтому они уверенно углубились в пустыню. На второй день возник спор о правильности выбранного маршрута, который вскоре перерос в хорошую ссору. Один из старателей - Фрэнк Гоулер - считал, что они слишком углубились на запад, и предлагал взять немного восточнее. После ссоры он отделился от других и направился правильным, по его мнению, маршрутом. Никто не знает, что произошло с двумя другими старателями. Возможно, они заблудились в пустыне, возможно, вышли куда-нибудь. Быть может, даже в Сан-Бернардино. Что касается нашей истории, они просто исчезли.

– Двое мужчин отлично ладят, трое всегда дерутся, - вставила Нелл Симс.

Делла Стрит, захваченная рассказом, не спускала с Кларка возбужденно блестевших глаз. Она даже перестала есть. Мейсон, напротив, по-прежнему отдавал должное крольчатине.

– Налить вам чаю?
– спросила Нелл Симс.

– Да, будьте любезны, - ответил Мейсон.

Нелл наполнила его чашку, а Кларк, тем временем, продолжил рассказ:

– Через два дня, к полудню, изрядно уставший и испуганный Фрэнк Гоулер вышел к гряде низких холмов, пересек ее и обнаружил на другой стороне заросший деревьями каньон, по дну которого протекал небольшой ручей. Фрэнк вышел к нему как раз вовремя, так как едва не падал с ног от жажды. Упав на берег в тени большого тополя, он принялся жадно пить и обливаться водой. Легкий ветерок чуть раздвинул ветви, и солнечный луч упал на какой-то желтоватый предмет всего в нескольких дюймах от лица Гоулера. Гоулер перестал пить, опустил в воду руку и схватил этот предмет. Им оказался крупный самородок весом в несколько унций. Рядом на дне ручья лежало еще несколько таких же самородков. Гоулер собрал их и положил под рубашку.